Моя Искра

*** Саундвейв окуратно сортировал файлы по папкам в главном компьютере. Он привык делать всё тщательно и правильно. В этом заключалась его большая часть работы. Но офицер-связист не был спокоен. Он переживал за лидера, хотя знал, что Мегатрон себя в обиду не даст. Но всё равно опасался обмана и западни со стороны автоботов. Грохот в коридоре и целый поток проклятий, свалившихся на голову бедного Старскрима, подсказали кассетнику о возвращении Повелителя. Саундвейв оставил работу с файлами и развернулся в кресле. Мегатрон пошел в тронный зал, сжимая в руке какой-то предмет, похожий на изогнутую пластину. Левое плечо главного десептикона было пробито, разорванные контакты и повреждённые провода искрили, из раны маленькими ручейками вытекал розовый энергон, оставляя на руке Повелителя розовые узоры. Он добрался до своего трона, безвольно плюхнулся в него, облокотился о спинку, запрокинул голову и прикрыл оптику. - Лорд Мегатрон? – неуверенно начал Саундвейв, про себя отметив, что вид у главнокомандующего не самый лучший. – Как прошел разговор? Глупый вопрос. По внешнему состоянию Мегатрона можно было сразу понять, что всё с треском провалилось. - Как прошел разговор? – переспросил Белый Вождь, открыв оптику. Он всё еще продолжал смотреть в потолок, сжимая изогнутую пластину. – Не так хорошо, как хотелось бы. - Вы собирались обсудить условия перемирия, сэр. – Напомнил кассетник и, присмотревшись, заметил, что корпус лидера помят еще сильнее, чем показалось вначале, а нижняя губа разбита. - Никакого мира не будет. – Холодно ответил Белый Вождь. – Оптимус Прайм отказывается исполнять часть своих обязанностей, которую предусматривает договор. Теперь нам остаётся только сражаться и ждать решающей битвы. - Когда прикажите атаковать? – поинтересовался офицер-связист. - Сегодня больше не будет никаких сражений. – Ответил Повелитель и повертел в руке маску лидера автоботов. - Разумное решение, мой лорд. Мне позвать Хука, чтобы он помог вам заделать рану? - В этом нет необходимости. Я сам могу разобраться со своими царапинами. Пока я отсутствовал, ничего не произошло? - Всё было тихо и спокойно, сэр. - Это хорошо. А теперь оставь меня. - Слушаюсь. – Кассетник отдал честь и собрался уйти. Как только он вышел, Мегатрон позволил себе вздохнуть с облегчением. Он продолжал вертеть в руках полученный трофей. Маска лидера автоботов – единственная в своём роде. На протяжении всей войны Прайм носил её, не снимая, и теперь она попала в руки лидера десептиконов. То что произошло в ущелье между лидерами, еще раз доказало, что Прайм равнодушен к нему и ничего между ними не будет. Но кто сказал, что на этом всё кончено? Это только начало. От завоевания Кибертрона уже было поздно отказываться, да и от покорения Оптимуса Прайма тоже не хотелось отказываться. Мегатрон крепко сжал маску автобота в руке, что та чуть не треснула. Эта маска, как сувенир, как подарок на долгую память, теперь останется у него. Что до всего прочего, то десептиконы и дальше продолжат пытаться победить автоботов и завоевать Вселенную. Это у них заложено в Искре. Немного повертев в руке маску, лидер десептиконов всё же решил, что рану в плече не мешало бы заделать. Он не нуждался в помощи Хука, поскольку сам прекрасно мог устранить все повреждения. К тому же сегодня он был не в том расположении Искры, чтобы кого-то видеть или слушать. Ему вполне хватило Оптимуса Прайма. Из ремблока лидер десептиконов взял только паяльник, отвёртку и кусачки. Поскольку в помещении никого не было, то и не было причины уходить отсюда. Отремонтировать повреждённое плечо можно и здесь, только бы никто не помешал. Странно, но за всё время своей влюблённости, Мегатрон даже не усомнился в своих чувствах. Вот уж действительно, где странность. А ведь он не так-то уж и давно влюблён в Прайма. Ну что за срок - почти три месяца для робота, которому больше шести миллионов лет? И всё же, ему не следовало так спешить с признаниями. Но Мегатрон всё равно решил поступить по-своему, потому что уверен, что это любовь. Постепенно искрящие провода и контакты приводились в надлежащий вид. Всё не нужное удалялось и на место испорченных, не нуждающихся в ремонте фрагментов, вставлялись новые провода, контакты. Только с повреждёнными трубопроводами, которые гоняют по корпусу трансформера энергон, пришлось немного повозиться. Это тонкая работа и требует особого подхода. Ну вот, теперь осталось только запаять рану и будет плечо как новенькое. Что до новенького, то теперь плечо слегка будет уродовать не совсем ровный шрам. Но ничего. Потом отшлифуем, и всё будет нормально. - В порядок себя приводим, Могучий Мегатрон? – в ремблок просунулась наглая рожица Старскрима. «Только этого предателя здесь не хватало» - обречённо вздохнул Повелитель, стараясь не обращать внимания на сикера. Командир ВВС обошел платформу, на которой сидел Мегатрон и заинтересовано уставился на предмет, похожий на маску лидера автоботов. - Как видно, встреча с Праймом всё же состоялась. – Протянул он и взял маску. – С каких это пор ты таскаешь на базу всякий хлам? - Положи на место, Старскрим. – Строго приказал Повелитель, незамедлительно наведя на него дуло серой пушки. – Я, кажется, запретил тебе брать мои вещи без спроса. - Это ведь маска Прайм. – Это был не вопрос, а утверждение, которое звучало непростительно нагло. – Поразительно. Тебе удалось сорвать с него маску. С каких пор ты стал коллекционировать части корпуса нашего заклятого врага? - Если ты сейчас же не положишь маску на место, то стены тронного зала украсят твои крылья. Я ясно выразился? - Зачем же сразу так злиться? – Старскрим на всякий пожарный поспешно положил маску автоботского лидера обратно на край платформы и отошел от Мегатрона как можно дальше. Он еще помнил, как всего полчаса назад Повелитель наехал на него с кулаками и очередными упрёками. – Ты сегодня какой-то не в духе. В чём дело, Мегатрон? Ваш разговор с Праймом окончился не так удачно, как бы хотелось? В качестве ответа, Мегатрон резко выкинул манипулятор вперёд и стиснул шею предателя мёртвой хваткой. Из-за сильного нажима на горло, энергон в шейных трубопроводах не поступал в голову сикера. - Ты меня… задушишь… - прохрипел