Аромат любви

"Влюбленность" - именно такое название духов выбрал директор, когда я пришла к нему со своими наработками. Честно, моей первой мыслью было закрыть дверь кабинета с той стороны, и на весь офис заорать, что у нашего шефа, похоже, коронавирус. Уверяю вас, после этого лаборатория опустела бы за считанные секунды, а частные клиники захлебнулись бы от потока пациентов, умоляющих сделать им тесты на ковид и спасти своё обоняние. Для парфюмера нет заразы страшнее, чем этот вирус, и с каждым годом цифры по последствиям все неутешительнее. Дошло до того, что стоило лишь в нашем окружением кому-то чихнуть, этого человека принудительно отправляли сдавать тесты, под страхом... нет, не увольнения, а жизни. Его просто наши бы и запинали, или надухарили бы такой ядреной отравой, что и за век не выветрится. Но, может, всё не так плохо... только на всякий случай я выхватила маску из кармана, и натянула её по самые глаза. Миронов Дмитрий Иванович, тридцатидвухлетняя черноволосая гроза всего женского отдела, источник зависти мужского коллектива, и просто похититель сердец всех местных вахтерш - пенсионерок, которые в нем души не чаяли, и, при встрече, пытались закормить, как бабульки своего любимого внука в деревнях, пронзительно смотрел своими колдовскими зелёными глазами на меня с таким недоумением, словно я ему пообещала достать Луну с неба, но, по техническим причинам, нет возможности её сюда притащить. А когда я, молча, всё ближе и ближе спиной стратегически начала отходить к дверям, взгляд стал настороженным, будто я вмиг превратилась в дикого зверька и вот-вот накинусь на него. Хотя дела обстоят как раз-то наоборот. А все потому, что запах гнилостных яблок, в тандеме с плесенью и жженого сахара никого не оставит равнодушным, вызывая желание как можно быстрей удрать от человека, который источает такое амбре. Естественно, влюбленностью здесь и близко не пахнет. Меня попросили принести эти образцы лаборанты, которые уже две недели бьются, чтобы им, наконец, починили холодильник. Не знаю, что они с ним сотворили, но он, мало того, что перестал работать, так ещё, будучи пустым, пахнет так, словно там давно что-то умерло. А мы очень чувствительны к запахам, нам нельзя раздражать нос такой гадостью. Вот и выбрали меня, как лицо, которое всё равно собирается уволиться, спустя всего лишь три месяца работы. Заявление было написано и лежало в ящике стола, ожидая своего часа. Как бы не хотелось остаться, но такого прессинга от директора выдержит не каждый. Злопамятная зараза. До сих пор припоминает мне тот случай, в котором, между прочим, нет моей вины... Шла себе на улице, с пластиковым стаканом под кофе, никого не трогала, радуясь, что меня позвали на работу в известную парфюмерию, как, при заходе в офис, меня толкнули, и все содержимое оказалось на пиджаке идущего рядом со мной мужчины. Сам виновник скрылся в неизвестном направлении. Благо, кофе уже давно остыл, но явно приятных ощущений от мокрой рубашки было мало. Мужчина, увидев все больше расплывающееся светло-коричневое пятно, взяв кончиками пальцев ткань, понюхал её, и бросил на меня убийственный взгляд. Не дождавшись извинений, он, молча, хмыкнув, ушёл. Естественно, я не придала значение, что встретились мы в одном здание, и спокойно пошла на третий этаж, знакомиться с директором и персоналом. А дальше было все, словно в плохом сне. Стоило мне увидеть эти насыщенные зеленью глаза, которые, с недовольным прищуром, хитро смотрели на меня, как я осознала всю серьезность ситуации. Мужчина не только узнал меня, но и успел ознакомиться с моим делом. Меня спасло лишь грамотно составленное портфолио с отзывами из предыдущих мест работы, где обо мне отзывались, как о высококвалифицированном профессионале, пусть и на тот момент мне и было всего лишь двадцать восемь, что, по меркам парфюмера, я считалась еще ребёнок, и мои