Optical aberration

Кли не понимала, за что мама ругала ее братиков. — Ничего не поняла. Почему ты отказываешься выходить на улицу, ну-ка? — Потому что я был Альбедо вчера. — Хорошо, а ты почему не хочешь им быть? — Потому что устал и не хочу никого видеть. Нет, Кли решительно не понимала. — Алиса, это не такой важный праздник, чтобы мое — наше — присутствие было так необходимо. Тимей просил меня усовершенствовать одно зелье, и я как раз хотел бы заняться этим сегодня. — Альбедо, милый, сколько раз я просила называть меня мамой? Ты все никак не можешь привыкнуть? А ты! Ты тоже можешь звать меня мамой, раз ты теперь член нашей большой дружной семьи. И кого из вас мне называть Альбедо? Кли втянула голову в плечи, видя, каким кислым становится лицо ее нового братика в ответ. Но ведь мама права: если они теперь брат и сестра, то у них одна мама, верно? Одна любимая, добрая-добрая и самая лучшая мама на свете. — Никаких "остаться дома"! Мои хорошие мальчики, вас отберут с руками и ногами, если вы перестанете ото всех прятаться и наконец расскажете, что вас сразу двое. Поэтому быстро причесались, оделись и отправились к Собору, там должны выступать гости из Фонтейна через полчаса, вы как раз успеете вовремя. — Хорошо, — даже слишком быстро согласился один из них, и Кли хлопнула в ладоши, тут же притихнув, чтобы ее не заметили. — Нет-нет, я проверю. Даже и не думайте отправиться в горы, спрятаться в лесу или на мысе Веры. Почему вы вообще так сильно боитесь раскрыться обществу? У людей будет целых два талантливых алхимика! — Алиса, — Кли сразу же узнала в этой интонации своего старого братика, хоть и путала их иногда, — мы договорились жить под одним именем, потому что так удобнее всего. В лишней море мы точно не нуждаемся; одних моих гонораров за иллюстрации хватило бы на нас двоих, и так мы можем сфокусироваться на исследованиях, по очереди отвлекаясь на социум. Он и так отбирает слишком много времени, которого постоянно не хватает — и если мы будем представлены людям как двое, то и социальной ответственности у нас будет на двоих. Это банальная экономия ресурсов, сил и времени, не пойми нас неправильно… — Ах не пойми вас неправильно, — Кли услышала шорох ткани и тихое айканье, словно кого-то схватили за ухо. — Думаешь, до меня не дошли слухи о фестивале Иродори? Приглашенная звезда издательского дома Яэ, достойная чести изобразить Пять Касэн. Ни за что не поверю, что тебе не понравилось быть в центре внимания. Послышалась тихая возня, и на всякий случай Кли сделала несколько шагов назад, прижимая к груди ворох открыток. Она так старалась, вырезая каждую в форме сердечка — золотые для братиков Альбедо, розовую для мамы, красную для Беннета, голубую для братика Кэйи, синюю — Моне, зеленую — Сахарозе и целую кучу еще… И каждую разрисовала с поздравлениями, чтобы каждая обязательно понравилась. Лиза, которой она успела вручить открытку утром, почему-то только заулыбалась и погладила Кли по голове со словами, что в этот день что-то дарят только самым особенным людям, но что, если для Кли все особенные? Даже тот ворчливый Дилюк, но ему Кли открытку не сделала, потому что он ничему не радуется. Тихая возня в комнате сменилась долгой тишиной, и Кли осторожно заглянула в приоткрытую дверь, готовясь убежать в случае чего. Оба Альбедо сидели на диване, завернувшись в один плед, лохматые, как лисята, которых она один раз видела в Шепчущем лесу. Мама разглаживала подгоревшую штору, пытаясь повесить ту поровнее, пока вокруг ее шляпы плясали крохотные искорки и всполохи пламени. — Ох и мороки же с вами. Хорошо, хоть один из вас выберется сегодня из дома? Или мне потом разгребать ворох валентинок у двери? Альбедо переглянулись, что-то прошептали друг другу — Кли не услышала, хоть она и честно пыталась — и устроились друг на друге, прижавшись поближе. — Если это день всех влюбленных, и проводить его надо с тем, кто тебе интересен, то почему мы не можем провести его друг с другом? Мама, кажется, запнулась на ровном месте, подпалила кое-как пристроенную штору, резко обернулась и застыла с удивленным лицом. А для Кли ничего удивительного не было. Она всегда знала, что братикам интересно друг с другом больше, чем с кем-либо другим. Они оба умные, талантливые и самые-самые лучшие. ***** Кли наткнулась на Кэйю днем, практически врезавшись ему в ноги. Она бы успела затормозить, честно-честно. Просто