Не отпускай меня

Время приближалось к полуночи. Мужчины сидели за столиком в пустом баре отеля друг напротив друга. Нью вертел в руках стакан с виски и ждал объяснений Макса. Тот долго сидел задумавшись, с некоторым интересом рассматривая молодого человека, подмечая изменения в его облике и повадках. Взгляд выхватил на руке парня браслет, тот , что подарил Зи в их первый раз, две буквы ZN на тонких цепочках. На душе Макса как то потеплело. – Почему? Макс, почему?.. – Нью...я не знаю, но это было его решение. Зи такой сложный, с ним всегда было так. Когда-то о его чувства вытерли ноги, их растоптали, напрочь обесценив. И он замкнулся в себе. Он никого не пускал к себе в душу, никому не доверял. С Лаван было удобно, она ничего не требовала, ничего не ждала от него ( как оказалось до определённого времени), держала его на длинном поводке, создавая ему иллюзию свободы и независимости. А потом в его жизнь ворвался ты. Внезапно, неожиданно, сметая все стены, что он воздвиг вокруг себя. Он был растерян, даже напуган. Он пытался бороться с новыми, зарождающимся чувствами. Он пытался держаться на расстоянии от тебя, не потому, что не хотел этих отношений, а наоборот, потому что впервые за долгое время почувствовал себя живым рядом с тобой, и это его пугало, он отчаянно боялся снова довериться кому-то. Поэтому и вёл себя порой по-идиотски. А потом отдался всей душой вспыхнувшим чувствам, но тут появилась на горизонте Лаван с её грязным замыслом вернуть Зи. Новость о её беременности выбила его из колеи, он настолько запутался, не находя выхода, что и привело почти к разрыву. Он не готов был тебя отпустить, но не знал, как удержать. А когда раскрылась ложь о беременности Лав, он ночью сорвался к тебе. Ну и... получилось, что получилось. Как только он осознал в каком состоянии, и что его может ожидать в будущем, он напрочь отказался от мысли вернуть тебя. Опять этот чертов его страх. Он боялся, что ты останешься с ним из чувства долга и жалости. Этого он не мог принять от тебя, как и долго не мог принять своё состояние. Нам стоило немалых усилий заставить его жить, поверить, что он выкарабкается, с ним рядом всё время кто-то был, чтобы он не натворил глупостей. Наконец он понемногу стал возвращаться из своего темного мрачного мира. Но...я вижу в душе у него по-прежнему пустота, нет цели. Он просто плывёт по течению. На это больно смотреть. Когда от тебя пришло распоряжение готовить документы на расторжение брака, он воспринял это на столько спокойно, что от этого становилось страшно. Он был уверен, что ты уже в новых отношениях и не хотел тебе мешать. Он решил отпустить всю ситуацию. Он просто проживал день за днём, только... несколько раз я слышал, как он плакал по ночам. Его тело почти исцелили. То, что он пока в кресле - это больше перестраховки врачей. Он уже может подниматься и передвигается в пределах комнаты, дома, но врачи пока рекомендуют ограничить нагрузку до завершения последнего этапа реабилитации, а это ещё месяц. Самое важное, что пока ещё вызывает опасение, это его зрение. Врачи изначально не давали никаких гарантий, слишком серьёзными были травмы. Через неделю ему снимут повязки и станет наконец понятно будет ли он видеть или... – Макс запнулся и замолчал.   Нью сидел мрачнее тучи, осмысливая всё услышанное. Наконец после долгого молчания он произнёс: – Почему? Почему мне лгали всё это время? Я был уверен, что он в Европе с Лаван. И у меня не хватало духу позвонить ему и узнать, как его дела. Я не хотел вносить разлад в его отношения с Лаван. Я не должен был бросать его... – Нью, поверь, ни у кого даже в мыслях не было обвинять тебя в чём-то. Это был его и только его выбор, его решение держаться подальше от тебя. И мы ничего не могли сделать, мы не могли предать его доверие, прости. И... мы тоже были уверены, что ты давно в новых отношениях, когда ты не вернулся со стажировки в срок. Поэтому никто не решался снова переворачивать вашу жизнь с ног на голову. Наверное это было неправильным... но... что сделано, то сделано, время не повернёшь вспять.   