Старскрим, крепко впившись в манипулятор Повелителя, пытаясь высвободиться из тисков. – Отпусти… Мегатрон! Мегатрон с холодом наблюдал за мучениями заместителя. Рубиновая оптика сикера начала тускнеть. Внутренние системы нестабильно работали, потому что энергон не поступал по трубопроводам от Искры в голову. - Я же просил, чтобы меня не беспокоили. – Ровно сказал Белый Вождь, будто ничего не происходит. Создавалось такое впечатление, что он не замечал страданий подчинённого и это не его манипулятор сейчас стискивал горло летуна. – Ты нарушил мой приказ, Старскрим. Как ты думаешь, что за этим последует? - Я могу объясниться. Только… кх… отпусти. Повелитель не сразу разжал манипулятор и отпустил предателя. Он хотел удостовериться, что Старскрим теперь не осмелиться задавать такие серьёзные вопросы. - Запомни, Старскрим, - грозно бросил Мегатрон, отступив на шаг от красно-белого авиатора. – Больше никаких вопросов касательных нашего с Праймом разговора в ущелье. Ты меня понял? - Д-да, сэр. – Поспешно закивал тот, проверяя работу внутренних систем. Некоторая часть шейных проводов и трубопроводов были повреждены и требовали замены. Мегатрон окинул пристальным взглядом сикера… «А стоит ли?» - пронеслось у него в процессоре. Судя по всему, Старскрим сразу понял, в чём дело и незаметно стал отступать к выходу. Ему явно не хотелось проводить эту ночь с лидером в одной постели. - Ты так и будешь здесь стоять? – голос Повелителя заставил командира авиации вздрогнуть. – Свободен. Стоит ли говорить, что такой ответ лидера обрадовал сикера? Не стоит. Следует заметить следующее: Старскрим скорее был удивлён, ведь это уже не первый раз, когда Мегатрон отпускает своего заместителя. Всё это было очень странным и подозрительным. Но задерживаться и допрашивать, Тиран Небес не собирался. Чего доброго Повелитель изменит своё решение и тогда будет уже не до смеха. Зато Мегатрон не считал своё поведение странным. Для него всё это стало привычным. Пройдёт еще какое-то время, прежде чем лидер десептиконов покинет ремблок и направиться в свой личный отсек. Завтра начнётся новый бой, очередное сражение. Он был уверен, что в очередной раз увидит Прайма на поле боя в качестве врага. Их взгляды пересекутся, они обменяются парой жалких угроз, парой столь устаревших фраз и снова завяжется новое сражение. Как же всё предсказуемо. В коридоре гулким эхом отдавался звук шагов Повелителя. Мегатрон не замечал ничего вокруг, погруженный в собственные мысли. Снова… Снова ему не удалось добиться своего. Прайм снова отказался идти ему навстречу. «Никакого мира. – Твердил себе десептикон. – Никакой пощады. Всё будет так, как должно было быть с самого начала». *** С самого начала всё было предрешено. Всё развивается, согласно сценарию, который придумала Судьба. С самого начала автоботы и десептиконы были созданы, как враждующие фракции. А ведь когда-то был мир, был Золотой Век и никто не знал никаких несчастий. Никто не знал, что такое война. «Десептиконы, - подумал Оптимус Прайм, уставившись в уцелевшие архивы Кибертрона, которые еще сохранились со времён начала Великой войны. – Они наша полная противоположность. Зеркальное отражение». Когда смотришься в зеркало, то видишь своё отражение. Оно показывает нас с иной стороны. Так и здесь. Автоботы будто смотрятся в зеркало и видят в качестве отражения десептиконов. Каждый поставил перед собой определённую цель. Какую-то задачу, которую хочет решить. Оптимус неуверенно коснулся пальцем своим губ. Он всё еще ощущал вкус десептикона на своих устах. На панели управления лежала его новая маска. Она была сделана давно, но надевалась всего несколько раз, только когда начиналось сражение. Непростительно выходить на поле битвы без защиты. Лидер автоботов не хотел, чтобы враги видели его лицо, в частности Мегатрон. На поле боя их взгляды несколько раз пересекались, они бросались друг в друга обещаниями и угрозами. Каждый был уверен в своей победе. «Странно всё это. - Размышлял Оптимус, барабаня пальцами левой руки по панели управления. – За всё время наших сражений Мегатрон ни разу не упомянул о том случае в ущелье. Такое впечатление, будто он всё уже забыл или отказался от своих намерений». Но именно отказ от достижения своей цели не делал бы Мегатрон тем, кем он является. Не в его правилах отрекаться от своего. «Моя Искра» - раз за разом эта фраза всплывала в процессоре лидера автоботов. С одной стороны звучит ласково, но с другой слышать её из уст такого врага как Мегатрон, было не совсем приятно. За каждой фразой скрыт иной смысл. - Никакого мира не будет, пока я не изменю своё решение. – Подумал вслух Оптимус Прайм. – Даже если я изменю своё решение, Мегатрон не сдержит своё обещание. Он получит лёгкий доступ к завоеванию Кибертрона и тогда война будет проиграна. Да, это уже куда больше похоже на Мегатрона. В его манере добиваться всего и вся любыми методами. Оптимус снова вспомнил тот случай в ущелье и содрогнулся. А если бы он не дотянулся до бластера и не смог бы сбросить с себя десептикона? Последствия были бы ужасными. От одной только мысли о том, что он мог быть изнасилован лидером десептиконов, Прайму становилось плохо. Лидер автоботов отключил компьютер, взял в руки маску и надел её. Засиживаться в командном центре не имело больше смысла. На улице была прекрасная погода и к тому же, он давно не покидал базу. Следовало немного прокатать новую резину на колёсах и размять сервопроводы. Слишком много сидеть в одной позе вредно, даже для трансформера. Стоило ему только выйти в коридор, как из-за угла тут же вышел Проул, пересматривая новый отчёт. Он заметил Прайма и направился к нему. - Добрый вечер, Оптимус. – Поприветствовал тактик. - Добрый, Проул. – Безразлично ответил красно-синий бот. – Ты о чём-то хотел спросить? - Да. Я думаю, что нам следует отправить на Кибертрон запрос о доставке новых воинов. Дополнительные силы нам не помешают. - Возможно, ты прав, но я не хочу подвергать опасности новых бойцов. Вполне достаточно и того, что нам почти каждый день достаётся от десептиконов. - Я просто предложил. – Проул посмотрел через плечо лидера. – Основные силы десептиконов сейчас как раз находятся здесь, на Земле. Если бы мы вызвали подкрепление, то у