Причинять боль, любя, нельзя..

      Все проблемы уладились после Нового года и никакие Беллатрисы, а уж Волан-де-морты тем более не мешали никому, чему свидетельствовало состояние Хогвартса. Наступал долгожданный всеми февраль. Вместе с ним приходили праздники, в том числе День Всех Влюблённых…       Хогвартс как обычно кипел жизнью. Даже после действий, которые вытворяла Лестрейндж на Новый год, нанёсших многим непоправимый удар в виде шока, все ученики были в предвкушении грядущего ряда праздников. Самым близким являлось 14 февраля, в связи с чем даже учителя принимали участие в украшении замка. Хотя, как это, принимали? Просто следили за процессом. Но всех до единого удивил всегда мрачный Снейп, принявший участие вместе с директором в организации доставки валентинок. Шокирован был даже Дамблдор.       Спустя минут двадцать совместной работы директор осмелился спросить у коллеги, что же с ним.       — Уж извините, что я вас всех так напугал, но я заметил одну парочку, которую стоит свести, — к концу речи Снейп улыбался, таинственно щурясь.       — Да, напугал ты до инфаркта,— задумчиво протянул Дамблдор. — А что там за парочка такая? — Лучезарно улыбнулся директор, примеряя уже который год на себя роль свахи.       — Они сейчас вместе украшают мой класс.       — Одни? — Удивился директор.       — Совершенно. Там есть довольно узкие и высокие места, так что, думаю, им придётся украшать их вдвоём, — входя во вкус произнёс учитель.       — Ты не плох для свахи, — похвалил Дамблдор того.       — Когда они расскажут о своих отношениях, — мечтательно произнёс Северус, — я выскажу недовольство при всём классе, но как только останусь с ними наедине, то расскажу каким образом они сблизились...       — Жестоко, — качая головой отметил директор.       — Я с ними так намучился, что это ещё цветочки. Они меня благодарить должны будут за мою помощь!       — Но, Снейп, кто же эта парочка? — Заинтересованно глядя на мужчину, спросил директор. Северус лишь отвел взгляд на несколько секунд, после чего ответил:       — Я считаю, вам понравится эта пара.

***

      Всех учеников распределили по замку, чтобы украсить тот. Тем ученикам, которым не досталось какое-либо помещение, сказали ходить по школе и контролировать весь процесс, а где-то помогать. Близнецы Уизли были в числе таковых. Подготовка ко дню всех влюблённых в этом году была почти сорвана, а парочки, начинавшие уже праздновать, ходили угрюмые как будто все разом расстались. Некоторые учителя, старавшиеся свести кого-то, строго запретили близнецам входить в некоторые классы. Тем же, кто сближался в коридорах или залах, все сожалели. Дамблдор, конечно, хотел разлучить двух мальчишек и попробовать свести с кем-то. Вот только понял, что это, во-первых, нереально, а во-вторых, будет лишь издевательством над девушками в Хогвартсе. Тогда он решил, что поставит их украшать одно из помещений замка, но кто-то из учителей уже занял то место для своих учеников. В общем, не нашлось для близнецов Уизли места.       Как позже выяснилось, не нашлось для них площади потому что они являлись просто неразлучной парочкой. Об этом узнал первый Рон с Лавандой, украшая коридор на третьем этаже.       Мило болтая, они зашли за угол, вешая на стены сердечки. Увлечённые разговором, они совершенно спокойно продолжали слаженную работу, пока не заметили двух близнецов. Рон хотел было позвать их, дабы поболтать, но вдруг заметил кое-что неладное. С его стороны было не особо видно, зато Лаванда все рассмотрела в деталях. Фред и Джордж явно не замечали двух лишних в коридоре, которые ошарашенно смотрели на целующихся. Джордж, а может быть и Фред, прижимал к стене брата, напористо проникая языком в чужой рот. Спустя минуту как пришли Рон с Лавандой, близнецы отлипли друг от друга. Джордж смотрел пожирающим взглядом на Фреда, а тот скорее мягким, влюблённым.       Когда эта мысль, как мышь пробежала в голове Рона, он испугался. За своё здоровье, то, что у него могли от недосыпа и стресса появиться галлюцинации, он знал. А вот какие галлюцинации он, конечно, представлял, но неужели его воображение не могло представить что-то менее жестокое, чем его целующиеся братья?...       В сторонке медленно кивала, что-то осознавая, Лаванда. Решив не навлекать на себя беду Рон потянул её за рукав, боясь, как бы близнецы их не заметили. Он не хотел с ними разговаривать. Не сейчас, вдруг они уже давно так. Мальчик решил для себя, что он живёт, ничего не зная. Как обычно. Главное — не выдать себя.