Мужчины снова долго молчали, погружённые каждый в свои мысли. Затем Макс осторожно спросил: – Что ты теперь собираешься делать? – То, что должен был делать ещё 8 месяцев назад, быть рядом, быть его опорой, если потребуется быть его руками, ногами, глазами. – А как же твои отношения там?.. – Я никогда не был ни в каких отношениях. Я состоял в браке, в который вступал осознанно и обдуманно. Я всегда любил только Зи. И я готов был быть верным этим отношения до конца, пока Зи сам бы не подпишет согласие на расторжение брака. Теперь жизнь расставила всё по местам. И я буду рядом с ним, чего бы мне это не стоило. Я хочу видеть его. – Нью, давай отложим вашу встречу до завтра. Сегодня уже глубокая ночь, он давно отдыхает. Ему сейчас противопоказан любой стресс. Поэтому не думаю, что будет разумным сейчас его тревожить. Да и тебе отдых не помешает. Завтра я планирую вывезти его на пляж, помнишь то место, где вы впервые встретились? Думаю там вы сможете спокойно поговорить. А сейчас отправляйся спать.   Нью шёл по берегу моря, вдыхая воздух напоенный утренней свежестью. Сердце гулко стучало в груди. Расстёгнутая рубашка белым парусом надувалась на спине, ветер приятно холодил обнаженную грудь и растрёпывал копну непослушных волос. Ещё издалека парень заметил впереди Макса, стоящего за креслом Зи. Увидев Нью мужчина помахал ему рукой и,  похлопав по плечу своего спутника, сбросил футболку и шорты и с удовольствием бросился в воду, рассекая волны мощными движениями рук.      Нью приближался, взволнованно всматриваясь в знакомые до боли очертания сидящей фигуры. Было заметно, как мужчина напряжён. Если бы не повязка на глазах, можно было бы подумать, что он напряжённо всматривается вдаль. Но сейчас он скорее вслушивался в шум волн.   Нью приблизился почти вплотную и замер на месте. Глаза жадно скользили по знакомой и такой дорогой фигуре. На Зи были надеты шорты и тонкая рубашка, расстёгнутая до самого низа и свободно развивающаяся на ветру. Одна нога была забинтована эластичным бинтом от икры и выше бедра. На открытых плечах "красовались" розовые шрамы от глубоких порезов. Один шрам, достаточно широкий пересекал левую сторону лица от подбородка через скулу и извилистой змейкой уходил под копну темных волос. На глазах была плотная повязка. Словно почувствовав кожей пристальный взгляд на себе, Зи встрепенулся: – Макс?..  Макс, это ты?.. Какого чёрта молчишь, что за дурацкие игры?..   Голос Зи звучал как-то надтреснуто, в это мгновение он выглядел таким потерянным и уязвимым, что у Нью перехватило дыхание и болезненно сжалось сердце. Он тихо опустился на колени перед Зи и мягко взял его руки, лежавшие на коленях. Мужчина вздрогнул, замер на мгновение, чувствуя тепло мягких нежных ладоней, такое удивительное, давно забытое чувство, а затем руки заскользили по знакомым тонким пальчикам, по бархату кожи к запястьям. Неожиданно наткнувшись на браслет, мужчина очертил его контуры и взволнованно выдохнул:   – Нью...   Руки невольно взметнулись вверх и закрыли лицо.   Нью отвёл его руки от лица и прижался губами к его ладоням. Затем уткнулся в его колени , невольно пряча невидимые для Зи слёзы, катившиеся по его щекам. Плечи парня вздрагивали от тихих, приглушённых рыданий. Зи гладил парня по голове, перебирая в пальцах мягкие пряди волос. – Нью, откуда ты здесь? Когда ты прилетел?   