нас бы еще была надежда на победу. Мы должны разбить десептиконов. Но как мы это сделаем, если нас меньше, чем их? Мегатрон отказался от перемирия. Кстати, а почему он отказался? - Значит, все основные войска десептиконов сейчас на Земле? – Оптимус попытался увернуться от прямого ответа на поставленный вопрос. - Именно так, сэр. – Ответил тактик, просматривая отчёт. – Я вот что тут подумал. Ретчет уже предлагал эту идею, и мне она показалась весьма уместной. - Я слушаю. - Почему бы тебе снова не попытаться уговорить Мегатрона встретится? - Проул, - Прайм поднял очи горя к потолку. – Мегатрона не так-то легко уговорить. А если и удастся, то я пойду с ним на встречу только в сопровождении отряда вооруженных до дентопластин ботов. - Ого. Значит, в ущелье действительно что-то произошло. - Ничего такого нового, чтобы могло кого-то удивить. – Немного ворчливо ответил Оптимус Прайм, а про себя подумал, что странное поведение Мегатрона только его одного и удивляет. - Тогда понятно. Что ж, главное, чтобы дальше кулаков дело не заходило. Так, а теперь надо решить, когда лучше всего стоит связаться с Мегатроном. «Когда у того пройдёт приступ влюблённости» - хотел было ответить Прайм, но промолчал. Зато теперь он знал, когда десептиконы представляют наибольшую опасность для автоботов. Радует, что не у всех десептиконов в Искре пробуждаются подобные чувства, иначе бы автоботом пришлось убраться отсюда. - Так что с Мегатроном, сэр? – вновь спросил Проул. - Ничего. – Сухо ответил Прайм. – Подождём еще немного. Если ничего не изменится в ближайшее время, то боюсь, мне придётся снова договариваться о заключении мира. Тактик только кивнул и ушел по своим делам. Оптимус вздохнул с облегчением. Он хотел мира как никто другой, но с момента их последней с Мегатроном встречи начал побаиваться лидера десептиконов. Кто знает, что еще ему придёт в процессор. Оптимус вспомнил, что собирался прогуляться и неспешно пошел по длинному коридору, направляясь к выходу. Уже покинув базу, лидер автоботов окунулся в свои привычные мечты о долгожданном мире, которого все так ждут. Кибертрон – жемчужина Вселенной, когда-нибудь он снова станет таким же прекрасным и могущественным, как во времена до войны. Оптимус вспомнил те годы, когда был Орионом Мирным. О Кибертроне говорили все! «Нет более могущественной и прекрасной Империи, чем Кибертрон» - твердили жители других планет, миров и измерений. Многие завидовали кибертронцам, завидовали их счастью. Но никто не пытался захватить эту Жемчужину. В то время ни у кого не возникало и мысли о войне. Даже намёков на то, что в ближайшем будущем Золотой Век канет в прошлое, не было. С началом войны между автоботами и десептиконами за Кибертрон, все думали, что это временно, что война скоро окончиться. Но все ошибались. Оптимус, как и многие, верил и продолжает верить, что война почти закончилась и до мира рукой подать. Но всё же, мир не наступит, пока Мегатрон не умерит свой пыл. И тут неожиданно для самого себя, Оптимус сделал открытие, которое заставило его задуматься. Он всё время думал только о войне, о том, что автоботы и десептиконы враги. Но он никогда не задумывался о десептиконах, как о подобных себе. Теперь же, когда на собственной обшивке пришлось испытать всю силу чувств лидера десептиконов, он понял, какую совершил ошибку. «Каким я мог быть глупцом, что не замечал этого. – Упрекал он самого себя. – С самого начала Мегатрон пытался предложить мне мир. Но зачем нужно было устраивать весь этот спектакль с чувствами?» Оптимус действительно не верил, что десептикон способен на такие чувства, как любовь. Скорее всего, это всё жажда власти. Мегатрон всегда стремился к власти, всегда хотел чем-то обладать. Кибертрона ему стало мало, и он возжелал покорить всю Вселенную. Но, а какой прок ему будет от Прайма? Всё очень просто: завоевав расположение Оптимуса, он бы одним махом одержал победа над автоботами и Кибертрон достался бы ему. По крайней мере, так думал Оптимус. А ведь это куда больше похоже на правду. Как и было ранее упомянуто, Мегатрон добивается своего любыми способами. Есть немало способов завоевать расположение того, кто тебе мил. Красивые слова, жесты вежливости, терпение, подвиги – всё это можно применить в качестве оружия, чтобы на время затуманить разум своей жертвы. Но за каждым красивым словом, за каждым подвигом скрывается своя ложь. Слова признаний в любви, словно лезвия меча вонзаются в Искру, а потом мучительно разрывают её, причиняя боль. Нет, Прайм не даст себя обмануть. Пока что от лидера десептиконов не было ни одного жеста вежливости, ни одного подвига. Были сказаны красивые слова, но их было мало, и звучали они с издёвкой. Что до жестов вежливости, то один всё же был. Мегатрон дал ему время всё обдумать и терпеливо ждал. Но потом, когда вновь получил отрицательный ответ, всё же проявил свой нрав и еще раз показал, кто такие десептиконы. Идти на поводу у серебристого трансформера Оптимус не намерен. Уже давно известно, что Мегатрону нельзя верить. А вот попытаться можно. Почему бы не дать ему шанс? Но тут же появлялся целый ряд причин, по которым нельзя доверять этому десептикону. Оптимус Прайм продолжал бесцельно бродить по пустыни, заложив руки за спину, погруженный в свои мысли. Все его мысли были только о мире и враге. Нет! Как ни крути, а первый шаг всё же придётся делать именно ему, Прайму. Пора пересмотреть все ранее сделанные поспешные выводы и попытаться начать сначала. Пустые разговоры о мире и войне ни к чему не привели. Чтобы понять всю суть происходящего и попытаться добиться мира, придётся всё же поговорить с Мегатроном. Через не хочу, но он просто обязан это сделать. Во благо автоботов. «Что ж, - вздохнул автобот, подняв оптику к небу. – Проул прав. Я должен поговорить с Мегатроном снова. Но если он опять распустит руки, то я за себя не отвечаю». Решение принято, но спешить не стоит. *** От врага можно ожидать всего. Он способен на любую жестокость, грубость и пошлость. - В атаку! – приказал Мегатрон. Десептиконы ринулись в бой. Сам же Повелитель наблюдал за происходящим издалека, не желая марать руки. Ему было не до этого. Пусть Прайм продолжает думать, что ему всё безразлично. Чего стоит притупить