Разрешите поцеловать

Смерть матери, пропажа отца, нападения титанов, бесконечные тренировки для вступления в Разведкорпус, борьба с самим собой в овладении силы — непрерывная череда событий требовала от Эрена уйму работы. Он постоянно был чем-то занят и мог урывать свободное время совсем изредка, да и то предпочитал отсыпаться. После вступления в Разведкорпус ему пришлось стараться ещё больше, выкладываться на максимум каждый день, ведь Ривай не давал спуска. Под его командованием всё свободное время уходило на уборку, поэтому у Эрена банально не было времени задуматься об отношениях. В их ситуации счастливая семья или встречи с любовниками казались чем-то отдалённым, не вписывающимся в реалии. Однако он стал замечать, что его друзья, в отличие от него самого, находят время и на личную жизнь. Однажды за ужином он стал свидетелем интимного разговора Жана и Конни о девушках. Очень быстро Энни заставила их заткнуться, не гнушаясь физической силой, но Эрен успел услышать, что Жан уже целовался с кем-то. Помимо военной подготовки, на учёбе у них был короткий курс лекций об отношениях парней и девушек, поэтому Эрен имел отдалённое представление о том, что пары делают, оставшись наедине друг с другом, но тогда был слишком отвлечён стремлением перебить титанов, чтобы придать этому значение, однако теперь подростковые гормоны брали своё. Он воображал, каково было бы коснуться чьих-то губ своими и терялся в ощущениях. Заметив за собой некий интерес к этой деликатной теме, он испытал невообразимое смущение. Желая расспросить кого-нибудь об этом, он тут же отмёл идею поговорить с Жаном, загодя зная, что тот его засмеёт, так и не сказав ничего путного. Взглянув на Микасу, он решил, что лучше отдаст себя на растерзание титанам, чем заговорит об этом с ней. Решение обратиться к Армину тоже оказалось бесполезным, потому как тот смущённо замахал руками и пролепетал, что никогда не пробовал целоваться. Поэтому Эрен старался прислушиваться к разговорам Жана с кем бы то ни было в надежде услышать интересующую его информацию, разузнать, каково это. Поэтому, когда Кирштайн вновь поднял тему поцелуев в диалоге с Райнером, Эрен навострил уши. — Это лучшее, что я только испытывал, — делится Жан. — Я готов валить титанов толпами, если она поцелует меня снова. Эрен даже не почувствовал, как покраснел, и совсем не ожидал, что окажется замеченным. — Эй, Эрен, а ты уже целовался? — усмехнулся Жан, глядя прямо на него. — Нет, — рыкнул тот, не желая врать. — Да куда тебе, — рассмеялся Кирштайн, переглядываясь с собеседником. — Иди к чёрту, Жан, — огрызнулся Эрен. — Нашёл, чем гордиться. И всё же его укололо обидой. Уступать Жану не хотелось ни в чём. После того, как он отбросил свои мечты вступить в Военную полицию и решил сражаться с титанами, Эрен проникся к нему уважением, и если раньше бы быстро забыл о его насмешках, то теперь он завидовал, ведь тот был прав. Он даже не представлял, с кем мог бы поцеловаться, ведь никуда не выходил из их штаба и был по уши в работе. *** Ещё хуже стало, когда Эрен поймал себя на мысли, что несмотря на внеплановый бунт его гормонов, его не привлекает возможность поцелуя ни с одной из девушек из их отряда. Однако, каждый раз перед сном он представлял, что касается тела незнакомого человека, получает ласку в ответ и бесконечно долго целует. Его подтолкнул внезапный случай, когда он увидел то, что явно не должен был. Он не мог уснуть, поэтому бродил по штабу посреди ночи, когда застал Кристу в объятиях Имир прямо на кухне. Он замер на пороге, опешив, ведь никогда не видел ничего подобного. Он не мог ошибиться — девушки целовались. Их губы были соединены, а тела прижаты к друг другу. Эрен откровенно не понимал, почему они делали это. Разве могли две девушки желать друг друга так же, как мужчина и женщина? Им не рассказывали о подобном на курсах. Он не мог знать, но чувствовал, что обе получали настоящее удовольствие от близости друг друга — это ощущалось в каждом их движении, в каждом вздохе. Опомнившись, он всё-таки тихо развернулся, решив скорее уйти, пока не был замечен. Он не хотел смущать Кристу и получить от Имир. Увиденное не давало ему покоя и предоставило много пищи для размышлений и фантазий. Оказавшись в кровати, он задумался над тем, возможен ли поцелуй между двумя парнями. В конце концов, губы у всех были одинаковыми. С этого дня его фантазии стали более отчётливыми. Теперь он целовал не чей-то образ, а представлял парня. Это всё ещё был кто-то размытый, но с явными мужскими очертаниями. Это стало отправной точкой кошмара. Подобные мысли стали посещать его во время тренировок. Он не мог отделаться от навязчивого желания коснуться человека из своего воображения и понял, что с этим необходимо что-то делать. Глупое желание чьей-то близости затмевало разум, а Эрен предпочитал встречаться с проблемами лицом к лицу и решать их. Каким образом попытка разобраться с проблемой привела его к капитану, он сам до конца не понимал. Ривай всегда притягивал внимание, он восхищал своими способностями — человек, который в одиночку мог перебить десятки титанов. С первого же взгляда на него, ещё тогда, в тюрьме, Эрен не мог не обратить внимание на его изящные черты лица. Несмотря на невысокий рост, тот выглядел как с картинки в книге. Исходя из всего этого, приплюсовывая скудную логику Эрена, которая щебетала ему, что Ривай