Чувство эйфории от внезапного появления Нью стало вытесняться тяжёлыми, тревожными мыслями: "Зачем он здесь?.. Он вернулся за разводом?.. Ему наверно невыносимо, а может даже отвратительно смотреть на меня..." Те чувства, что мужчина так тщательно пытался похоронить в глубине своего сердца, обрушились на него неожиданно с новой силой. Липкий страх услышать из любимых уст: "Я хочу развод!"– выворачивали душу наизнанку. Сколько времени он бежал от реальности, от своих чувств, от любви и вот сейчас на всей скорости врезался в эту реальность. Его любимый человек перед ним, но он не видит его лица, его выражения глаз, он не может прочитать, о чём тот сейчас думает. И от этого становилось ещё более невыносимо. Зи медленно убрал руки с головы Нью и напряжённо ждал ответа. – Зи, почему ты так со мной?..Почему ничего не рассказал?  Почему оттолкнул? Почему решил всё за двоих? – Нью поднялся с колен. В голосе парня звучала горечь.   Зи молчал, опустив голову, затем протянул руки в пустоту: – Ну, помоги мне подняться... Нью бережно и осторожно потянул мужчину на себя. Зи, поднявшись во весь рост, покачнулся на ещё неокрепших ногах. Нью обхватил его за талию прижимая к себе. Словно ток пробежал по телам мужчин, вызывая острое покалывание под кожей. Оба задохнулись от забытых ощущений прикосновения кожа к коже. Зи уткнулся в плечо мужу, жадно вдыхая такой родной запах и прошептал снова: – Зачем ты приехал? В его голосе смешались страх и надежда, нежность и отчаяние, ожидание и любовь. Зи чувствовал крепкую хватку изящных рук на своей талии. Нью уверенно прижимал мужчину к себе, ни на минуту не давая усомниться, что отпускать его не собирается. Это успокаивало. – Я вернулся, чтобы быть с тобой...рядом...всегда...быть твоей поддержкой...быть твоей опорой...руками, ногами, глазами, если потребуется. Зи обессиленно прижимался к мужу, дрожа словно в ознобе и шептал в изгиб шеи: – Нью, не отпускай меня, пожалуйста...не отпускай больше никогда, ни с кем, ни к кому! Мне нужен только ты! – Никогда, слышишь, больше никогда тебя не оставлю, – выдохнул срывающимся голосом Нью. Зи скользил губами по плечу, шее, медленно поднимаясь выше, в попытке найти губы любимого. Ему казалось, что вся тяжесть последних месяцев растаяла словно утренний туман. Он ощущал лёгкость до головокружения, сердце готово было выскочить из груди. Ноги подгибались, и он точно бы упал, если бы Нью не продолжал прижимать его к груди, кожа к коже, сердце к сердцу. Нью обхватил затылок мужа, слегка сжал его волосы, запрокидывая голову назад. Придвинувшись, медленно потянулся навстречу, не сводя голодного взгляда с таких желанных губ, затем мягко прижался своими губами,  ловя лёгкий вздох. Первые ощущения были острыми, словно электрический разряд. Нежные, одурманивающие касания быстро перешли в страстный, настойчивый поцелуй. Горячее прерывистое дыхание обжигало кожу. Зи чуть прикусил нижнюю губу с тихим рыком и углубил поцелуй. Его язык настойчиво заскользил, словно покоряя новую территорию, он прошёлся по зубам, нежно приласкал нёбо, и пустился в какой-то безумный танец с языком Нью. Все оттенки нежности в поцелуе смешались в один яркий цвет необузданной страсти, готовой смести всё на своём пути. Неизвестно чем бы всё закончилось, если бы сзади парней не раздалось немного неловкое: – Кхм-кхм...я конечно рад за вас, ребята, что вы так быстро разрулили все недоразумения. Но мне кажется, что моему подопечному пора вернуться в отель, пока солнце не напекло ему в голову и окончательно не снесло ему крышу. – Мааакс!!! – почти зарычал Зи, нехотя отрываясь от таких желанных губ и пытаясь восстановить дыхание. Нью только уткнулся лицом мужу в грудь, густо краснея и хихикая.     