бдительность автобота? Достаточно просто снова сделать вид, что всё стало прежним. В бою Мегатрон старался не особо обращать внимание на внешний вид любимого врага и не показывал виду, что всё еще на что-то надеется. Каждый раз, прикасаясь к красному корпусу, Искра десептикона разжигалась страстью. Жестокая игра, которая затянулась. Война за власть. Битва за покорение всего одной Искры. «И чего он всё противится? – усмехался Мегатрон, скрестив руки на груди. – Глупый автобот. Если бы он согласился, то я бы дал добро на заключение мира. Эта война уже всех достала. И меня в том числе. Может, пойти и предложить ему мир?» До такого уровня опускаться опасно. Но попытаться всё же можно. Всё равно никто не узнает. «Зато Прайм будет знать и этого более чем достаточно. Если я пойду к нему с предложением о мире, то тем самым лишь признаю своё поражение». Нет, этого делать ни в коем случаи нельзя. На самом же деле, Мегатрон вовсе не собирался уж так сразу заключать мир с врагами. Да, война давно зашла в тупик, а многочисленные и бессмысленные сражения не приносили никакого результата. - Пора заканчивать эту глупую игру. – Подумал вслух Белый Вождь. - Что ты имеешь в виду, Мегатрон? – спросил Старскрим. - Я хочу сказать, что война стала бессмысленной. Либо мы победим, либо проиграем. - Основные силы автоботов сейчас на Кибертроне. – Доложил Саундвейв. – Мы можем в любой момент совершить нападение на автоботов Оптимуса Прайма. Мы могли бы одержать победу, если бы вы согласились открыть охоту на Прайма. - Звучит заманчиво. – Усмехнулся Мегатрон, представив Оптимуса в кандалах, помещенного в камере. – Но мне это не нужно. - Тогда так мы ни к чему не придём. – Сикер расплылся в лукавой улыбке. – Почему автоботы не способны понять, что победы им не видать, пока с нами такой великий лидер? Они отказываются сдаться, но при этом хотят мира. Ишь, какие шустрые! Чего им стоит сдаться? - Автоботы боятся поражения. – Выдал кассетник, сверкая визором. – Они считают, что если победа будет за нами, то их жизнь превратится в сущий ад. Того же мнения придерживается большая часть десептиконов. Кто бы ни одержал победу, одна из сторон всё равно останется недовольной. - А чего это автоботы должны быть недовольны? – возмутился Старскрим, уперев руки в бока. – Это уже их проблемы. Вечно им не угодишь. То им мир подавай, то в любви признавайся и клянись хранить верность. Ох, с Истребителем у меня только так и было. И до сих пор продолжается. - Истребитель? – Саундвейв вопросительно посмотрел на командира ВВС. – Он же автобот. - И что? – повёл плечами тот. – Разве это плохо? Знаешь, что действительно плохо? Когда тебе приходится неохотно признавать своё поражение и неправоту. Офицер-связист недоумённо нахмурился. - И чего я только тут распинаюсь, меня ведь всё равно никто не понимает? Короче, Истребитель путает два совершенно разных чувства. Он думает, что любит меня, а на самом деле у него ко мне просто обычное влечение. Это пройдёт, со временем. Надеюсь. Я ему уже объяснял, что вся его любовь это фигня, а он продолжает твердить своё. - Любовь – это сильное чувство, зарождённое в Искре, которое способно притупляться и зарождаться. – Констатировал Саундвейв, совершенно не обращая внимания на присутствие лидера. – Влечение – временное, непостоянное чувство. Оно порой является основой любви, но не всегда. - Что за чушь вы здесь несёте? – вмешался Мегатрон, которому уже порядком надоело выслушивать весь этот бред про чувства. - Я ошибся. – Хихикнул Старскрим. – Всё же один слушатель есть. Обсуждаем автоботов, Мегатрон. Некоторые из них временами путают увлечение с любовью. - Избавь меня от подробностей, Старскрим. - Хорошо. Так что ты там говорим про основу, Саундвейв? - Влечение подразумевает еще и жажду. – Продолжил мудрый кассетник. - Чего? – в один голос спросили Повелитель и его заместитель. - Стремление обладать объектом своих воздыханий. Но это скорее относится к одержимости. Иногда, когда бот одержим другим ботом, то желает им владеть. Это уже не просто одержимость или влечение. Даже получив отказ, одержимый бот продолжает стоять на своём. Его ничто не способно остановить и он постоянно твердит себе, что должен заполучить того-того. Среди десептиконов такие случаи случались довольно часто. - И что потом становилось с такими ботами? – Старскрим принял заинтересованный вид и терпеливо ждал ответа. Но связист лишь пожал плечами. Даже он не всё знает. Мегатрон еще довольно долго выслушивал поучения кассетника о чувствах. Он и сам не понимал, с чего это вдруг Старскрим и Саундвейв задели столь нервную тему. «Рассуждают, как две фемки. – Поморщился лидер десептиконов. – А ничего более важного и полезного обсуждать нельзя? Минуточку! А причём здесь Истребитель?» Оказывается старый друг Старскрима не просто старый друг. Он еще и партнёр. Вот так номер! Зато теперь стало ясно, куда почти каждую ночь летает Тиран Небес. В этом нет ничего удивительного. Старскрим нашел себе не только партнёра, но и хорошего товарища, который обязательно вступится за него. А вот насчёт определения чувств Белый Вождь был категорически не согласен. Зато он впервые за всё время задумался; а действительно ли его переполняет любовь к врагу, а не одержимость к обладанию им? Хороший вопрос, но он немного запоздал. Если бы он был задан до того, как было совершенно признание, тогда бы не пришлось ломать голову сразу над двумя проблемами: победа в войне и завоевание Прайма. - У меня есть предложение. – Сообщил командир ВВС, засмотревшись на сражение с автоботами. – А давайте похитим парочку автоботов, а? Прайм прибежит их спасать и тут-то мы его и убьём! Автоботы проиграют, а победа будет за нами. - Ты действительно уверен, что этот идиотский план сработает? – засомневался Мегатрон, стараясь не слушать всякий бред предателя. - Я хотя бы хоть что-то предложил в отличие от тебя! – гордо задрал нос сикер. – Ты пока ничего толкового не придумал, Мегатрон. Может, нам стоит сменить лидера? Саундвейв отошел в сторону и покачал головой: - Опять пошло-поехало. - Вспомни, когда мы в последний раз побеждали? – не унимался предатель. – И Кибертрон мы не можем завоевать, пока нами руководит такой лидер, как ты! Мегатрон совершенно