по стопам дьявола

Желание делать хоть что-то постепенно ускользало от Хвана, он не мог радоваться, пока вечно безэмоциональный Ли Ноу не испытывал счастья. Незаметно подкравшаяся депрессия и зависимое расстройство сжирали его заживо, раздирая плоть Хëнджина на мелкие кусоки. Сердце стало болеть ещë чаще. Всë ведь было хорошо, так почему Хван не может даже попытаться улыбнуться? Почему он больше не может быть счастливым просто из-за его присутствия? Видимо он слишком сильно устал. Видимо настолько, что некоторое время руки чесались от желания изувечить себя. Пропустив момент, когда внутреннее терпение стало переливаться через край, спустя два с половиной года их "гармончиных" и "сбалансированных отношений" Хëнджин оказался на полу кухни с широким ножом для мяса в руках, концом направляющих прибор чуть ниже солнечного сплетения. Руки подрагивали, но не от страха, а от того, как было холодно из-за вечно открытых окон. И правильно ведь говорят: «Мëртвым внутри не знаком смертельный мандраж.» Это было всего лишь лезвие, потихоньку напирающее на живот всë сильнее. Всего лишь лезвие, что после последнего ругательства Джинна проткнуло горячую плоть, из-за чего разом хлынул поток крови, сопроваждаемый болезненными стонами парня. *** –А ведь говорила тебе мама: «Опасное это дерьмо,» - а ты что? Не послушал, - насмешливо покачал головой Ли, глядя на остывшее тело жертвы, - ну хоть вещичкой был неплохой, мне за долгое время не было настолько до противного приятно спать с кем-то.