взрослый и опытный мужчина, который мог бы помочь. Любой другой на месте Йегера попросту испугался бы лишний раз подойти к капитану, но он никогда не страшился опасности и был готов рваться вперёд, даже если получит за это по голове. Постучав в дверь, он дождался разрешения войти. — Капитан, я хочу попросить вас о чём-то. — Чего тебе, сопляк? — Ривай сидел за рабочим столом и оторвал голову от заполнения бумаг, взглянув на подчинённого. Эрен по привычке выпрямил спину и едва не отдал честь. — Разрешите поцеловать вас, — решительно выпалил он. Только после того, как он произнёс эту фразу вслух, Эрен задумался о нелепости своей идеи. Бежать уже было поздно, оставалось только сносить тяжёлый взгляд Ривая. Тот смотрел так, словно его подчинённый провинился во всех грехах, сотворённых человечеством, и не выглядел в восторге от просьбы. — Что ты сейчас сказал? — тихо произнёс он и встал из-за стола. У Эрена холодок прошёлся по спине, когда Ривай медленным шагом приблизился к нему. — Я хочу вас поцеловать, — произнёс он менее уверенно, но с места не сдвинулся, наблюдая за тем, как к нему подходит сама смерть. — Ты совсем страх потерял? Эрен не нашёлся в ответе, постепенно теряя былой запал. Когда Ривай так смотрел на него, мысли в голове путались и плавно вытекали из мозга, оставляя там лишь перекатывающуюся колючку. — Или ты просто настолько тупой? — Ривай уже стоял напротив Эрена. Дверь в его кабинет оставалась открытой, и парень мог с позором выбежать в коридор, молясь всем богам, чтобы капитан закрыл глаза на это недоразумение. — Закрой дверь, — произнёс тот, будто прочитал его мысли. Не задумываясь, Эрен выполнил приказ, самостоятельно отрезая путь к побегу. — Не боишься, что я могу переломать тебе рёбра за такие шутки? Ривай схватил его за воротник кофты и с силой потянул вниз так, что их лица оказались на одном уровне. Эрен шумно сглотнул и отрицательно помотал головой. От такой близости его глупое сердце забилось чаще. — Это не шутка. Я правда очень хочу поцеловать вас. Ни разу Эрен не имел возможности рассмотреть Ривая в такой близи. Каждый раз острый взгляд его тёмных глаз словно прибивал к земле, демонстрируя превосходство, но сейчас Эрен просто не мог отвернуться. Неудобно сгорбившись, он мог ощутить чужое дыхание на своём лице, ощущая, как всё тело покрывалось мурашками. Он понятия не имел, чего ждать — с большой вероятностью это должен быть сломанный нос. — Попробуй, — произнёс Ривай. До Эрена не сразу дошло сказанное. Моргнув пару раз, он попытался осмыслить, что и впрямь получил разрешение. Он столько дней думал о чёртовых поцелуях, а теперь мог поцеловать самого красивого мужчину на всём чёртовом свете — это не укладывалось в голове. Он понимал, что любое промедление Ривай мог посчитать за слабость. Тот выжидающе смотрел на подчинённого, и Эрен не мог позволить себе заминку. Инстинктивно закрыв глаза, он двинул головой вперёд, сокращая короткое расстояние между ними, наконец соприкасаясь с чужими губами. Он понятия не имел, как это делать, поэтому сделал это так, как когда однажды поцеловал Микасу в щёку на её день рождения. Сейчас он не думал о подруге, лишь о том, в какой убийственной близости находился со своим капитаном. В тот момент, когда Ривай зажал его нижнюю губу своими, Эрен едва не всхлипнул от неизведанных ранее ощущений. А потом Ривай снова зашевелил губами, вытворяя что-то непонятное, и Эрен понял, почему Жан отзывался о поцелуях с таким воодушевлением. Он попытался повторить за капитаном, чтобы не выставить себя полным неудачником, который не имеет целоваться. Все его жалкие фантазии ни в какое сравнение не шли с губами Ривая. Его ноги нелепо подкосились, но он удержался на месте. Руки, безвольно свисающие вниз, он неуверенно положил на плечи капитана, тут же почувствовав, как Ривай отпустил его одежду, но в тот же миг крепко схватил его за шею. Ощутимо, но не настолько сильно, чтобы Эрен начал задыхаться. Его грубость теперь воспринималась иначе, не с обидой. Она подстёгивала, поднимая желание приникнуть ещё ближе, но Эрену сполна хватало этого поцелуя. Он двигал губами более смело, позабыв обо всём вокруг, мечтая лишь о том, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Он впервые видел Ривая с такой стороны. Всё это время он казался неприступно холодным, возвышенным, но сейчас Эрен сполна ощущал его тепло. Потому, когда капитан отстранился, он разочарованно потянулся за ним, желая продолжить. — Придержи коней, щенок, — рыкнул тот, крепче вцепившись в шею подчинённого. — Ты получил, что хотел. Эрен растерялся, ведь теперь, когда он вкусил губы Ривая, ему нужно было много больше, чем один поцелуй. Он едва сдерживался, чтобы не начать просить продолжить, за мгновение ощутив внутри неприятную пустоту. — Если захочешь продолжить, приходи завтра вечером. У меня много работы. Проваливай. С этими словами капитан оттолкнул его от себя и развернулся. Несмотря на то, что всё внутри него сопротивлялось приказу уйти, Эрен отпер дверь и выскочил из комнаты. Всё его тело подрагивало, как в миг перевоплощения в титана. Пульс неимоверно быстро стучал в висках. Он бы подумал, что это было сном, но касания чужих губ были слишком живыми. Несмотря на рьяное желание продолжить, он ощущал, как по венам растекалось наслаждение. По крайней мере, Ривай пригласил его к себе завтра, и Эрен не будет ждать долго.