***

      Гарри был определённо зол. Он мог понять решение Снейпа поставить Драко украшать кабинет зельеварения за его проступки, всё же многие знали, как бесит беловолосого 14 февраля. Хоть ему и отправляли кучу открыток, он также всегда оставался один, ведь учителя всё подстраивали так, чтобы большинство учеников свести с кем-то. Драко видимо не входил в это множество уже который год. Ну, перед ним каждый год на день всех влюблённых ставили яблоки на стол. Зелёненькие. Конечно, всегда это выглядело смешно. Драко ест свою пару! Смеялись даже учителя. Что же до Гарри, то ему всегда ставили в пару разных девчонок, но ни с одной он ещё не начинал отношений. С некоторыми даже наоборот, ухудшил отношения. В день всех влюблённых он не раз на ком-то срывался, ссорился и расходился. Для Гарри Поттера 14 февраля давно стало проклятым днём. Неужели, Снейп решил окончательно рассорить их с Драко?       Напряжение в комнате лишь возрастало с каждым часом проведённым рядом. Сначала, парни просто украшали кабинет, но вырезая сердечки оба поняли, что отвлекаются на ссоры, которые затягиваясь могут длиться хоть неделю, хоть вечность.       — Эй, Поттер! — окликнул слизеринец парня, вырезающего в этот момент чуть ли не сотое сердце ради какой-то гирлянды. Проклиная в сотый раз учителя вместе с человеком придумавшим день Возлюбленных, Гарри не поворачиваясь ответил:       — Чего тебе?       — Мне похоже нужна. — замялся Драко к концу предложения. Гарри обернувшись к нему наконец удостоился поработать мозгами. Беловолосый стоял на одном месте и, насколько понял парень не обращавший до этого внимания, ничего не сделал.       — Погоди-ка, хочешь показать мне, что ты не обязан ничего здесь делать? Раз уж тебе сказал здесь находится во время подготовки ко Дню Святого Валентина Снейп, то ты ничего не собираешься делать, пока я тружусь над чёртовой гирляндой? — не на шутку вспылился гриффиндорец.       — Ты можешь дослушать? Уши отвалятся, приклеим, ещё красивее будешь! — в который раз за несколько часов пошутил Малфой над Поттером. — Ладно, Поттер, — осторожно начал Малфой отворачиваясь от того. — Мне нужна твоя помощь. — глядя куда-то вверх произнёс спокойно, чего не ожидал даже Драко. Гарри от такого заявления поперхнулся воздухом можно вы будете считать это реальным?.       — П-прости, что?.. — начиная заикаться от страха переспросил темноволосый.       — Да успокойся ты, — бросил ему в своей манере Драко, облокачиваясь на каменную стену. — Тут высоко, — указал куда-то, вероятно вверх пальцем Малфой. — А вон там, — палец повернулся вправо, взглянув туда, Драко глупо улыбнулся и указал пальцем влево. — Точнее там. Есть лестница.       — Она случаем не слишком ли дряхлая? — отметил Гарри, осмотрев старую лестницу в углу кабинета.       — Об этом я и говорю. Кто-то из нас должен её держать, пока второй будет стоять на ней.       — Звучит логично. — протянул парень. — Ты старше, значит ты и сильнее, будешь держать лестницу. — закончил темноволосый мигом.       — Но я также выше. — ещё быстрее подбежал к нему Драко выразив весомый аргумент в протест решению Поттера. — Прошу не забывать. — многозначительно добавил он.       — Прости, не забывать что? Твою боязнь высоты? — повёл бровью Поттер шагая в сторону лестницы.       — Нет конечно же, — со смешинкой в голосе ответил Малфой. — Прошу не забывать, твои заслуги, как мальчика-который-выжил. — повышая голос до смешного сказал он.       — К тасканию лестниц это никак не относится. — делая серьёзное лицо произнёс выживший мальчишка.       — В смысле не относится? — возмутился блондин. — А как же сила духа, воли, чего там ещё? А, натренированность. — стал восхвалять гриффиндорца Малфой.       — Давай, помогай, — лишь цокнул на такие речи со стороны давнего соперника Гарри.       — А, её еще тащить надо. — непонимающе ответил тот.       — Не поверишь, её еще потом заставят в кладовку обратно нести. Мы ведь ей пользовались.       — А ты магией никак не можешь? — отчаянно произнёс Малфой.       — Я думал ты не настолько тугодумчив. Снейп поставил на кабинет заклятие. — Драко понимающе на него посмотрел. Они не могли пользоваться магией в пределах этого класса. Заметив странно поглядывающего на него Гарри, он поспешил объясниться:       — У меня отобрали палочку. — как бы показывая свою беспомощность он развёл руками, на что Гарри лишь кивнул, сразу же вернувшись к лестнице.       Пытаясь пронести совместными усилиями ржавую лестницу хотя бы три метра, оба парня выдохнулись не понимая почему же так сложно. Точнее Гарри думал о том, что же не так, в то время как Драко смотрел на тёмные волосы пытаясь уловить их аромат на расстоянии чуть меньше метра. Он ушёл в мысли о запахе так глубоко, что не заметил, как вместо волос перед ним оказались глаза Поттера. Глубокие, изумрудные и выразительные глаза. Драко давно осознал, что дышит неровно к Гарри, но также не мог поверить, что он, Малфой любит парней. Он несколько раз просил знаменитых всему Хогвартсу геев ищущих себе пару проверить его ориентацию. Но спустя бессчётные попытки он понял. Его ориентация называется Гарримания, Поттерозависимость и просто обожание к этому мальчишке. Находясь с ним в одной комнате он убедился в своих догадках. Ему чертовски нравится Поттер. Как вот только сказать об этом темноволосому он понятия не имел. После всего, что сотворил Драко принятие его чувств казалось невероятной вещью.       — Эй! Не спать! — Гарри помахал рукой перед глазами Драко, возвращая того к реальности.       — Да иду я, иду! — раздражённо ответил блондин на что Гарри лишь хмыкнул.        Спустя 10 минут длившихся вечность, парни дотащили лестницу до стены, а сами проклинали вместе всех кто приходил на ум.       — Поттер держи лестницу. — тоном не терпящим возражений сказал Малфой.       — Ага. — самым беззаботным голосом ответил тот.       —… — блондин не успел ничего ответить полностью желая поскорее повесить чёртовы сердечки и спуститься с этой железяки. Гарри был как обычно прав. На высоте ему не комфортно, даже тревожно.       ***       — Кстати, — начал директор Хогвартса обращаясь к Северусу. — Почему же ты так уверен, что ты сведёшь свою пару? В чём гарантия того, что между ними что-то произойдёт?       — Я попросил повесить некоторые украшения чуть ли не на потолке, естественно никто из них не сможет достать до потолка. Я достал старую лестницу, поставив её в угол кабинета, у них нет магии, поэтому вероятность, что они всё же додумаются до того, чтобы использовать старую железку есть. Когда один будет держать лестницу, второму придётся залезать на неё. Я возможно покажусь сейчас слегка жестокой свахой, но я наложил небольшое заклинание на лестницу, в итоге чего каждый кто на неё залезет, упадёт. Для жизни совершенно не опасно, а вот вероятность вспыхнуть ещё одной искре между ними также присутствует. — заканчивал свою речь учитель зельеварения уже под восторженное хлопанье в ладоши.       — Это великолепно, — все повторял Дамблдор, когда же выдохся, спросил:       — Может, вы и меня научите нескольким заклинанием для улучшения мастерства свахи? — директор выпрашивал совета у Снейпа на полном серьёзе, на что тот лишь усмехнулся, а спустя краткий миг улыбнулся слегка кивая. ***       — Чёрт! Поттер, — в который раз матерился блондин на ехидно улыбающегося гадёныша в виде гриффиндорца. — Как тебя вообще приняли на гриффиндор? Тебе самое место в слизерине. — говорил Драко в который раз обнимаясь со стеной дабы не упасть.       — И почему же именно слизерин? Что, хочешь видеть меня рядом? — ещё одна ухмылка со стороны Поттера. Драко это показалось странным, в то время как Гарри проклинал себя за то, что он делает. Его уже давно тянет к таинственному сероглазому слизеринцу. Гарри всегда был любопытен, но не настолько, чтобы выучить чью-то историю, привычки и увлечения за всю жизнь. Гарри знает, на что была аллергия у Драко в пять лет, сколько она продолжалась и почему её нет сейчас. Гарри знает привычки блондина и каждая из них кажется ему то милой, то просто прикольной. Если Драко и не хотелось видеть подле себя Поттера, то Поттер был бы счастлив находится с ним в одном помещении. Иногда спасает мысль и о том, что они в одном здании. Да, увидеться не могут, ну и ладно, можно же подождать до утра. Так говорил себе Гарри засыпая каждый вечер, а иногда и ночь.       — По-о-о... — прозвучало длинное «О», после чего Гарри заметил, как лестница начинает шататься. Глядя на железо всё дольше и дольше, Гарри понял, что шатается она всё сильнее и сильнее. Попробовав остановить это, парень осознал, что делает лишь хуже. Вздёрнув голову к потолку, где уже еле держался слизеринец, Гарри попёрло на романтику и он окончательно перестал держать лестницу решив, что сможет поймать горячо любимого парня. Раз уж скоро день всех влюблённых то почему бы и не рискнуть? Живём один раз.       Гарри не думал, что. Хотя что скрывать, Гарри вообще не думал, он просто делал то, что велело ему сердце и видимо сердце у него не лучший командир.       Отпустив лестницу, Поттер ринулся в предполагаемое место падения Малфоя слегка не рассчитав то, что там стена. Врезавшись в стену он этого не сообразил и попробовал обнять пойманное, то есть — стенку. Малфой поржал бы над ним если бы не то, что в этот момент он свалился на темноволосого. Тот от неожиданности отлепился от стены, начиная махаться руками. Всё в единой картине да еще и в замедленной съёмке выглядит жутко.       Малфой вернувшись в норму и немного успокоив размахавшегося Гарри наконец спросил:       — Какого чёрта ты не держал лестницу, к тому же полез целоваться со стеной?       — Ничего такого не было! — мгновенно вскинул руки гриффиндорец в знак честности. После слова поцелуй он подумал, что Малфой обвиняет его в измене или осуждает за возможность любви к стене, а не к нему. У Малфоя были кое-где схожие мысли, но он еще не считал их с Гарри парой, так что и ревновать не имел право. С такими мыслями он сразу становился грустным.       — Драко.       — Чего тебе? — как можно равнодушнее бросил блондин, но услышав некоторое волнение в голосе обращаемого, обернулся. Тот был вес красный, вспотевший и растрёпанный, но для Драко это скорее было чертовски красиво и сексуально, чем неряшливо.       — Я хотел пой... — остановил свою речь Гарри в явной нерешительности.       — Что ты там мямлишь? Скажи нормально, нам тут ещё кучу всего успеть надо, и при этом у нас валяется лестница посреди кабинета, Снейп прибьёт нас!       — Это точно, — согласился Гарри. — Тогда стоит заняться кабинетом, а всё ненужное позже. — объявил он и пошёл к лестнице выжидающе смотря на Драко. Тот спохватившись начал её поднимать.       — В этот раз я её подержу, — произнёс Малфой тут же умолкнув.       — Это ещё чего? Ты меня решил опрокинуть? — возмутился Поттер.       — Нет, я ж не такой, — отводя взгляд от юноши напротив него, слизеринец молился, что бы Гарри не вспомнил о его страхе высоты.       — Нет, дава... — Зеленоглазый не успел закончить, как его прервали.       — Теперь твоя очередь. — уговаривал Гарри уж больно смазливым голоском Малфой.       — Да не уроню я тебя! — стал уже раздражаться Гарри.       — Поттер,…       — Да боже Малфой, как я тебе причиню боль любя тебя! — взорвался гриффиндорец.       — Л-лю-б-бя.? — шокировано произнёс Драко. И только сейчас до Гарри дошло, что же он только что сказал. Какой же он бред нёс! Даже под землёй ему места не видать, сразу в космос выкидывайте!       Опасаясь от Малфоя любых резких движений, Поттер шарахнулся от него, когда он пытался подойти к темноволосому. Это стало неожиданностью для блондина. Ему только что признались в любви и тут же удрали от него.       — Гарри. — пугающе тихо произнёс слизеринец подходя всё ближе. От такого напора Гарри кроме как вжиматься в стену не приходило ничего лучше. Резко, Драко прибавил темп и вот, он уже обнимает зажавшегося Гарри.       — Я тоже. Да, я уже давно люблю тебя Поттер, но смелости мне бы не хватило на признание это точно. — обнимая с каждой секундой всё крепче драгоценного парня, который вскоре перерастёт в настоящую зависимость. Малфой это знал, он точно мог сказать, насколько же важен для него в этой жизни один мелкий очкарик, что не должен был выжить. ***       День Святого Валентина почти прошёл , многих поздравили с началом новых отношений, и от многих ожидали объявление о начале этих самых отношений.       Учителя собрались все вместе в обеденном зале за пол часа до обеда для обсуждения дня всех влюблённых в этом году.       — Снейп,а что там с учениками, которые украшали кабинет зельеварения? — поинтересовался Дамблдор привлекая внимание остальных.       — Да, кого ты вообще сводил? — поинтересовался кто-то с другого конца стола.        Скоро узнаете и увидите. — спокойно ответил Северус . — Они неплохо скрывают свои отношения, но я их кое-где подловил, они конечно же, этого не знают. О , вон там вот, — стал указывать пальцем в толпу учеников хлынувшею на обед. Все взоры за учительским столом обратили своё внимание на палец учителя зельеварения. В толпе было сложно что-либо увидеть,но острая на детали Макгоногалл заметив что-то вскрикнула своим тонким голосом от шока.       — Ох, прошу не говорите,что это..       — Да профессор , всё именно так. — подтвердил Снейп самые худшие предположения об отношениях.       — Как вам вообще в голову пришла идея свести Поттера и Малфоя? — взвыла Макгоногалл от отчаянья. — Как у вас вообще , что-то вышло?       — Нужна была лишь старая лестница и свободное помещение,всё остальное не на мне. — оставив успокаивать профессора остальным, Северус отыскал в толпе двух мальчишек,что стояли в уголке мило улыбаясь друг-другу. Ему хотелось хотя бы для этих двоих счастливой,беззаботной юношеской влюблённости.