слишком быстро бежала, чтобы передать братикам письмо от Сахарозы, а Кэйа появился из ниоткуда, и ему пришлось ее ловить. — Не бегай так, — лицо Кэйи появилось рядом, когда он присел, и Кли надула щеки. Она бежала по делу! Уж Кэйа ее должен понимать. — Это тебе, — она протянула голубую открытку прямо в лицо, сосредоточенно, как говорил старший Альбедо, хмуря брови. — Я очень старалась и нарисовала тебя с тем ворчуном, потому что ты часто уходишь к нему. И сегодня собираешься уйти. А он тебя совсем не любит! Кэйа мягко рассмеялся и потрепал Кли по волосам, сняв шапочку. А потом достал красивый белый конверт — такой большой и аккуратный, что его было боязно нести в руках, и Кли замерла, рассматривая узор из двух сесилий. — Передашь от меня Альбедо? — она снова почувствовала прохладную ладонь на волосах и поспешно кивнула. — Только попроси, чтобы он прочитал это дома. И вечером, когда Сара сможет передать ему от меня две коробки сладостей. — А для меня ты тоже что-нибудь передашь? — Кли поджала губы, глядя на Кэйю большими глазами. Она видела, как Барбара так просила о чем-то Джинн, и Джинн тогда сдалась, и Кли решила сделать так же. — Конечно. Для тебя Сара тоже приготовит что-то очень вкусное. Кли кивнула, опустив взгляд на конверт с сесилиями. Но сколько бы они ни крутила его на солнце, ей так и не удалось рассмотреть, есть ли внутри что-нибудь необычное. ***** Она совсем устала к вечеру — но раздала все-все открытки, и теперь сидела на краю фонтана вместе с Додоко, болтая ногами в воздухе и пытаясь сплести венок так, как ее научила недавно Диона. Мондштадт был шумнее обычного, и кое-где раздавались взрывы хлопушек, и Кли немного дулась на Джинн, потому что Джинн запретила ей что-нибудь взрывать сегодня. Она сделала большой и красивый салют на праздник — но Альбедо убедили ее, что они обязательно взорвут его потом на Сидровом озере, когда все будут трезвые и с удовольствием полюбуются яркими искрами. Кли не возражала. Ей было чуть-чуть обидно — самую капельку — но она пообещала Альбедо и маме, что не будет ничего взрывать. Правда, потом что-то взорвалось прямо рядом с ней — и она вскочила, увидев Беннета, который с кучей шумных брызг свалился в фонтан. — Ты в порядке? — она отложила готовый венок и протянула руку, чтобы помочь выбраться, надеясь, что не свалится в воду следом. — Я?.. А, да, — Беннет почесал затылок, уставившись на протянутую ладонь, и поднялся сам, выжимая края шорт, из которых тут же посыпались в воду красные конфетти. — У меня хлопушка хлопнулась прямо в кармане. Я не хотел тебя напугать, прости. Кли долго смотрела на то, как он выбирается из фонтана, отряхивает волосы, со вздохом вытаскивает неудачливую хлопушку из кармана и рассматривает дырку в нем, и ей пришла в голову простая идея — ему наверняка грустно, если он хотел взорвать хлопушку сам, и она аккуратно встала на самом краю бортика фонтана, чтобы надеть Беннету на голову свой венок. Беннет ненадолго замер, а потом заулыбался, и Кли улыбнулась в ответ. — Не грусти, — она спрыгнула вниз, махнув руками, — у меня есть большая-огромная бомба, которую я сделала для праздника, но братик Альбедо запретил мне взрывать ее в городе. Хочешь взорвать ее завтра вместе со мной? А потом мы пойдем глушить рыбу и искать новые сокровища! Беннет кивнул, а потом замешкался, сунув руку в другой карман с очень смешным выражением лица. — Я… а… ох, — он вытащил руку и покачал головой. — Я где-то потерял кошелек, а хотел угостить тебя яблоками в карамели, и… Кли очень удачно вспомнила, что Кэйа обещал ей что-то вкусное сегодня вечером. — Пойдем ко мне домой! Мама не будет против, а Альбедо… — она ненадолго замолчала, пытаясь придумать, что ей сказать. — А Альбедо будет занят работой, и мы сможем посидеть у меня в комнате, чтобы ты не простыл. — Надеюсь, из-за меня у тебя дома ничего не пойдет не так, — Беннет закусил губу, и Кли сразу вспомнила, что младший Альбедо часто так делает, когда в чем-то не уверен. — Мама сегодня сожгла штору, когда на что-то разозлилась. Если ты сожжешь вторую, то ей не придется искать похожую, и она купит новые, а то старые мне и так не нравятся. Беннет рассмеялся, и Кли хлопнула в ладоши. И все-таки она тоже умная. Не как Альбедо или Кэйа, но по-своему, а праздничный салют и правда подождет до завтра. Лишь бы оба Альбедо не спрятались от мамы на Драконьем Хребте.