без слов повернулся лицом к заместителю, занёс правую руку для удара, но Старскрим блокировал удар. Но в этом-то и была вся суть. Пока летун блокировал удар, Повелитель тут же занёс второй манипулятор и серую лицевую пластину огрел сильный удар. Оплеуха была сильной, и сикер взвизгнул от боли. Белый Вождь схватил его за левое крыло, притянул к себе и посмотрел в напуганную рубиновую оптику. - Я никому не позволю насмехаться над собой. – Процедил сквозь стиснутые дентопластины лидер. – Особенно тебе, Старскрим. Не заставляй меня использовать против тебя наказание. - Лорд Мегатрон, - как не во время вмешался офицер-связист. – Я так понимаю, что победа будет принадлежать автоботам. Проигнорировав своего зама, Мегатрон посмотрел в сторону сражений. Оптимус смело пробирался между десептиконами и вырубал одного за другим. «Нет, вы только посмотрите. – Усмехнулся десептикон. – А он еще о мире говорил. Веселись, моя Искра. Веселись, пока можешь. Скоро ты будешь мой и плевать, что мною движет лишь влечение к тебе». *** - Что может быть лучше техосмотра? – спрашивал неизвестно кого, до нельзя довольный собою Ретчет. – Раненых стало значительно меньше. Работы у меня тоже теперь не так много. Наконец-то я могу уделить немного времени себе. - Не зарекайся, Ретчет. – С лёгкой улыбкой на губах сказал Прайм. – А то вдруг всё станет как прежде. Снова будешь ворчать, что тебе всё надоело. - Я не ворчу. – Отрицательно помотал головой медик, отключая оборудование. – Всё. Техосмотр закончен и никаких серьёзных повреждений не выявлено. Теперь самое главное: не советую слишком часто бросаться на десептиконов врукопашную. Кстати. Мне одному так кажется или действительно стало подозрительно тихо? - Что ты имеешь в виду? - Десептиконы нападают меньше. Того и гляди, скоро совсем образумятся. Скорее бы закончилась эта проклятая война. - Взаимно, - Оптимус подпёр стену спиной и скрестил руки на груди. Но он не мог согласиться с Ретчетом насчёт десептиконов. «В тихой яме шарктиконы водятся» – одна из тех истин, которой стоит поверить. - На Кибертроне тоже стало подозрительно тихо. – Спустя какое-то время продолжил автоботский медик. – Многие опасаются, что за этим последует нечто ужасное. Катастрофа вселенского масштаба. - Это преувеличение. Уж если и будет беда, то она как всегда явится в образе Мегатрона и его десептиконов. - Ага. Точно подмечено. Надо будет потом как-нибудь остальным передать. Ладно. Ты можешь идти, а мне еще кучу работы надо сделать. - Но ты ведь сказал, что у тебя сейчас свободное время? – Прайм направился к выходу и замер в дверях. – Какие могут быть дела? - Важные. – Коротко отрезал медик и больше не оборачивался, усердно начав копаться на полках с медикаментами. Оптимус пожал плечами и вышел. Последние дни были весьма напряженными, все в делах. Никакого покоя, совершенно никакого. Зато теперь появилась замечательная возможность отдохнуть от дел, от автоботов и так далее. Свежий воздух, предрассветный час и никаких трансформеров. Вернее, почти никаких. Прогулка на дне Гранд Каньона вдоль реки Колорадо еще никому не навредила. Стены Каньона состояли из толстых слоёв известняка, сланца и песчаника. Приятно побыть вдали от базы и своих товарищей. Хороший лидер заслужил право на отдых. Но даже сейчас Оптимус всё еще продолжал мысленно просчитывать все возможные варианты нападения со стороны десептиконов, отражения атаки врага и потери. Поскольку никого по близости не было в радиусе нескольких тысяч миль, то и прятать лицевую пластину поз забралом не было смысла. Оптимус всё еще не привык к новой маске, которую сделал для него Ретчет. Она была не такой, как предыдущая, а к той маске Прайм привык и не расставался с ней никогда. Закончив мысленную работу, лидер автоботов принялся спокойно гулять вдоль реки. Гранд Каньон был главным достоинством штата Аризона и впечатлял не только своими внушительными размерами, но и красотами. Зато какие здесь бывают красивые закаты и рассветы! И именно сейчас солнце медленно поднималось, освещая верхушки стен ущелья. Постепенно солнечные лучи дойду до дна, а пока можно наслаждаться этим прекрасным мгновением. Жаль, что никто сейчас не способен разделить с Оптимусом эту сказочную и неповторимую земную красоту. На Кибертроне такое не часто увидишь. Автобот отключил фары и позволил себе наблюдать за рождением нового дня в кромешной тьме. Медленно, лениво, солнце поднималось из-за горизонта. Оптимус зачаровано смотрел на солнце. Немного постояв на месте, он пошел дальше, прямо навстречу огненному светилу. Корпуса автобота коснулся лёгкий ветерок, прогуливавшийся меж стен Гранд Каньона. Было тихо и спокойно. Прайм мог часами вслушиваться в тишину, окружавшую его со всех сторон. Он наслаждался каждым мгновением спокойствия. Ни автоботов, ни десептиконов, ни войны, никого. Лидер автоботов еще достаточно долго брёл, глядя себе под ноги, и только потом посмотрел перед собой. Лёгкая улыбка, игравшая до этого на его губах, исчезла. Он поспешно потянулся за маской, но не спешил её одевать. Причиной его беспокойства послужил внезапно появившийся лидер десептиконов. Мегатрон продолжал идти ему навстречу, тоже уставившись в землю под ногами. Он остановился и удивлённо уставился на врага. Похоже, что никто из них не ожидал увидеть друг друга здесь. Лидеры смотрели друг на друга с явным удивлением, но ни в красной, ни в голубой оптике не была даже намека на ненависть. Неожиданная встреча, странный поворот судьбы. Десептикон вопросительно блеснул оптикой, на что получил ответный голубой блеск. Он сделал пару шагов навстречу автоботу и внимательно посмотрел на него. Да, всё такой же красивый. - Прекрасный денёк для прогулки, не правда ли? – первым начал Мегатрон, едва заметно улыбнувшись. Оптимус отшатнулся, не веря своим оптическим датчикам. - Не ожидал тебя увидеть здесь. – Признался он, неуверенно отступив назад. - Могу сказать то же самое, я тоже удивлён нашей встрече. Раньше начала новой битвы я и не надеялся увидеть тебя, Оптимус. Странно. Почему собственное имя показалось таким пугающим? Уж не потому ли, что его только что произнёс заклятый враг? - Не слишком ли рано для десептикона? – сам не понимая зачем, съязвил Прайм. Он не знал, откуда