Зи безропотно позволил вновь усадить себя в кресло, но не выпускал руки Нью из своей, словно боялся, что тот может исчезнуть. Он готов был сейчас согласиться на всё, только бы скорее вернуться в свой номер и вернуть мужа в свои объятия. ___________________________________________ Спустя 2 недели парни вдвоём прибыли в клинику. Зи судорожно цеплялся за руку мужа. Казалось напряжение последних дней достигло своего апогея. Сейчас он был больше похож на испуганного, потерянного ребёнка, чем на взрослого мужчину. Нью подбадривающе поглаживал его по руке. Медсестра предложила Нью подождать мужа в комнате отдыха, а Зи сопроводить в кабинет к доктору. Зи ещё сильнее вцепился в руку парня, словно от этого зависела его жизнь. Нью потянулся на носочках, поцеловал мужа в висок и прошептал:   – Всё в порядке, Зи, всё хорошо... Я здесь, я рядом... Я подожду тебя. И знай, что бы не происходило, что бы ни сказал врач, я всегда буду с тобой рядом, мы пройдем через всё вместе. Верь мне! Я люблю тебя! Медсестра взяла мужчину под руку и осторожно направляя, увела в кабинет. Вся процедура осмотра заняла совсем немного времени, но Зи показалось, что прошла вечность. Яркий свет непривычно резал глаза, которые отчаянно слезились, в первые минуты всё расплывалось, но постепенно всё вокруг стано проясняться. Доктор,проделав какие-то только ему понятные манипуляции, довольно покряхтел, потирая руки: – Замечательно, молодой человек, замечательно. Могу вас поздравить, лечение прошло более, чем успешно, учитывая ваши травмы. Конечно потребуется некоторая коррекция зрения очками или линзами, но в общем все просто замечательно. Первое время нужно будет очень бережно относиться к глазам: никакого стресса, никаких лишних нагрузок, воздержать пока от вождения, чтения, работы за монитором, беречь глаза от яркого солнечного света.   Некоторое время ещё заняли какие-то тесты.    Наконец всё самое страшное, что не давало спокойно жить последние месяцы, позади, словно гора упала с плеч. Зи жадно обводил глазами окружающую обстановку, словно заново знакомился с окружающим миром. Но больше всего ему хотелось скорее покинуть кабинет и увидеть его, своего Нью.   Наконец получив на руки заключения и рецепты, он направился к выходу. Медсестра услужливо предложила его проводить. На что Зи твердо ответил: – Спасибо, теперь я сам.   Выйдя из кабинета, Зи внимательно осмотрелся. Какая-то тревога холодком пробегала по спине: "А вдруг он ушёл, вдруг не дождался, вдруг передумал..." Перебирая в уме ещё с десяток "а вдруг", он внезапно зацепился взглядом за фигуру, стоявшую у окна. Парень словно почувствовал взгляд на себе и обернулся. Их глаза встретились. Солнечная ангельская улыбка озарила  лицо, обрамленное отросшими темными прядями, что делало его каким-то по-детски милым. Нью двинулся на встречу. Зи словно заворожённый следил за плавной походкой, которая ,казалось, стала ещё грациознее.  Не минуты не мешкая парень обвил шею мужа руками и заглянул в родные любимые глаза. – Всё хорошо?.. Зи только молча кивнул, чувствуя как предательски щиплет в глазах то ли от яркого света, то ли от невольно выступающих слёз. Он уткнулся парню в макушку и прошептал: – Я люблю тебя, Нью, я так тебя люблю! Впервые за долгое время Зи чувствовал, как расслабляется и растворяется без остатка в руках своего маленького Ангела.   То, что когда-то казалось абсурдным, сегодня стало самым важным и правильным. Зи никогда не верил в судьбу. Но то, что он сейчас сжимал в объятиях этого мальчика, иначе как судьбой он назвать не мог.