На обломках

Елена просто смирилась с тем, что Деймона не изменить. Это произошло неожиданно, но это осознание не обрушилось на неё волной, а скорее окатило лёгкой белой пеной кончики пальцев ног. Она перестала искать и пытаться изменить Стефана. Она безумно устала. Проблемы окружили её со всех сторон. Трудные отношения Бонни с Джереми, Клаус со своей не менее дурной семьёй, чем он сам, да и в конце концов Стефан. И в этом откровенном дерьме по колено Деймон не бросал её. Пусть он решал все эти проблемы по-свойски, порой порождая ещё большие, но ведь решал. Небрежно, глупо, импульсивно. Но он был рядом. Стало нормальным то, что он может спокойно прийти к ней в спальню вечером и лежать там, пока Елена не уснёт. Девушка сама не поняла, как прикипела к нему. Сам вампир скрывал свои эмоции от своих (и не только) провалов. Но порой, совсем редко, его можно увидеть в безысходной ярости. В почти что агонии. Он запивает кровь бурбоном и наоборот, швыряет стаканы и орёт. И раньше Елена от этого убегала. Не хотела это ни видеть, ни слышать. Но сейчас она не уходит. Стефан свалил в закат в очередной раз, очередной план коту под пушистый зад, очередное разбитое корыто. Вновь уничтожив стакан, Деймон падает на диван и тяжело дышит, смотря на огонь в камине. Елена стоит рядом, долго не шевелится, но потом осторожно садится рядом. Деймон бросает на неё взгляд своих небесных глаз и отворачивается, горько усмехнувшись. Елена смотрит на него и думает, что так никогда не могло произойти. Милашка Стефан, который на протяжении почти целого года был реально хорошим парнем, стал законченным убийцей. И Деймон. Он ведь совсем не изменился. Такой же пакостливый дурак, способный убить кого угодно ради своей цели. Он не изменился, но, видимо, цели изменились. Он плохой парень, делающий всё ради своей выгоды, вкладывающий что-то не то, что нужно, в понятие «любовь», сейчас рядом. И всё это время был рядом, соглашаясь на самые безумные планы «подруги». Да, он всего-то друг. Но почему-то Елена оставляет на уголке его губ горький поцелуй, пропитанный слезами. Вампир изгибает свои густые брови, смотрит в конец непонимающе и изумлённо. Но Елена улыбается ему и прижимается, ложась на плечо. — Нет, так не пойдёт, милая. Своей скоростью Деймон заставляет весь воздух вылететь из лёгких Елены, когда прижимает к мягкой поверхности дивана. Снова доминирует, делает вид, что контролирует ситуацию. От этой мысли Елена улыбается в губы вампира. Вампира, у которого всё в итоге валится из рук, но этими руками он вновь прокладывает путь к чему-то, ходя по обломкам своих ошибок. Вампира, который во сто крат сильнее её, но почему-то до этого раза никогда сильно не злоупотреблявшим этим преимуществом, что делал постоянно с другими. Они оба ходят на грани, но держатся друг за друга. И никто из них не даст сорваться другому в пропасть. Идти вместе. Срываться вместе.