Мне тебя не хватает

      В школьной библиотеке снова сидели два парня. Была ли недовольна библиотекарша? Да, была, и она все ещё недовольна шумом, который они периодически создают. Были ли недовольны сами парни? Да, однозначно. Шестая почти выученная наизусть статья, третий конспект и уже четвёртый раз, когда им пришлось ходить на цыпочках и еле дышать, чтобы только не разозлить и без того любящую поорать библиотекаршу. И это только на неделе!       Томас устало вздохнул и последний раз отчаянно взглянул на почти пустую тетрадь, как будто надеясь, что на ней каким-то чудом появится правильный ответ, точнее, целый конспект. Как и следовало ожидать, ничего не произошло. Великое упущение человечества.       Он посмотрел на Ньюта, который наконец начал что-то писать, и решил спросить у него: — Ньют, вот ты что-то понял?        Ньют, полностью погруженный в задание, вздрогнул, не ожидая вопроса, но быстро очнулся и кивнул, продолжая что-то усердно записывать в тетрадь. — Помоги-и, — жалобно простонал Томас, растягивая гласные. — Я даже не понял, что в принципе-то надо делать, — Томас прилёг на свою руку, спрятав пол-лица в сгибе локтя, чтобы одновременно и дать своей голове отдохнуть, и заодно посмотреть, что пишет его друг.       Он устало вздохнул, поняв, что придётся лишний раз напрягаться, чтобы Томас понял его. Да в последнее время Ньют сам себя еле понимал, если честно.       Блондин вздохнул и принялся что-то объяснять, иногда жестикулируя. Как бы Томас ни пытался его понять, его мозг, видимо, хотел просто насладиться голосом Ньюта. Так и получилось. Ведь зачем делать что-то для учёбы, когда можно залипать на своего друга, да? Он не вникал в его речь, а просто рассматривал его и слушал приятный бархатный голос, льющийся из уст парня.       Томас немного испугался и устыдился этой мысли. Все-таки, Ньют ведь для него старается, а он тут ведёт себя, как влюблённая школьница, млеющая от одного взгляда на миленького старшеклассника, не способная ему и привет сказать. Но он уже слишком задолбался, чтобы слишком сильно стыдиться, так что он со спокойной душой списал всё на усталость. — Хэй, Томми, ты хоть слушаешь? — парень глядел на почти заснувшего Томаса. Тот промычал что-то неразборчивое, так что блондин протянул руку тому в волосы и пропустил через пальцы пару прядок. В этот момент Томас понял, что он действительно млеет от Ньюта. — Давай, дружище, пойдём. Ты уже на ходу спишь. Ну, точнее, пока что ещё не на ходу. Сделаем всё в другом месте, — схватив свои учебники с тетрадями, он сложил их в свой рюкзак. Пока Томас потягивался и моргал, усиленно пытаясь проснуться и выйти из дрёмы, все его вещи были аккуратно сложены в уже застегнутый рюкзак его заботливым другом.       Томас хотел уже встать, как заметил кое-что странное.       Ньют никогда не умел скрывать. Этот раз, видимо, не исключение.       Вокруг его предплечья под одеждой был обмотан бинт, местами открывающий кусочки красной повреждённой кожи. Томас увидел очень мало — но этого ему было достаточно. — Ньют, подожди... — Томас сидел с очень озадаченным видом, так что Ньют, естественно, не понимая, что с ним случилось, аккуратно плюхнулся обратно на стул. — Да? Что такое? Что-то случилось? — Ньют нахмурился. Томас не понимал сам себя, да и не хотел, но он бы многое сейчас отдал, чтобы разгладить напряжённое место между бровей парня своим пальцем.       Но вместо этого он лишь бережно потянулся к руке Ньюта. Тот вздрогнул. Аккуратно взяв его руку, Томас пододвинул ее к себе и начал медленно закатывать рукава, до тех пор, пока не закончится бинт.

Вот чёрт.