взялась ирония в его голосе, не знал, почему пытается задеть Мегатрона. - Мне бы всё равно пришлось надрывать глотку из-за очередного предательства Старскрима. Так что не рано. Я не часто позволяю себе утренние прогулки. А ты? Что ты здесь забыл? - Думаю. – Поспешно ответил красно-синий трансформер, стараясь сохранять невозмутимое выражение лицевой пластины. Теперь он жалел, что во время не надел маску. - Тогда с тобой всё ясно. – Лидер десептиконов лукаво усмехнулся и что-то ему протянул. Прайм посмотрел на протянутый предмет и сразу узнал в нём своё старое забрало. – Ты обронил это в ущелье. Надеюсь, что с возвратом я не опоздал? – спросил десептикон и косо посмотрел на другую маску, прикреплённую к левому бедру автобота. - Спасибо, - тихо поблагодарил Оптимус, приняв столь ценную вещицу, и поспешил её приделать на место. Но манипулятор, сжавший его запястье, заставил остановиться. Автобот недоумённо посмотрел на Мегатрона. – Тебе мало благодарности? - Какой догадливый автобот, - почти пропел тот, крепче сжав манипулятор врага. – От тебя ничего не утаишь. Не надевай это безобразие. Зачем прятать такую красоту? - Потому что я не привык показывать своё лицо. – Автобот резко отдёрнул руку и поспешно приладил забрало на место. На лицевой пластине десептикона читалось явное огорчение. - И мне ты тоже не привык показывать лицо? – с насмешкой спросил Белый Вождь. - Тебе тем более. Мы враги, не забывай об этом. - Я всё прекрасно помню, Прайм. Только слишком часто об этом не надо напоминать. Не порть мне настроение своими замечаниями, иначе нарвёшься на неприятности. Солнце лениво поднималось над Каньоном. День начинался мучительно медленно. Оптимус так надеялся, что хоть сегодня будет покой, но он ошибался. Весь день испорчен, и настроение тоже безвозвратно исчезло. Такое впечатление, будто весь мир против тебя. Обязательно надо было десептикону здесь объявляться? - Мне только так кажется или ты мне не рад? – раскусил его Повелитель, вопросительно посмотрев на автобота. - Я хотел побыть один. – Буркнул тот, отвернувшись. «Вот уж не думал… Такой себе благовоспитанный и серьезный, а капризничает, как фемка. – Отметил про себя десептикон. – Странно, что я раньше за ним такого не замечал». «Что же делать? – тем самым временем думал Оптимус Прайм. – Может мягко намекнуть ему, что он здесь некстати? А что я тогда сделал только что? Это ведь не приглашение к разговору». Он посмотрел на нежданного собеседника. «Но с другой стороны он ничего плохого не делает. Просто стоит и даже не пытается распускать руки. Неужели уже успел забыть о том, что признавался мне в своих чувствах? Или я всё же оказался прав, и это было лишь временное увлечение?» - Ты меня посылаешь? – в голосе десептикона послышались грозные нотки. Того и гляди совсем сорвётся и снова набросится. – А ведь ты сам сейчас разжигаешь огонь ненависти. - Прости, оговорился. – Пришлось соврать, чтобы не нарваться на неприятности. – Просто меня уже достала эта война. Десептикон совершенно неожиданно навёл дуло пушки в грудь автоботу, заставив того расширить оптику от удивления и недоумения. «Вот и верь этим десептиконам!» - Так ты признаёшь своё поражение? – как-то насмешливо прозвучали эти слова, в них не было ни угрозы, ни какой-либо опасности. – Расслабься. Я не собираюсь тебя убивать. Просто прикалываюсь. Чёрный юмор, знаешь ли. - Тебе смешно?! – возмутился лидер автоботов, размахивая манипуляторами. Еще бы не возмутиться, если над тобой так жестоко смеются! – Не нахожу в этом ничего забавного! И сдаваться я не собираюсь. Я предлагал тебе мир, но ты отказался. - Это я предлагал тебе взаимность, но ты не захотел устанавливать мир такой ценой. Оптимус промолчал, он осознавал, что в словах вождя десептиконов есть доля правды, он действительно отказался…и сделал бы это снова. «Глупый автобот, - осклабился Белый Вождь, опустив оружие. – Ничего ты не понимаешь». - Орать не обязательно. – Холодно промолвил он. – Я хотел сказать, что война мне тоже надоела. - И? - Один из нас должен сделать первый шаг, чтобы поставить на ней крест. Давай, Прайм. Делай первый шаг. - А почему я? - Ну, это ведь ты у нас помешанный на перемирии, как Старскрим помешанный на своей внешности. Как же он меня бесит. - Я предлагал, а ты отказался. – Упрямо повторил автобот. – Почему бы тебе первому не признать поражения? - Потому что не хочу казаться слабым. Только слабаки признают своё поражение и сдаются. Десептиконы же должны идти до конца, чего бы им это не стоило. «И откуда в тебе такие убеждения? – не понимал красно-синий трансформер. – Странно, что я никогда не задумывался о том, откуда ты взялся. Уж точно не с Кибертрона». - Поэтому война не кончается. - Ты упрекаешь меня, автобот? Легко взвалить всю ответственность на плечи другого, а сам никогда не признаёшь своей неправоты. - Но ведь это ты начал войну, а не я. Резкий аргумент, который заставил обоих надолго замолчать. Разговор не хотел завязываться. А что делать? Обсуждать военное положение не хотелось, а вот поговорить немного друг о друге было бы весьма интересно. - Ты вроде был гладиатором, так? – первым спросил Прайм. Ему правда было интересно узнать о прошлом своего заклятого врага. - Было дело. – Лениво ответил десептикон. – А что? - Я просто спросил. – Ответил тот, отвернувшись. – И как долго ты пробыл гладиатором? - Тебе обязательно всё знать? – алая оптика сощурилась и покосилась на вражеского лидера. – Достаточно долго. И до сих пор продолжаю увлекаться гладиаторскими боями. Только теперь сражаюсь не за деньги, а за Кибертрон. - Ты брал деньги за то, что убивал на арене? – ошарашенный Оптимус расширил оптику еще больше. – И как это понимать?! - Не тебе меня судить, Оптимус. – Повёл плечами лидер десептиконов, понимая, что разговор пошел в другое русло. – Приходится идти на крайние меры, чтобы заработать на тот же кубик энергона. Но сейчас мне это не нужно. Хотя, всё равно приходится довольно часто играть роль гладиатора. - Ты всё еще выступаешь на арене? – ужаснулся автобот. - Можно сказать и так, если под «ареной» ты подразумеваешь Землю. «Кто же мог подумать, что могучий и великий лидер десептиконов, когда-то был вынужден убивать ради кубов энергона? – всё