Прошу прощения за любовь

Время шло быстро, на улице начинало теплеть, световой день стремительно увеличивался, и по утрам начинали петь птицы. За окном уже было начало апреля, и, несмотря на это, в жизни мало что изменилось. Это утро было таким же обычным, как и все предыдущие, а первым уроком стоял русский язык. — Алис, а ты знала, что у нас сейчас диктант? — я повернула голову к сидящей рядом подруге и неохотно вырвала из тетради двойной листочек. — Ев, если бы я знала, то мы вчера с тобой не общались бы по видеозвонку до двух часов ночи, — Алиса фыркнула, коротко взглянув на учительницу. — Надо срочно придумать что-то, чтобы она перенесла диктант. Четверть только началась, и эта двойка сейчас будет выглядеть очень плохо. — Прости, дорогая, но эта двойка всегда будет выглядеть плохо. Да и, если честно, идей вообще нет, — Алиса с тоской уронила голову мне на плечо. В этот момент дверь кабинета открылась, и зашла Майя Дмитриевна. Большая часть класса тут же поднялась, но мы с Алисой даже не сели ровнее. Лишь когда словили её взгляд, слегка кивнули. — Майя, что-то случилось? — спросила Вера Анатольевна, пожилая женщина, глубоко влюбленная в свою работу. — Да нет, что вы, принесла вам технику безопасности от директора. На перемене соберите у детей подписи, — ответила Майя Дмитриевна и уже развернулась, чтобы уйти. Но неожиданно подошла к нашей третьей парте, наклонившись, шепнула мне на ухо: — Вы хотя бы вид сделайте, что уважаете эту женщину. Что с лицами? — Я вас очень прошу, заберите нас отсюда! Тут всё равно ничего интересного не происходит! — я сложила руки в умоляющем жесте, хотя и понимала, что всё это скорее шутки, чем реальный план побега. Но, видимо, у Майи Дмитриевны было хорошее настроение. Она выпрямилась и положила мне руку на плечо. — Вера Анатольевна, мне надо забрать этих девочек на урок. Вы же не против? — Что? Майя, у нас диктант! — возразила Вера Анатольевна. Майя посмотрела на меня с приподнятой бровью, а я лишь пожала плечами. — Они позже всё сдадут. — Ладно уж, забирай, если так надо. Мы тут же вскочили и, схватив рюкзаки, выбежали из класса. Как только дверь кабинета закрылась, я обняла учительницу. — Господи, Майя Дмитриевна, вы наша спасительница! Спасибо! — Ничего важного не происходит, говоришь? — усмехнулась она. — Я сказала "ничего интересного", — повторила я, пытаясь оправдаться. — И это не меняет сути, Ева, — ответила Майя Дмитриевна с легкой улыбкой на лице. — Ну простите. Так куда вы нас забрали, что будем делать? — спросила я, надеясь на что-то более увлекательное. — Ничего веселого, дети, пойдем проверять работы по математике, — осадила меня Майя. Конечно, я надеялась на более интересное времяпрепровождение, но, признаться честно, была согласна на любое занятие, если это означало, что мне придется проводить время с нашей математичкой. В конце концов, Майя Дмитриевна всегда умела внести в уроки немного живости и задора. Когда мы вошли в наш родной кабинет математики, я не удержалась и запрыгнула на первую парту, Майя Дмитриевна остановилась прямо передо мной. Не произнеся ни слова, она схватила меня чуть выше локтя и потянула вниз. Я недовольно ступила на пол и приподняла бровь, ожидая объяснений, но ответа на мой немой вопрос не последовало. Учительница просто села за свой стол и начала раскладывать свои бумаги. — Ну и ладно, — пробормотала я с легким вздохом, садясь рядом с Алисой, которая уже успела занять ближайшую к учительскому столу парту. Майя раздала нам ответы на тесты и написанные работы. Мы принялись монотонно ставить плюсы и минусы, погружаясь в рутину проверки. Спустя десять минут полной тишины, я решила снова попытаться выйти на взаимодействие. — А какого класса эти работы? — спросила я, обращаясь к Майе. Она отвлеклась от своих бумажек и быстро пробежалась взглядом по заданиям. — Это первая часть ЕГЭ по профильной математике, 10 класс, — ответила она. — Жесть, выглядит страшно! — поддержала беседу Алиса, прищурившись от удивления. — Как вообще это возможно сдать? — Эти дети учат математику столько же, сколько вы живете, — слегка улыбнулась Майя, словно пытаясь развеять наши страхи. Я задумалась над ее словами. И хотя я знала, что математика может быть сложной, мне всегда казалось, что у нас еще много времени до ЕГЭ. Но сейчас, глядя на эти работы, я почувствовала легкое беспокойство: а вдруг через семь лет я не буду знать всего этого? — А какие темы они изучают? — спросила я, пытаясь понять, что нас ждет в будущем. — О, там много всего: от тригонометрии до стереометрии. И не забывайте про задачи на логическое мышление! — ответила Майя с энтузиазмом. — Я пас, извините, Майя Дмитриевна, но никакой профильной математики! — с недовольством произнесла Алиса, скрестив руки на груди. Ее лицо выражало полное нежелание углубляться в сложные математические концепции. — Может быть, нам стоит организовать дополнительные занятия? — предложила я. — Так мы сможем лучше подготовиться к экзаменам. Майя снисходительно покачала головой: — Ну какие экзамены, вам до них еще как до Китая пешком. Хотя в целом я задумывалась над дополнительными занятиями для тех. Кому математика тяжело дается. — Я буду ходить! — я тут же вскочила с места. — Да у тебя вроде нет с ней проблем, — заметила Алиса с легкой усмешкой. — Но и лишним ведь не будет, да? — ответила я, чуть смущаясь, думая, что лишними не будут наши дополнительные с Майей встречи.