Солги искренне, чтобы я понял

Мужчина двадцати семи лет стоял посреди спальни своей однокомнатной квартирки, которая слишком опустела с тех пор, как за её порог, унося чемоданы, вышла женщина, пять лет назад клявшаяся в вечной любви. Юрий никогда не обвинял её в том, что она не вынесла и двух лет жизни с ним. Они были молоды и глупы, им было хорошо рядом, но такое глубокое и важное чувство, как любовь на деле никогда не существовало между ними. Юрий понял это ещё тогда, когда дело не дошло до зала суда. С Катериной они уважали друг друга, безусловно. Они относились друг к другу с теплом и искренностью и бесспорно нуждались друг в друге. Но после свадьбы, казалось, они эту известную только им двоим миссию выполнили и более просто не имели смысла друг в друге. А быт, ко всему, естественным образом уничтожил какую-либо романтику. В вечер, когда они приняли решение пойти по своим дорогам, никто не бил посуду, не кричал и не плакал, только настольная лампа тихо мигала, грозясь перегореть, будто вторя их чувствам. Юрий стоял у окна, на жену не смотрел, а она сидела на кровати к нему спиной и ничего не говорила, смотря в пол потухшим взглядом. Всё было решено без слов, когда мужчина подошёл к ней и легко коснулся плеча, а она бесшумно встала, начала собирать необходимые вещи и укладывать в сумку, которую Юрий помог достать из верхнего ящика шкафа. Так Катерина уехала жить обратно к матери, а квартира продолжала постепенно пустеть в те часы, когда Юрий был на работе. Когда же все вещи жены исчезли из каждого ящичка, с каждой полочки и больше не представлялось возможным найти хоть какой-то след её присутствия в квартире, ключи, принадлежавшие ранее ей, как ни в чём не бывало висели на крючке у входной двери, будто иначе и быть не должно. С тех пор с Катериной Юрий виделся лишь единожды – в зале суда, там она выглядела спокойно и уверенно, будто ничто её не тревожило, да и сам Юрий был невозмутим и холоден. Всё прошло быстро, так же немногословно, как и в день, когда она ушла. После развода они ни разу не связывались, он совсем не знал, да и не думал о том, как она живёт, живёт ли вообще и любит ли её кто-то.

***

Сейчас же, впервые за три года одинокой жизни, он думал о том, что с тех пор пошло не туда, почему за всё время он так никого и не нашёл. Он понимал, что ему почти тридцать, больше четырёх лет он потратил на женщину, которую никогда не любил, за всё время ни семью не завёл, ни даже кошку, а где и как искать смысл для дальнейшего существования Юрий не знал. Всё бы ничего, да кроме склонности к самообману, Юрий ещё и совсем не глупцом был. Поэтому при мысли о смысле жизни в его голове появлялось только одно лицо, слишком красивое, чтобы, проходя мимо, не обратить внимание. Осветленные кудри, проколы в ушах и носу слабо вязались с образом мужчины двадцати восьми лет без малого, но удивительно шли именно этому конкретному мужчине с яркими голубыми глазами, острыми и правильными чертами лица и ослепительной улыбкой. Беря во внимание такое подробное и вполне вовлечённое описание друга у себя в голове, Юрий с трудом признавал свои особенности.

***

С Женей Юра познакомился ещё до развода с женой. Какая-то приятельница Катерины устраивала очередной праздник в небольшом ресторанчике, который принадлежал отцу Юрия, а позже перешёл мужчине по наследству. Так там впервые и появился этот друг знакомого приятельницы жены. Дружелюбный на вид, но растерянный парень стоял у стены с бокалом чего-то некрепкого и беспокойно озирался по сторонам. В свою очередь, Юра не был стеснительным парнем, особенно в свои двадцать три, поэтому без сомнений подошёл к кудрявому незнакомцу – в то время ещё с родным рыже-русым оттенком волос. Женя вздрогнул и чуть не уронил бокал, когда широкая рука, тепло которой ощущалось даже через тонкую ткань футболки, аккуратно легла на плечо парня. Евгений, как оказалось, стоя в стороне, пытался найти глазами единственное знакомое лицо на этом мероприятии, но его поиски до сих пор не увенчались успехом, поэтому он охотно протянул руку для знакомства с владельцем заведения. Два молодых человека так и простояли в стороне, порядком устав от общества не слишком трезвых и не слишком знакомых людей. Особенно принимая во внимание взаимную симпатию и увлечённость диалогом. Юра нашёл в новом приятеле заинтересованность в кулинарии, чем молодой владелец ресторана был приятно удивлён, кроме того парень, как выяснилось, был хорошим художником, ввиду своей профессии. Женя создавал одежду и был известным в узких кругах дизайнером, потому он не мог не отметить общую для парней любовь к искусству, ведь Юрий искренне считал кулинарию процессом донельзя творческим. Женя, в свою очередь, радовался возможности завести знакомство и скрасить этот одинокий вечер приятной компанией. К тому же, парень был счастлив тому, что именно этот человек составляет ему эту самую компанию. Юру он заприметил ещё в начале вечера, несмотря на то, что парень совсем не был в центре внимания, строгий и не по годам взрослый вид молодого человека с аккуратно уложенными назад чёрными волосами, ровными, даже утончёнными чертами лица, которые так идеально дополняли очки в тонкой оправе, и совсем отстранённым взглядом, неизбежно приковал к себе взгляд Жени. Тогда он и не думал, что этот замкнутый на вид мужчина так просто подойдёт и завяжет диалог между ними. Для обоих парней время пролетело незаметно, вечер подходил к концу, гости расходились, кто самостоятельно добирался до двери, кому помогали прибывшие на помощь товарищи. Женя и Юра всё так же продолжали беседу, изредка поглядывая на гостей. Когда же в зале осталась только Катерина со своей приятельницей, которая и являлась виновницей сия бедствия, мужчины обменялись номерами и договорились выпить как-нибудь вместе.

***

С тех пор прошло больше четырёх лет, за это время Юра успел развестись, закрыть ресторан и с головой уйти в то, что изначально являлось его специальностью – юриспруденцию, а Женя покрасил волосы и переехал в другой район, который по случайности (или нет) находился ближе к дому Юры. И это только самое существенное, на деле за четыре года произошло столько, сколько перечислить невозможно, но неизменной осталась их дружба, которая со временем, кажется, только укреплялась. Это белокурое безумие так естественно укоренилось в жизни Юры, что он даже не заметил, как спустя каких-то полгода после ухода жены в его квартире всё чаще стали раздаваться звуки постороннего присутствия, а уведомления приходили на телефон с завидной регулярностью, такому режиму, казалось, позавидует любой студент в конец семестра. Постепенно Женя становился неотъемлемой частью жизни Юры, а последний и не сопротивлялся.