больше и больше поражался Оптимус Прайм. – Ну, возможно, что десептиконы знают, только помалкивают». - Это всё, о чём ты хотел меня спросить? – вопросил Мегатрон, оглядевшись по сторонам. Пейзаж - весьма типичный для Земли, - может и выделяется на фоне всего прочего, но по сравнению с Кибертроном и его величием – ничто. - Нет. – Уверенно сообщил красно-синий трансформер. - Есть что-то, чтобы ты хотел спросить у меня? - Да. Но не сегодня. Наверное, мне всё же следовало остаться на базе. - Теперь я всё понял. – Недобро сверкнул оптикой Белый Вождь. – Что, десептиконами брезгуешь, Прайм? Считаешь, что десептиконы не трансформеры? Ах, я же забыл, что вы, автоботы, придерживаетесь своих принципов! - А я так надеялся, что хотя бы сегодня будет спокойно. Что ж, видно не судьба. «Так, надо срочно придумать какую-нибудь тему. – Поспешно соображал лидер десептиконов, боясь упустить свой единственный шанс. – Иначе всё пропало». - У меня есть предложение. – Теперь уже совершенно другим тоном заговорил он. – Я так понимаю, что ты довольно давно не покидал пределы планеты органиков? - И что? - Предлагаю на время забыть о нашей вражде и куда-нибудь слетать. Идёт? Понимай это как хочешь, но вся суть заключается в том, что даже лидерам порой необходимо отдыхать. Так как? Ты согласен? Оптимус не был уверен, что это правильно и очень сильно сомневался в том, что из этого выйдет что-нибудь хорошее. Но в чём-то Мегатрон всё же был прав. Да, пожалуй, немного отдохнуть не помешает. *** - Тебя не было довольно долго, Прайм. – Заметил Айронхайд, сложив руки на груди. – Десептиконы могли напасть в любой момент. Где ты был? - Гулял, - тихо ответил лидер автоботов, проверяя крепление маски. Больше ему нечего было ответить. Он шел, слегка пошатываясь, но это не из-за количества выпитого энергона. По правде говоря, он выпил всего два энергокуба, а заносило его из-за усталости. Хоть битв не было, всё равно денёк выдался весьма энергичный. Когда Прайм принимал предложение десептикона, он подозревал, что это плохая идея, но теперь же он окончательно убедился что… «Проклятье! – выругался красно-синий бот. – А с какой стати я должен быть недоволен? Всё прошло даже лучше, чем я ожидал. Никаких приставаний, никаких разговоров о войне. Только мир и покой». Да, они замечательно провели время вместе. Общались, обменивались своими взглядами, рассказывали о разных происшествиях и просто пили энергон. В такой момент их трудно было принять за врагов. Скорее друзья, товарищи, давние знакомые. Не стали бы враги пить за одним столиком. *** Каждый второй десяток лет мимо Квинтессы пролетает всё один и тот же кусочек давно разрушенной планеты, которая была взорвана еще в самый разгар войны. Всем известный бар «Комета» всегда был в центре внимания. Замечательное место, куда не пускают кого попало. Собственно, блуждающий астероид как раз и был этим самым баром. Слабое освещение внутри бара помогало расслабиться. Конечно, здесь не пахло благовониями, зато здесь был качественный энергон. Это единственное место, куда не стыдно было пойти. Дроид принёс поднос с двумя энергокубами, поставил на стол перед двумя трансформерами и удалился. Мегатрон первым протянул манипулятор, взял энергокуб и прислонил к губам. Он пристально следил за Праймом, надеясь угадать его настроение. Оптимус был немного неуверен, смущен. Это первый раз, когда его пригласили выпить. Он не ожидал такого поведения от десептикона. Искра подсказывала, что на этом сюрпризы не закончатся. Лидер автоботов небрежно ослабил крепления забрала, отложил маску на край стола и поднёс к губам энергокуб. Он сделал один глоток и про себя отметил, что энергон хорошего качества. - Замечательно, - довольно протянул Мегатрон, причмокивая. – Не зря я тебя сюда притащил. У тебя появилась возможность попробовать лучший во Вселенной энергон. Этот напиток хранился более одиннадцати тысяч лет. - Ты шутишь? – чуть не поперхнулся красно-синий трансформер. – Откуда здесь может быть энергон несколько тысячной давности? - Во Вселенной существует немало планет, богатых ресурсами. Оттуда весь этот энергон. Замечательный сорт. Нежный и пьётся легко. Пьётся действительно легко, но немного горчит во рту. Оптимус не привык к таким напиткам. Он снова сделал глоток и осмотрел помещение. Где-то шумно обсуждали какую-то выгодную сделку, а где-то одиночные боты просто попивали энергон, глядя в одну точку перед собой. В самом дальнем углу бара сидела компания из восьми крупных трансформеров. Их оптика казалась мутной, будто они были одурманены. Мегатрон тем самым временем взглядом изучал притягательный корпус любимого врага. Он снова ощутил сильное желание прикоснуться к красной броне, но был вынужден противиться своему желанию. Если он сейчас не научится сдерживаться, то проиграет эту битву. «Как бы лучше мне сделать? – спрашивал он самого себя. – Подождать или воспользоваться тем, что ты сейчас потеряешь бдительность и не сможешь так яро сопротивляться, когда энергон сделает своё дело?» Сама мысль о том, что очень скоро Прайм станет слишком лёгкой добычей, весьма позабавила лидера десептиконов. Но он не станет так поступать. К тому же, здесь слишком много свидетелей и… Небрежно оглядевшись по сторонам, лидер десептиков, внезапно заметил, что не он один разглядывает Оптимуса Прайма. Неожиданно у него появился соперник, хотя и отдаленный. Десептикон испепеляющи глянул на трансформера с мутной оптикой. Пурпурный робот сощурил свою серую оптику и усмехнулся. Да, здесь есть боты, которые любят тянуть свои манипуляторы на чужое добро. - Хорошее место, - отметил Оптимус Прайм, почти полностью опустошив куб из-под энергона. – Тихое и спокойное. Ты оказался прав, когда говорил, что здесь хорошо. Мне нравится. - Я рад, - плотоядно улыбнулся Повелитель десептиконов, демонстративно оборачиваясь к нему и, всем видом давая понять, что автобот с ним. – Предлагаю еще выпить. Мы пока всё равно никуда не спешим, так что можно и оттянуться. - Я надеюсь, что ты не забываешь, кого угощаешь? – уточнил Оптимус. Он был весьма поражен такой любезностью и щедростью. Он прекрасно знал, сколько стоит энергон одиннадцати тысячной выдержки и не понимал, откуда у главного десептикона средства на покупку