      Он был большим, почти на всё предплечье. Начинался с кисти, а заканчивался аж у локтя. Томасу стало нехорошо. Если потребовалось так много, чтобы скрыть повреждения на коже, значит ли это, что?..       Нет. Томас сам себя оборвал. Он старался не думать о плохом, но мысли лезли и лезли в его голову одна за другой без остановки.       Он был напуган. Томас был очень напуган. Он вроде и знал, что это вообще не его дело, он ведь мог случайно упасть на железку, или, мало ли, соседский кот, который постоянно лезет в его квартиру... Но он знал Ньюта. И также он совершенно точно знал, что это никакая, черт возьми, не железка. Томас знал, что могло с ним случиться, он предполагал это ещё два года назад, когда всё и началось. В его доме сразу же не стало острых предметов, всё, что каким-либо образом могло причинить вред парню, было убрано куда подальше. Порядок дома, все вещи на видных местах. Но так было только до того, как его мама скончалась. Она была рядом. Она поддерживала его всегда, когда нужно. Она была ему настолько же дорога, как и Томас. Её рак прогрессировал, и все знали, что безуспешно надеяться на лучшее. Но Ньют верил. Она удержала его от того, чтобы он сдался, и он просто не мог позволить сдаться ей. Несколько месяцев назад она умерла. Ньют был разбит, а Томас переезжал к нему на некоторое время. Хотя, конечно, переездом это вряд ли можно назвать — зубная щётка и немного запасной одежды. Он съехал сразу же, как почувствовал себя лишним, когда почувствовал, что Ньют на самом деле хоть немного в порядке.       И он бы даже мог допустить, что это вышло случайно, но Томас все время, которое можно, был рядом. Это не могло выйти случайно. — Томас.., — начал Ньют, но так и не смог закончить. Ему было нечего сказать. Он мог бы соврать, что там просто царапины от кота, или аллергия на что-либо, мог бы наорать и уйти, сказав, что это совсем не его дело. Мог бы. Но не хотел. — Не надо.., — всё-таки сказал он, и его рука вместе с голосом предательски дрогнули. — Что там? — резко спросил он. Глаза Ньюта заблестели, и Томас мысленно отвесил себе несколько пощечин. Он не имеет права себя так с ним вести. Тут же его голос смягчился, и он исправился. — Ньют, что ты сделал?.. Что это? — Ну, судя по всему, это, кажется, рука, — Ньют горько усмехнулся. Томас даже не подумал улыбнуться. Ему было не до шуток.       Он аккуратно подцепил краешек бинта, переводя взгляд на Ньюта, этим жестом как бы спрашивая: «можно мне?..».       Сначала за блондина ответил его взгляд. Он будто.. жалел. «Не надо, не делай этого, не разочаровывай себя». Но потом сдался под напором любящих глаз напротив. Он слабо кивнул и стыдливо отвёл взгляд.       Томас принялся аккуратно распутывать бинт, стараясь не причинить боль. С каждым поворотом руки открывалось всё больше повреждений на коже. Томас увидел это снова — глубокие, длинные порезы, некоторые уже почти зажили, напоминая о себе только уже почти сформировавшимися шрамами, другие были совсем свежие.

Томас ахнул.

Ему захотелось плакать.

Рыдать навзрыд.

Он не сумел. Он не смог. Он не сберёг.

      Ньют просто опустил взгляд и попытался вырвать руку. Не получилось. Хоть Томас и слабо держал, он все же успел вцепиться в его руку. Ньют шикнул, почувствовав жжение на запястье.       Он немного наклонился вниз, опираясь на коленку так, чтобы он смог смотреть прямо в лицо Ньюту и снова позвал его: — Ньют, — в воздухе повисла идеальная тишина. — Я хочу, чтобы ты мне всё объяснил.       Ньют отвёл взгляд, будто нашкодивший школьник. — Мне кажется, нам пора, — тот резко встал, и Томас невольно потянулся за ним.       И, взяв рюкзаки, под недовольный взгляд библиотекарши они наконец вышли.

***

      В автобусе, на их привычном и любимом месте по пути домой, Томас лёг головой на плечо Ньюта. Ньют всегда садится к окну, особенно, когда ездит с Томасом. Он чувствовал себя гораздо безопаснее, зажатый своим другом с одной стороны и окном с другой.       Ньют впустил свою руку Томми в волосы, и позволил ему взять себя за вторую.       Они чувствовали друг друга.