метр с кепкой явно не улучшало ситуацию. Но моя способность различать мельчайшие нотки запахов, даже трудно уловимых, проложила дорогу сюда. А рубашку отстирать не смогли, и это мне, словно между прочим, сообщил директор. После этого понеслось... Необоснованные придирки, сверхурочные, планы и проекты, все возможные графики выездов и покупок продукции, поставки которых я должна была проверять, полночи находясь в лаборатории, перенюхивая более ста образцов. С таким ритмом бессонница стала моей постоянной спутницей в жизни, и я поняла, что так больше продолжаться не может, когда любимое дело стало в тягость. Дмитрий Иванович, устало привалившись назад в кресле, сделал приглашающий жест, со словами: - Садитесь поближе, Екатерина Юрьевна. У меня к вам есть разговор. - Мне и здесь неплохо слышно. - Пыталась просочиться я через стену, когда заметила все больше признаков болезни. Не получилось. - Сядьте! Да не на пол же. - А что я? Как мне велели, так я и сделала. - Чего вы так боитесь? Я не кусаюсь. - Вы нет, а вот то, чем вы, возможно болеете, да. - Со страхом в голосе произнесла я, не торопясь сокращать ни на миллиметр между нами расстояние. - Объяснитесь! - Раздраженно скрестил на груди руки Миронов, тяжёлым взглядом пройдясь по мне. Я начала издалека... - Вам понравился тот запах, который я вам принесла. - Да, и что дальше? -Уже начал сердиться директор. - В этом и ответ. - Печально вздохнула я, мысленно строя маршрут до ближайшей поликлинике. От такого долгого нахождения вблизи источника заразы, еще и в замкнутом помещении, ничего хорошего не жди. - Не понимаю. - Тяжело вздохнул он, вцепившись пальцами в волосы, приводя во взрыв макаронной фабрики свою идеальную причёску. - Никому в здравом уме не может нравиться эта гадость. Только если человек... плохо разделяет запахи. - Ну почему же? - Загадочно улыбнулся мужчина, пододвигая к себе колбочки. - Если добавить к этому аромату нотку ванили, смешать с шафраном, кориандром, апельсиновой цедрой, и палочкой корицы, то мы получим новую линейку духов. И нет, я не болею. - Но это же... - В изумление открыла я рот, не в силах сдержать нижнюю челюсть от свидания с полом. - Да, ингредиенты кофе, которое ты пьешь по утрам. - И, будто он такое говорит всем девушкам, совершенно буднично продолжил. - Я влюбился в этот аромат сразу, как только ощутил его на себе. До сих пор лежит в комоде, ни на капли не ослабнув, даже после химчистки. И да, можешь порвать своё заявления. Я все равно его не подпишу. С завтрашнего дня жду тебя здесь как своего заместителя. Отказ не принимается. - Н-нн-о... - От шока аж язык начал заплетаться. - И я знаю о твоих чувствах. - Кажется, моё сердце только что сделало кульбит, и решило остановиться заранее, дабы спасти меня от ещё большего потрясения. - Твои коллеги уже давно рассказали мне, как поменялся твой вкус в кофе. Шафран и корицу трудно не заметить. - А как же .. - И опять не дал договорить. - И скажи, что они могут, наконец, подсоединить холодильник к розетке. - Я широко открыла глаза, с изумлением услышав такое. - Их хитрый план по нашему сближению я разгадал ещё в первые три дня, когда они, под всяким предлогом, не пускали меня к холодильнику, хотя я умею чинить технику. - Опа, рано я собралась умирать. Сначала надо устроить кое-кому темную. То-то они поглядывали на меня, и время от времени над чем-то хихикали, переговариваясь, пока я не слышала. А оно вон что. Это заговор! - Но забудем о них. Ты согласна сегодня поужинать? Обещаю, кофе там будем самым лучшим. И даже не обижусь, если вновь приду с грязной рубашкой. И как я могла отказаться от такого заманчивого предложения. Я ещё отыграюсь за все бессонные ночи и потраченные нервные клетки, которые, на секунду, не восстанавливаются. Он ещё не знает, в какие сети только что толкнул себя. Я ему покажу, как действительно должен пахнуть аромат Любви.