дорогого удовольствия. - Ах да, я уже забыл, что мы враги. – Усмехнулся Белый Вождь. – Эй, дроид! Еще два энергокуба! Дроид послушно принёс заказ и ушел. Мегатрон залпом опустошил свой энергокуб и заказал еще. Пока весь выпитый энергон не принёс ничего, кроме затрат. - Мегатрон, может, хватит тебе? – предложил Прайм, глядя на собеседника. – Не много ли ты выпил? - Вся прелесть в том, что я не успеваю нормально опьянеть, моя Искра. – Совершенно трезво ответил десептикон, незаметно придвинувшись к автоботу. – Если бы ты только видел цену одного кубика энергона, то получил бы системный сбой. Благо, что я взял с собой побольше кредитов. - М-да, - задумался автобот, рассматривая свой энергокуб. – Но зачем всё это? К чему такое расточительство? Эти же кредитки ты мог бы использовать на куда более полезные нужды и дела. - Теперь ты будешь мне указывать, как лучше тратить заработанные кредиты? Я просто хотел развеяться. Десептикон скользнул взглядом по красно-синему корпусу и мысленно облизнулся. Процессор заполнили фантазии не невинного характера, заставив алую оптику стать багровой. Оптимус чувствовал на себе пристальный взгляд десептикона, но старался не обращать на это внимания. Но всё же сам не удержался и посмотрел на серебряного робота. В тусклом освещении броня десептикона переливала серебром, а оптика казалась еще ярче, чем есть на самом деле. И только сейчас, впервые за всю войну Оптимус осознал, что десептикон действительно симпатичный. «И что только на меня нашло? – автобот поспешил отвести взгляд, но его просто пленили корпус и окуляры заклятого врага. – Как говорят белковые: держи друга ближе, а врага еще ближе? Но сейчас я не могу думать о Мегатроне, как о враге. Проклятье…это все высокопроцентный энергон. Больше не выпью ни капли». Мегатрон неспешно допил энергон и еще долго держал в руках пустую ёмкость. Он продолжал представлять свою победу над лидером автоботов, расписывая всё в ярких красках. - Ты собираешься еще что-то выпить? – на всякий случай спросил Прайм, опасаясь, что десептикон еще что-нибудь захочет заказать. - Нет, - коротко ответил тот. – На сегодня вполне достаточно. Но у нас еще есть немного времени, так что мы можем не спешить. Есть варианты, куда мы пойдём при следующей встрече? - А у нас разве будет еще одна встреча? - Если судьба позволит, то я буду только рад. Помимо «Кометы» есть еще пара-тройка замечательных мест. Я тебе потом обязательно всё покажу. Последняя фраза звучала, как обещание. И почему-то Оптимусу сразу показалось, что десептикон действительно при здравом процессоре и совсем даже не наэнергонился. Точно хочет сделать приятное. Неужели всё же решил показать себя с лучшей стороны? - Ладно, пошли. – По своему обыкновению отдал приказ Мегатрон, поднявшись из-за стола. Он недобро посмотрел в сторону пурпурного бота с серыми окулярами. Теперь трансформер пристально разглядывал лидера десептиконов, но всё же его куда больше заинтересовал именно Прайм. Лидеры неспешно покинули бар. Мегатрон все время порывался забросить руку на талию Оптимуса, но что-то его удерживало. Совершенно несвойственная нерешительность, охватила его, вызвав чувство изумления. Оптимус ничего не заметил, он не подозревал и даже не догадывался, что почти всё время в баре на него глазел какой-то совершенно незнакомый робот. «Откуда взялся этот наглый тип? – Мегатрон сжал кулаки, чувствуя, как к Искре подступает гнев и ревность. – Но пусть даже не надеется! Прайм только мой. Я никому не позволю класть свою оптику на того, кто будет принадлежать мне». На Землю они вернулись довольно быстро. Оптимус так и не прикрепил маску, не поспешил закрыть лицевую пластину. Ему нечего было стесняться или опасаться. Всё равно никто из автоботов не увидит, а из всех десептиконов с ним рядом был только Мегатрон. Кроме того, ощущать ночную прохладу на открытом лице, оказывается, было несказанно приятно. Только-только начало темнеть. Они почти дошли до базы автоботов, но расходиться, пока не торопились. - Ну,… э-э-э… спасибо за всё, Мегатрон. – Лидер автоботов протянул руку для прощального пожатия. Повелитель десептиконов усмехнулся, взял протянутый манипулятор, поднёс к губам и нежно поцеловал. Влажные губы обожгли синий металл, заставив Прайма вздрогнуть. «Это… Зачем он это сделал? – мысли автобота спутались, стали несвязными. – Это переходит уже все границы и… Он точно выпил лишнего». - Мегатрон... зачем? У нас же был уговор. – С тихим упреком сказал Оптимус, тем не менее, не пытаясь отнять руку. - Не было никакого уговора, - хмыкнул десептикон, - а если и был, я ничего не помню. Энергон действует благотворно хотя бы в том, что забываешь то, что тебе хочется забыть. Десептикон отнял губы от тёплого металла, поднял багровую оптику на красно-синего трансформера, но руку так и не спешил отпускать. - Прощай, моя Искра. – Трепетно выдохнул он, испытывая жар в собственной Искре. – Только не надейся, что это шаг на пути к миру. - Прощай. «Нет, ты как раз сделал этот самый шаг, Мегатрон. Ты только что его сделал». Они стали расходиться, каждый в свою сторону. Мегатрон чувствовал какой-то подъем и уже гордился собой, гордился тем, что впервые сумел решить все не силой, а вежливостью и галантностью. Этот путь был более длинный, но как оказалось… и более приятный. Он чувствовал, что начинает втягиваться в эту игру. Оптимус же ощущал какую-то простую, неискушенную радость, ему казалось, что они вместе сделали какой-то новый шаг в развитии дальнейших событий, что возможно дальше все изменится в лучшую сторону. Несмотря на приподнятое настроение, Оптимус не потерял бдительности, поэтому когда мимо камней прошмыгнула тень и, услышав как осыпаются мелкие камешки, он остановился и резко обернулся: - Кто здесь? Ему ответила тишина. Внимательно прислушавшись, Оптимус улыбнулся сам себе: «Наверное, мне показалось. Пить нужно меньше, лидер уважаемый. Для тебя и два куба будет много». Оптимус Прайм продолжил путь, не подозревая, что сейчас за ним наблюдают хищные окуляры предвестника беды. Неизвестный, было, двинулся за своей целью, но в последний момент остановился. Послышалось довольное хмыканье, и в следующее мгновение тень скрылась, растаяла вместе с наступившими сумерками.