Я тебя вытащу.

— Медведева Евгения Армановна, 1999 год рождения. Поступила после аварии. Сейчас без сознания. — девушка-фельдшер докладывала информацию о пациентке, которую везут на каталке принимающему врачу - Этери Георгиевне Тутберидзе. Лучшему врачу Москвы. — Состояние? — кратко спросила Тутберидзе, кинув холодный взгляд на молодую девушку. — Крайне-тяжелое. Запускали сердце два раза. — Операционную готовьте. — Заключила Этери и остановила жестом руки девушку-фельдшера. — Но Этери Георгиевна… — хотел возмутиться коллега. — Никаких «но». Готовьте операционную, девушку на МРТ. Срочно. — Этери пошла готовиться к операции. — Дудакова и Мишина в ассистенты. — кинула Этери старшей медсестре и скрылась за дверями ординаторской, ожидая снимков МРТ. Рассматривая снимки, Этери Георгиевна взялась за голову. — Я вытащу тебя. Я обязана тебя вытащить, Женя Медведева. — Этери, что с ней? — Мишин с Дудаковым появились в ординаторской. — Гематома головного мозга, множественные переломы, мы её теряем с каждой секундой. Идём. Бригада подготовилась к операции и вошли в операционную. — Ты собираешься лезть ей в мозг, Этери? Ты серьёзно? Такие операции не проводят в нашей больнице. — Дудаков, стоя в операционной, посмотрел на Этери из-под бровей. — В нашей больнице - нет. А я провожу. Мы обязаны её спасти, Сережа. Жене сбрили часть черных волос перед операцией. После фразы «С Богом», Этери принялась за хирургическое вмешательство. — Давление падает. — глядя на приборы, заявил Мишин. — Знаю. — Этери стиснула зубы. — Этери, шей. Мы её потеряем. — Дудаков шепнул Этери возле уха. — Ты можешь заткнуться? Вы сейчас оба покинете операционную. — У Этери дрогнула рука. — Черт. Вот. Вот оно. Вскрывайте. Расширитель. — Этери подали расширитель, и она открыла доступ к образовавшейся гематоме. Мишин вскрыл, Дудаков обработал. Этери выдохнула. — Пульс? — 70. — заключил ассистент. — Давление? — Стабильное. — Шьём. — Этери кивнула и принялась заканчивать операцию. — Остановка. — приборы запищали. — Ну уж нет. Не в мою смену, Евгения. Не на этом столе. — Этери начала делать непрямой массаж сердца девушке. — Маску! — Дифик? — Дудаков посмотрел на Этери. — Убить её решил? — Этери помотала головой. — Давай. Давай. Адреналин. Два кубика. — Жене вкололи адреналин. — Ну же, заводись. Давай! — Этери не останавливалась. — Давай! — Этери, ты ей сейчас ребра сломаешь. — завопил Мишин и словил грозный взгляд Тутберидзе. — Пошел вон из операционной. Давай, Женя, борись! — Мишин выполнил приказ. Приборы издали характерный звук, когда пульс появился. Этери выдохнула. — Она слаба. — заключил ассистент. — Знаю. — фыркнула Этери. По окончанию четырехчасовой операции, Женю перевели в реанимационное отделение. Этери помылась и села в ординаторской, согревая руки горячим кофе, и пыталась унять тремор конечностей. В ординаторскую вошел Дудаков. — Ты сумасшедшая! Забыла, что ты реаниматолог? На кой черт ты полезла в её мозг, Тутберидзе?! Ты ненормальная! — Дудаков не унимался. — Если бы мы её потеряли, тебя бы посадили! — Сереж, закончил нотации? Тебе ли не знать, что я нейрохирург американский? — Этери усмехнулась. — У нас нет в больнице нейрохирургов. Почему ты вообще взялась за эту девчонку? Мы обязаны были перевести её в нейрохирургическую клинику, Этери! — Она умирала, Сережа. У-ми-ра-ла. Не доехала бы. А я обязана спасать жизни людей. — Этери сделала глоток обжигающего напитка. — Дура. А если она умрет? Тебя, меня и Мишина посадят. Совсем не думаешь головой. Чокнутая. И поверь, она умрет! Ты сама знаешь, Этери. У неё нет шансов. Не-ту! — Сергей покинул ординаторскую, дверь еще долго болталась туда-сюда. Посидев ещё немного, Этери пошла на обход в реанимацию. Зайдя в палату к Жене, она увидела хрупкое загипсованное тело, накрытое простынёй, и услышала привычный писк приборов. — Медведева, Медведева. Как же ты попала в аварию? — Этери вздохнула и села на стул рядом с койкой пациентки. Взяв в руки телефон, она открыла интернет. Страшная авария произошла по трассе МКАДа. При перестроении в правую полосу, водитель фуры не заметил легковой автомобиль марки Mercedes и буквально раздавил его. Водитель легкового автомобиля, известный ресторатор, Медведева Евгения, в тяжелом состоянии и находится в больнице. По нашим данным, в машине она была одна. — Слепая зона… — Этери вздохнула. — Этери Георгиевна, там муж Медведевой на проводе. Хочет узнать о состоянии больной. — в палату вошла медсестра. — Да. Сейчас. — Этери встала, одернула халат и направилась к посту. — Тутберидзе Этери Георгиевна. Лечащий врач Медведевой. — Здравствуйте. Даниил, муж Евгении. Подскажите, как она? — Состояние крайне-тяжелое. Мы провели операцию. Никаких прогнозов пока давать не буду. Без сознания. — Коротко и четко ответила Этери противному голосу на том конце провода. — К ней можно? — осторожно спросил Глейхенгауз. — Нет. Она в реанимации. Все посещения запрещены до момента перевода в палату. — Понял. Спасибо. — Даня повесил трубку. — И вам не хворать. Муж. — Этери сказала в пустоту и положила трубку. — Документы Медведевой где? — Этери посмотрела на медсестру. — Вот. — медсестра протянула полис, СНИЛС, страховку и паспорт. Этери открыла паспорт на нужной странице. Но в графе «семейное положение» не было ни единого штампа. «Муж, значит». — Этери усмехнулась.