protège-moi du vide

— что я делаю не так.. сайно поворачивает голову на друга, резко упавшего на диван рядом с ним, смотрит с лёгкой грустью и сочувствием, молча позволяет выговориться. тигнари издаёт слабый полувсхлип – полустон и удобнее ложиться на бок, почти прижимаясь к чужому телу, но не смея касаться его без позволения. оба молчат. сайно не торопит, тигнари не торопится. безмолвие долго не продолжается — я устал. я ведь был так уверен в том, что это обязательно принесёт мне счастье. так почему, когда я почти смог, не чувствую ничего? это больно, я не понимаю.. что мне делать?, — студент бездумно смотрит в одну точку, коей выбрал рисунок на диванном покрывале, и сжимает пальцы. он вымотан, хочет спать и вновь обрести смысл двигаться дальше. даже сейчас сон накрывает его с головой и парень старается держаться, чтобы не оставлять пришедшего в гости друга скучать одного. сайно не спускает глаз с лежащего, словно если сделает это, непременно упустит что-нибудь важное. он тихо вздыхает и открывает рот, чтобы сказать что-то, поддержать и попробовать поднять тигнари настроение. вместо таких нужных сейчас слов, получается сказать лишь странный обрывок, что никогда не превратится в полноценный звук. он бросает эту попытку на некоторое время, вместо этого осторожно встаёт с нагретого места и шепчет тихое "сейчас вернусь". тигнари провожает его глазами и возвращается к прожиганию покрывала взглядом. он не смог бы сосчитать время, сколько сайно пробыл в другой комнате, даже если бы захотел, но на удивление, вернулся он достаточно быстро. по крайней мере, заснуть и заскучать студент вроде не успел. сайно ставит рядом с ним глубокую тарелку, заполненную очищенными дольками мандарина и накрывает пледом. тут же рождается вопрос, откуда он взял его, ведь вещи не лежат где попало, и взять что-то просто потому что бросилось в глаза, точно не получится. юноша подумает об этом когда-нибудь позже.. — сейчас пригреюсь и усну. один сидеть будешь, — бурчит тигнари и кладёт в рот мандарин, слабо улыбается, — спасибо. — не за что. сайно возвращается на прежнее место, сам съедает пару долек и кладёт руку на чужое плечо. осторожными поглаживаниями старается передать то, что сложно передать словами. — ты молодец, правда. не сомневайся в этом. ты устал и выгорел. учёба ещё никому не давалась легко, поверь мне, — студент ловит на себе скептический взгляд и фыркает, — ну может, конечно, каким-нибудь неземным гениям наук и искусств, да. но ты ведь не хуже, тебе тоже не в край сложно это даётся. это период такой. ты справишься с этим, тигнари. я с радостью поддержу, помогу с чем нужно. вот сейчас тебе чего хочется? сайно слушает чужое размеренное дыхание и подстраивает под него поглаживания по плечу. тигнари, в свою очередь, борется уже не только с желанием уснуть, но и с желанием уснуть в объятиях друга. он долго молчит, наслаждаясь осторожными прикосновениями. — спать. сейчас особенно сильно, — наконец раздаётся негромкий ответ. помедлив несколько секунд, юноша добавляет, — и тебя обнять. как-будто тянет что-то. словно лучше станет, если сделаю это. самоубеждение, вероятнее всего.. он слышит от блондина осторожное "вот как" и снова прикрывает глаза. молчание повисает спокойной пеленой. в комнате слышно лишь неспешное тиканье часов, давно ставшее фоновым и совсем незаметным неотъемлемым составляющим, и лёгкий шум компрессора в аквариуме. — а что тебе мешает?, — студент рушит наступившее спокойствие вопросом и зевает в ладонь, переходит поглаживаниями на волосы, пропускает сквозь пальцы чёрные пряди и осторожно массирует кожу головы. тигнари расслабляется, подставляется под тонкую руку и почти мурлыкает от накрывших ощущений. будь он котом, непременно позволил бы себе это. — мм.. не знаю. ты?.. обычно ты не тактильный. помню, кавех однажды- — кавех – это кавех. забудь про тот случай. я отреагировал резко не из-за факта прикосновения, а из-за других составляющих. не тот момент этот балбес выбрал, вот и всё. студент оказался нагло прерванным, но совсем не расстроился. был даже рад тому, что его снова поняли с полуслова. прошептав тихое "значит, ты не против" и получив такое же "совсем нет", тигнари кладёт голову на подставленное плечо и обхватывает руками чужой корпус. он чувствует руки сайно на своей спине, чувствует, как его накрывают пледом, слышит размеренное дыхание друга. — спасибо большое.. за то, что ты рядом. за то, что пришёл сразу же, как я тебе написал, за мандарины, — на грани сна произносит юноша. через время, сквозь накрывшую пелену сна, до студента доносится чуть слышное "спи. люблю тебя". тигнари слабо улыбается и окончательно падает в объятия сна.