За окном уже сугробы

Сэмми с Элли всегда были вместе. Они ничего не делали друг без друга и были просто не разлей вода. Но затем синий с коричневым ежонок начал замечать, что младшая сестра замкнулась в себе и перестала играть с ним. Мальчик не понимал этого и всё пытался поговорить с сестричкой, но та убегала и пряталась в своей отдельной комнате. И вот когда наступил первый день зимы, и на улице выпало много снега, Сэмми, обрадовавшись, поспешил к сестре, ведь они так любили играть в снегу. — Элли! — позвал он и постучался в дверь её комнаты: — За окном уже сугробы, снеговик нас ждет давно. Но не вижусь я с тобой теперь, открой же дверь, Мне важно лишь одно… Ведь мы с тобой близняшки! Но ты молчишь… Признайся, почему! За окном уже сугробы… И мы с тобой, как два сугроба. — Уходи, Сэмми! — ответила ему Элли, и её брат, грустно опустив голову вниз, пошёл прочь: — Ухожу… Но Сэмми не знал, почему Элли избегала его. Девочка однажды обнаружила, что обладает волшебством. Но увидев страшный сон, где она случайно ранила брата, она испугалась того, что действительно может причинить вред ему, а также их опекуну, двухвостому лису Тейлзу. Лишь лису она смогла доверить свою тайну, и сначала Тейлз хотел, чтобы и Сэмми об этом знал, но девочка наотрез отказывалась говорить брату об этом, и тогда двухвостый невольно согласился хранить эту тайну. Заодно он дал девочке перчатки, чтобы та не смогла никого ранить. Прошло немного лет, и Сэмми снова постучался в дверь, решив, что на этот раз сестра выйдет на встречу, и они снова станут друзьями: — За окном опять сугробы, а у меня велосипед. От скуки я уже с ума схожу и Часто говорю с картиной на стене! — и ежонок посмотрел на портрет своих родителей: — «Привет, мама, папа!» — поздоровался он, как если бы они стояли перед ним, а после продолжил: — Ты знаешь, одиноко средь высоких стен, Считаю я каждый час. — и затем мальчик начал тикать вслед за часами: — Тик-так, тик-так, тик-так, тик-так, тик-так. И только спустя ещё несколько лет Сэмми узнал секрет Элли, когда она в гневе на оскорбления проявила свои способности, ранив обидчиков, даже несмотря на то, что руки были в перчатках. Конечно, они не сильно пострадали, но этого было достаточно, чтобы заставить девушку убежать в слезах. Сэмми не мог оставить сестру в таком состоянии и поспешил за ней. Он хотел пойти к ней, но его остановил Тейлз. Тогда молодой ёж ответил лису: — Я её брат. Я должен быть с ней рядом. Прошу, дай мне хоть немного с ней поговорить… Тейлз, вздохнув, кивнул юноше, и тот поднялся на второй этаж и подошёл к двери комнаты Элли вплотную, а после постучал в неё: — Элли… — позвал её, а после грустно пропел: — Я уверен же ты слышишь, город о тебе твердит. Но мы должны быть сильными. Я знаю, боль внутри… Позволь войти. Теперь нас только двое — лишь я и ты. Не знаю, как дальше быть. За окном уже сугробы. — и прислонившись спиной к всё также закрытой двери, он тихонько заплакал. Элли же тоже плакала, закрыв лицо руками. Никто из близнецов так и не решился продолжить разговор…