Когда изострю сверкающий меч Мой…

Архив, переданный Хикару, был огромен. Сотни тысяч документов, слитые без какой-либо структуры. Запросы, накладные, письма, приказы, положения, ведомости, отчеты. Науэль не знал точно, что именно ищет, временами его охватывало отчаяние и желание попросить помощи. Но он понимал, что за нарушение строжайших правил по работе с информацией на военной базе неприятности возникнут не у него, а у Хикару и ее сотрудников. Поэтому Науэль по возвращению на базу старался вести по возможности обычный образ жизни, оправдывая многочасовое сидение за терминалом желанием выучить китайский язык. Тем не менее напряжение начинало сказываться, индеец стал избегать Карлайла, не желая лгать ему, но и страшась поделиться тем, чем занимался. Хикару при встречах бросала тревожные взгляды и, кажется, уже жалела о своем импульсивном поступке. Предложенную ей помощь в поисках Науэль вежливо отклонил, разрешив лишь поставить на свой терминал жучок, предупреждающий о мониторинге службы безопасности, и файловую защиту, скрывающую архив от любопытных глаз СБ-шников. Прошло больше месяца с выполнения первой боевой миссии. Аналитики готовили сценарий следующей, выбирая новую ценную мишень для «пистолета с очень дорогой пулей». На банкете в честь сумевших совершить до сих пор невозможное – захватить группкой бойцов вражеский крейсер в боевых условиях – Науэль вежливо улыбался, благодарил и оставался холоден, заставляя некоторых чертыхаться и говорить меж собой про бесчувственного робота. Попытки штатного психолога поговорить на тему кровавого массакра, учиненного полувампиром на борту корабля, ни к чему не привели. В итоге уставшая доктор отписалась в своем отчете о нечеловеческой психике испытуемого, с которой не работают обычные методы диагностики. Продолжалась обычная жизнь военной базы. Карлайл, к облегчению Науэля, отправился в Вольтерру, к работающим над проектом «Эдемский сад» Эсме, Элис и Джасперу. Этой ночью, отклонив интересные предложения Хикару о совместном времяпровождении, индеец терпеливо и монотонно открывал и просматривал документ за документом из выделенной им на сегодня пачки файлов. Бесшумно менялись цифры на часах в углу монитора. Науэль делил документы на две папки: в одну он перетаскивал те, что могли хотя бы отдаленно иметь отношение к «Колыбели», для последующего более тщательного изучения, в другую складывал все остальное, страшась удалять файлы. Индеец планировал в случае, если он просмотрит все, но так и не найдет нужного, начать читать документы из второй папки повторно. Но это не потребовалось. Очередной документ оказался отчетом военных судмедэкспертов. Науэль уже собирался закрыть его и перенести в первую папку, как… Сердце индейца замерло, а затем неровно застучало, руки задрожали. Медленно, очень медленно полувампир увеличил фотографию на весь экран. В пострадавшем от жаркого огня, вплавившемся в обугленную тонкую руку золотом браслете еще угадывалась змея с рубиновым глазом, кусающая свой хвост. Чувствуя, как время останавливается, Науэль ткнул в начало документа. Четкие черные буквы стали расплываться перед глазами. Отупевший вдруг мозг стал выхватывать лишь отдельные португальские слова из длинного текста, переполненного военными и медицинскими канцеляризмами: «судно поднято с глубины в 12 м», «значительные разрушения», «воздействие экстремальных температур», «ожоги 4 степени», «женщина в возрасте 18-20 лет», «дополненная генная структура»… На большой серии фотографий в приложении были зафиксированы в деталях поднятый со дна моря искореженный корпус яхты, положение останков, найденных в обугленной и затопленной каюте, и тошнотворные подробности процесса судебно-медицинской экспертизы. Дойдя до конца документа, Науэль уронил руку и закрыл глаза. Мир почернел, все чувства исчезли. Прошла минута, другая, третья, а индеец оставался неподвижным, как ледяная статуя. На часах в углу экрана высветилось 4:00. Глаза полувампира открылись, но его взгляд более не был схож с человеческим. Пальцы забегали, запуская команду на уничтожение всех данных с терминала. Двигаясь как деревянный, индеец вышел в коридор и направился в ангар. Обладая высоким допуском, Науэль открывал одну дверь за другой, не вступая в разговор со скучающими на самой неприятной вахте солдатами. И лишь когда индеец уже подошел вплотную к «Адаму», по-прежнему не отзываясь на человеческую речь, охранник нажал тревожную кнопку, поднимая на ноги всю базу. К своему несчастью, капрал Стэн, совершив то, что требовала от него инструкция, решил сам остановить Науэля, покинув пост и оказавшись слишком близко к полувампиру. Не меняя выражения лица, Науэль одним молниеносным движением разрубил солдату горло пальцами голой руки и продолжил процесс активации бронескафандра. «Адам», вырвавшись из узкого отверстия шахты, расправив крылья, несся к холодной полной луне, висящей высоко в начинающем светлеть на востоке ясном небе. Подключенные к слуховым нервам контакты стучались в мозг встревоженным голосом Хикару, но Науэль не реагировал ни на что. Обугленные пятна на мертвом теле луны, черные тонкие руки, вскинутые к обгоревшему черепу… - Сэр! Он сейчас попадет в зону гражданского радара! - Подтверждаю, слышите, подтверждаю команду на уничтожение. Да взрывайте же его! И в небе расцвел оранжевый цветок всепожирающего пламени. Освобождающего. Очищающего. Заканчивающего все и вся. ... Делая доклад, руководитель проекта был бледен и заикался. Голографическая фигура Аро, закутанного в черный плащ, сохраняла спокойствие. Кровавые глаза на белом лице вампира внимательно следили за подавленным и растерянным супером. Когда тот стал повторяться в третий раз, Вольтури поднял руку, останавливая сбивчивую речь: - Я огорчен этим известием, мой друг. Очень огорчен. Руководитель что-то просипел враз пересохшим горлом. - Это большая трагедия. Да, большая. Для всех нас. Но, - продолжил вампир, - дорогой мой, это трагедия, но не катастрофа. Катастрофой было бы не уничтожить «Адама». В этих условиях. Рассматривайте этот печальный инцидент лишь как... брак. Сбой удачного, но все-таки несовершенного прототипа. Недостаточно надежного. Соберитесь. Службе СБ перетряхнуть всю базу. Допросить всех. Материалы... Как всегда: сначала мне, а уже затем туда... к вашему начальству. Всех техников на работу в две смены. Ускоряйте работы по серийному выпуску. Птенцы из моего «сада» уже начинают подготовку к путешествию вместе с доктором Калленом. Вы все хорошо поняли, друг мой? – Вольтури мягко улыбнулся, выключая связь. По древним каменным ступеням Вольтерры вампир поднялся наверх, на смотровую площадку башни. Поднял тяжелый взгляд к безучастному лунному диску, молча рассматривая ночное небо с мириадами холодных бесстрастных звезд. И, наконец, тихо проронил в ответ на собственные думы: «Et filii Mei contra Patrem Eorum ipsum non peccaverint…» (1) ______________________ 1 И дети Мои против Отца Своего не согрешат (лат.)