Благодарность

— Т-тебе правда следует быть осторожнее… — Ахах, думаешь? В медицинской каюте сегодня был только один посетитель, причём третий раз за день. Утром он свалился за борт, после неудачных пируэтов. Днём стукнулся о потолок, пока спускался в трюм. И под вечер умудрился попасть под поварской нож, который соскользнул со стола во время качки. Закончив бинтовать, Микан выдохнула. Нож упал так удачно, что осталась лишь небольшая царапина на руке и не более. Несмотря на довольно травматичный во всех смыслах день, Нагито выглядел более чем спокойным, даже счастливым. Он рассматривал повреждённую руку после завершения всех процедур с каким-то интересом и лёгким азартом. — Мне иногда кажется, что т-ты совсем не бережешь себя, — с грустью призналась Микан. — В какой-то степени это действительно так, — закончив изучать перебинтованную руку, Нагито положил голову на здоровую, и посмотрел на Микан с улыбкой. — Я привык выполнять приказы, не задумываясь о таких вещах. — К-как же так? — пролепетала Микан, искренне поражаясь этим словам. — Ну, всех интересует результат, а не какой ценой я его достигну, — задумчиво протянул он. — Сначала слуга, теперь морская крыса. Некому волноваться о моем состоянии, — усмехнулся Нагито. — …п-почему ты говоришь т-такое с улыбкой? — Разве не очевидно? Потому что радуюсь, что теперь есть тот, кто переживает за меня, — расплылся он, точно кот. Микан отчетливо чувствовала, как её щеки начинают гореть, и прикрыла их ладонями, устремляя взгляд в пол. — Извини-извини, не хотел перегибать палку! Не принимай близко к сердцу, если неприятно это слышать, — рассмеялся Нагито, поднялся со стула и прошёл к двери каюты. — Большое спасибо, что подлатала. Надеюсь, в ближайшие дни не доставлю тебе ещё больше неудобств. Помахал перебинтованной рукой и вышел прочь. Микан целиком спрятала лицо в ладонях, издав тихий неразборчивый визг. — Я с-совсем не против лечить тебя в любое время, но з-зачем же говорить мне такое? — протянула она, не в силах справиться со смущением. С самого утра следующего дня Микан не могла избавиться от услышанных слов. Они раз за разом прокручивались в голове, не давая покоя её сердцу. Но что ещё больше не давало покоя, так это сказанное следом. Может, Нагито не это имел в виду? Или был не серьёзен? И она зря себя накручивает?.. Могли ли его слова про то, что он не доставит ей неудобств в ближайшие дни, означать, что он просто не хочет с ней видеться?.. Микан с тяжелым вздохом уткнулась головой в книжный шкаф. Выйдя вечером перед самым отбоем на палубу, сердце Микан всё также билось в сомнениях. Она пыталась выловить Нагито, чтобы поговорить с ним, но тот весь день не попадался ей на глаза… Микан положила руки и голову на борт, печально глядя на водную гладь, в которой маленькими жемчужинами поблескивали отраженные звёзды. — И почему я вечно надумываю себе всякое, — вздыхала она, пока её волосы и юбка тихо вздымались от лёгкого ветра. — Он ведь не стал бы меня избегать после всего… Или я-я сделала что-то не т-так… Микан тихо всхлипнула, разворачиваясь в сторону трюма. Подозрительно скрипнула одна из досок, стоило на неё наступить, но что-либо сообразить девушка не успела. Дерево просело чуть вглубь, от чего нога встала в неестественное положение. Микан не удалось даже охнуть, как она уже оказалась на полу, а лодыжка пронзительно заныла. — Н-ну вот, т-только одни неприятности… — сдерживая слёзы, попыталась подняться она, но тут же осела обратно, тихо вскрикнув от боли. Самой ей никак не добраться до трюма, чтобы хотя бы оценить масштаб бедствия. Неожиданно кто-то взял и осторожно поднял с пола, после чего она быстро оказалась в чьих-то руках, мягко обхвативших её. — Н-Нагито? — удивлённо выпалила Микан. — Мне казалось, что ты вчера говорила быть осторожнее, и в итоге я нахожу тебя в таком положении, — вздохнул с улыбкой Нагито. — Надеюсь, ты не возражаешь, если я помогу? Сглотнув слёзы, она покачала головой, принимая его помощь. Нагито осторожно занёс её в трюм, каким-то магическим образом избегая глаз других членов экипажа, а после скрылся вместе с ней в медицинской каюте, сажая её на кровать. Наконец Микан могла разглядеть, что ничего серьёзного не произошло. По крайней мере, это не был вывих или перелом, лишь несколько царапин. А она успела и перепугаться… — П-погоди, Нагито! — внезапно очнулась Микан, когда заметила, что тот достал бинты и спирт. — Что-то не так? — наклонил он голову. — Ах, я понял, тебе не хочется, чтобы это делал- — Н-нет, не в э-этом дело! — закрутила она головой так сильно, что в глазах слегка помутнело. — Эм, н-ну… Ей так и не нашлось, что сказать, поэтому она поджала губы и смущенно приподняла юбку, чтобы ногу было проще перевязывать. Нагито улыбнулся и принялся за обработку царапины. — Стыдно признаться, но я услышал то, что ты говорила на палубе, — аккуратно накладывал он слой за слоем на тонкую ножку Микан. — Наверное, я прозвучу самовлюбленно, но ты говорила обо мне, я прав? — П-прости за это! Т-ты, наверняка, б-был просто з-занят работой, а я-я… Нагито улыбнулся, приподнял только что перевязанную ногу, и слегка коснулся губами. — Эээ, з-зачем э-это?! — пролепетала Микан, ужасно краснея. — Благодарность за вчерашнее, — спокойно ответил Нагито. — Кажется, я отвратительно подбираю слова. То, что я сказал, чистая правда. Я чувствую радость от твоего присутствия в моей жизни, от каждого твоего взволнованного вздоха, когда я делаю опасный прыжок или умудряюсь пораниться. Мне никогда не приходилось испытывать подобного, потому и не могу быть достаточно внимательным, чтобы не получать мелкие царапины и ссадины, пока знаю, что ты о них позаботишься. Микан слушала его, и смущение постепенно сменилось каким-то сладким волнением. Столько приятных слов из-за её переживаний за его состояние? Подумать только… — Ну, надеюсь, твои царапины вскоре заживут, — поднялся он с пола, отряхивая темные брюки, и улыбнулся, собираясь уходить. — Н-Нагито, подожди! — М? — обернулся он. Она жестами попросила его подойти ближе. Когда Нагито оказался рядом, нежные руки обхватили его за лицо и притянули к себе. Мягкие, разгоряченные от нервов губы коснулись его. Нагито удивлённо вскинул брови, но очень скоро был утянут в этот бесконечно сладкий поцелуй. Они медленно отстранились, молча и неловко глядя друг другу в глаза. — Я… т-тоже хотела поблагодарить тебя… — смущённо призналась Микан. — Разве я… сделал что-то достойное такой благодарности? — тихо спросил Нагито. — …спас меня, — опустив глаза, ещё тише ответила она. Нагито помолчал ещё немного, взялся рукой за подбородок Микан и вновь прильнул губами. Никакой любовный роман из самых дальних уголков мира не дал Нагито представление о том, насколько это приятно — целовать любимого человека.