***

— Можно я сегодня у тебя?       Томас не слишком часто оставался у Ньюта, однако его зубная щётка всегда лежала рядом с щёткой Ньюта, а сам Ньют нередко делился с Томасом своей одеждой. На кухне всегда лежало хотя бы несколько фруктов или сладостей, что Томас ему регулярно приносит. — Конечно, оставайся, — Ньют привычным жестом почесал пальцем нос. Томас находил этот жест невероятно милым. И откуда только взялось это огромное желание обнять этого человека?.. — Посмотрим фильм или всё-таки доделаем конспект? — вздохнув, спросил блондин, плюхнувшись на подушку дивана, и посмотрев на друга. — А, к чёрту, включай фильм, — он сел рядом с ним. — Что выберешь? Выбирай из списка...       Им было уютно. Они сидели, прижавшись друг к другу, навалившись один на другого. Голова Томаса опять сползла к плечу Ньюта, которую тот удерживал собой. Томас почти уснул. Было так хорошо просто лежать рядом с ним, на нем, чувствовать его сбитое дыхание.. Его... Сбитое... — Хэй, Ньют.. Ньют, — он приподнялся, и обеими руками охватил лицо Ньюта, большими пальцами стирая слезы с его лица. — Хэй, всё хорошо, хорошо, слышишь? — Томас прижал его к себе, и Ньют только сильнее прижался к его груди. Он чувствовал, как тот рыдает, чистыми слезами капая ему на футболку. — Я... Я п-пытался.. Я хотел убить себя.. — Томас и представить себе не смог, сколько сил пришлось вложить парню, чтобы сказать это. Он продолжил: — Мне не хватало м-мамы, — на этом слове он запнулся — хотя, честно, мне её в-все ещё не хватает. Но так было только поначалу, — Томас ждал продолжения, но не давил, только поглаживал парня по спине, прижимаясь головой к его макушке. Ньют набрал побольше воздуха в лёгкие и снова начал говорить: — Но потом я понял, что мне стало не хватать тебя. Когда ты уехал... Мне стало так грустно, — Томас почувствовал укол вины. Всё-таки он оставил Ньюта слишком рано. — мне не хватает тебя, даже когда ты рядом, — тихо признался Ньют.       Томас, правда, хотел ему ответить, но не смог выдавить из себя ни слова — это компенсировали слёзы. — Пообещай, что никогда не оставишь меня.       Он больше не плакал — рыдания не сотрясали его грудь, дыхание было ровным и спокойным, глаза начинали медленно видеть мир не сквозь слезы. — Никогда. Обещаю, — он чувствовал ответственность за этого парня, так хорошо держащегося на жестокой к нему публике, и так ослабленно рыдающий прямо сейчас в его грудь. Он ещё ни разу в жизни не был так серьёзен, как сейчас, произнося эти слова.       Он однозначно не собирался оставлять его.

Ни за что в этом мире.

Ни за какие ценности.

Ни за что.

Никогда.

— Томми... — он смотрел на него как никогда нежно. Любяще.       Ньют прошёлся по нему руками со спины до шеи и отстранился так, чтобы его лицо было напротив чужого, оставляя несколько ничтожных сантиметров между ними. Они сами не заметили, когда Ньют закинул свои ноги на талию Томаса, пока тот сидел, разведя в стороны согнутые ноги, на которых сидел.       В уголках глаз Ньюта снова начала собираться влага. — Ты такой замечательный. — Тише, тише, ну ты чего? — Томас потянулся к нему. Он прижался губами к слезе, слизнув её. Мазнул губами по второй скуле, снова сцеловав горячие, солёные капли. Поцеловал с обеих сторон прямо под глазами, как бы говоря без слов Ньюту, чтобы тот не плакал.       Он успокоился, когда заметил, что парень снова спокойно и размеренно дышит. Его лицо опухло от слёз, но выражало полное спокойствие. Они все ещё находились в паре сантиметрах друг от друга, их тела будто прилипли друг к другу. Дыхание у обоих снова сбилось, глаза бегали от губ до глаз и обратно.       Первым потянулся Ньют, зависнув губами почти на чужих, лишь едва прикасаясь. Томас, не теряя времени, сократил оставшееся расстояние, чувствуя на себе, с каким рвением тот ему отвечает.       Внезапно послышался звуки взрыва с экрана телевизора. Ньют вздрогнул и отстранился, сильно испугавшись внезапного резкого звука. Видимо, включать боевик не стоило.. Он потянулся за пультом и выключил фильм.       Томас погладил его руками по плечами, оказывая таким образом поддержку.       Ньют снова потянулся к его губам, прижимаясь к нему всему до невозможности крепко.       Он облизнул губы Томми, и тот сразу же столкнул свой язык с его, впуская Ньюта в свой рот. Тот стал поочереди вылизывать то губы, то обхватывать своими его язык, так отчаянно цепляясь пальцами за его футболку, как будто тот его последняя опора.       Они отстранились и рухнули на подушки, пытаясь отдышаться. В тишине зазвучал хриплый голос Ньюта. — Я люблю тебя, Томми. Ты знаешь? — признался он очень неуверенно и боязненно. — Знаю. — Томас счастливо улыбнулся. — Я тоже тебя люблю. И Ньют поцеловал эту самую очаровательную улыбку, переплетая их пальцы в замок. Ньют почти уснул после такого выматывающего дня, но от впадения в сон его остановил голос Томми. — Хэй, Ньют, — аккуратно начал он, поднося к себе ближе его левую руку. Он привстал на локтях, и стал целовать каждый порез на его коже, не оставляя без внимания ни единый кусочек. — Пообещай мне, что больше не будешь так делать, — он вмиг стал серьёзным, не отрываясь от своего занятия – целовать его руку. — Пожалуйста. — Только если ты не уйдёшь от меня, — Он нахмурил брови, и свободной рукой Томас провел между ними, разглаживая его напряжённую складку и улыбнулся. — Не уйду. Я обещаю, — сказал он полном серьёзе, и последний раз мазнул губами по его коже, потянувшись к его лицу. — Тогда и я обещаю, — улыбнувшись, они столкнулись губами и нежно поцеловались.

Скоро они заснули.