Влюблённость Золотого Дракона

      В Кейла Хеньютиза невозможно было не влюбиться.       Очаровательность личности Ким Рок Су невозможно проигнорировать.       А если уж найдётся глупец, решивший возразить на этот счёт, то Эрухабен готов лично преподать тому урок воспитания. Не факт, правда, что ничтожное создание сможет это пережить, но это уже и не столь важно.       Правда, если найдётся смельчак, решивший согласиться с суждениями Дракона, то участь его может ожидать едва ли не страшнее, чем если он посмеет оскорбить Кейла.       Причину понять не сложно, ведь, как известно Эрухабен совсем не человек. Как правило, не человеческие расы, кто бы что ни говорил, горделиво задирая нос, очень жадны и агрессивно готовы защищать то, что посчитали своим.       А Эрухабен не просто «не человек», он самый настоящий Дракон, ещё и немолодой совершенно, что никак не улучшало положение дел. Молодняк, хоть и вспыхивает ярко и быстро, но и отходят столь же стремительно, забывая небольшие склоки, успокаиваясь довольно скоро. В то время как древние ящеры более злопамятны, более терпеливы и могут долго выжидающе смотреть на недруга, медленно подводя их, в лучшем случае, к довольно неприятным для них событиям.       (Ну, или молча ожидая, пока те склеят ласты, ха. Это тоже довольно забавно).       (И да, Кейла дракон считает своим).       Но, что ещё больше ухудшает ситуацию, так это то, что Эрухабен влюблённый дракон.       Влюблённая древняя ящерица, это уже не бомба замедленного действия, а самый настоящий апокалипсис локального масштаба.       Тут уже можно будет говорить и о массовом геноциде и, возможно, уничтожении целых стран: напрямую или исподтишка, неважно.       Кейл знал наверняка, что если дракону приспичит, то он сделает это без лишних слов. А потом запрёт самого Кейла в своей сокровищнице и будет охранять, не подпуская никого лишнего.       Не то чтобы Кейл был совсем против.       Нет, не поймите неправильно, массовых жертв он совершенно точно не хотел! В конце концов он и не девица в беде, чью честь попрали, чтобы за него выходили бить морды и устраивать войны. Да и зря он что ли столько разгинался, чтобы потом стать причиной катастрофы?       А вот оказаться в тишине, покое, оберегаемый и с возможностью наконец побездельничать вдоволь, да ещё и в объятиях любимого дракона, он бы не отказался.       Улыбка украсила лицо главнокомандующего, создав впечатление, будто тот придумал очередной гениальный план о том, как грабануть левое государство и при этом остаться чистым, белым и сухим.       Эрухабен незаметно подошёл к возлюбленному, воспользовавшись тем, что тот на мгновение прикрыл глаза, и уткнулся лицом в изгиб шеи, пробираясь руками к бокам, обнимая со спины, шумно выдыхая действительно горячий воздух и с наслаждением вдыхая знакомый запах тела Кейла.       Последний же, вопреки ожиданиям дракона, даже не вздрогнул, а наоборот, расслабился в крепких объятиях, прижался чуть плотнее, практически наваливаясь и начал потихонечку превращаться в бесформенное желе, будто ленивый кот, чётко показывая своими действиями, что с этого момента Эрухабен его кровать, кресло и грелка с функцией переноски с места на место.       И вообще, это не дракон приватизировал тушку Кейла, а сам Кейл использует дракона и позволяет себя нежить в объятиях.       Не то чтобы Эрухабен имел какие-либо возражения, с легкостью подхватив явно уставшего Хеньютиза на руки, словно принцессу из сказок, перекидывая руки парня себе на шею, чтобы было удобнее держаться. - Ты должен лучше питаться, Кейл. – Как всегда спокойный глубокий голос, сейчас полный нежности и имеющий нотку недовольства тем, что он практически не чувствует веса на своих руках. – Иначе я буду вынужден заняться вопросом твоего питания и режима отдыха вплотную.       Кейл в ответ вздохнул утомлённо и наконец приоткрыл сонные глаза благородного винного оттенка, явно показывая то, насколько его утомляет этот вопрос, поднятый Эрухабеном. Хеньютиз утыкается лицом куда-то в ключицу дракона, потираясь кончиком носа, ну точно кот или, вернее, котёнок. Яркий, своенравный, отважный и нарочито ленивый котёнок.       Лишь благодаря своему острому слуху и близости к самому Кейлу, Эрухабен смог услышать ворчание своего неудачливого возлюбленного: — Вот вечно вы все пытаетесь меня откормить, то Рон, то Бикрос, то Чхве Хан, дети и даже, чёрт возьми, Альберу. Теперь и ты. Вы там сговорились и открыли какую-то секту, чтобы откормить меня и принести в жертву что ли?       Эрухабен фыркнул в чуть встрёпанные волосы на макушке Кейла от такого абсурда. Боже, мозги этого человека порой генерируют что-то невероятное.       Единственную секту, в которую могли бы вступить его родные, это Культ имени Кейла Хеньютиза и уж скорее бы ему самому приносили бы подношения и жертвы, а не наоборот.       Ещё один момент, который всегда, в фоновом режиме, волновал Эрухабена: - Ты должен быть лучшего мнения о себе, дорогой.       В этот раз тон дракона, хоть и был полон заботы, был более чем строгим, словно он говорил непреложную истину незадачливому ученику. - Что? – Вот тут Кейл даже немного взбодрился, приподняв голову, чтобы с недоумением посмотреть в серьёзные золотые глаза. Что не так с его мнением о себе? Он просто графский отброс, ничтожество и прочие титулы, сопутствующие его репутации ублюдка. Конечно, в последнее время, общественное мнение немного изменилось, но Кейл не думал, что мнение людей о личности первенца семьи Хеньютиз слишком уж сильно переменилось, не оглядываясь на всякие его достижения и звания. Ведь, по большому счёту, они ничего не стоят вне военного времени, ха.       Хотя, конечно, было очень приятно, что важное сердцу существо не считает его ничтожным человечишкой. - Эрухабен-ним, ты правда слишком беспокоишься об этом. – «Ним» прозвучало чуть фривольно, слегка даже игриво, но всё ещё крайне лениво, как и всё предложение в целом. Сказав фразу, Кейл выдохнул и трогательно потёрся щекой о грудные мышцы дракона, глядя на того снизу-вверх из-под полуприкрытых век, прекрасно зная, как это действует на возлюбленного.       Минута молчания и практически синхронного дыхания. - Мы ещё поговорим об этом, душа моя, - сдался наконец дракон, чувствуя, что Кейла совершенно не напрягает укоряющий взгляд и что тот скоро без проблем уснёт в колыбели из его рук, убаюканный звуком сердцебиения и дыхания, жаром тела и родным запахом, что всегда успокаивающе влиял на Кейла, убаюкивая того даже после чудовищных кошмаров, о содержании которых Кейл тоже умалчивал.       Об этом они, кстати, тоже позже обязательно поговорят, Кейл уж точно не сможет отвертеться и смыться куда-либо из сокровищницы Золотого Дракона.       Как она там окажется? Всё просто, прямо сейчас они направляются туда, после чего Эрухабен уложит Кейла в тёплую широкую постель, предварительно переодев того в свои лёгкие одеяния, пропитывая своим запахом и удовлетворённо урча от этого факта, а после и сам пристроится рядышком.       Откинув неровные алые пряди со лба, Эрухабен оставляет лёгкий поцелуй на лбу. - Спи спокойно этой ночью, любовь моя.