A moment of joy, mixed with pain

Всхлипывая, он вытирал капельки, иногда задевая опухшие губы. Для Феликса всë было кончено. Больше ничего нет... Ноги сами ведут к тому, что было строго запрещено ему. -О, чего плачешь? Неужели у тебя всë не так сладко и решил всë же купить? - эта зверская улыбка напоминала о самом больном. -Просто скажи цену, - глаза были пустыми и было легко понять, что сегодня у девушки будет хорошая выручка. -Хм... В зависимости от того, сколько возьмëшь, - она была лишь рада такому раскладу событий. Названное количество ошеломило еë, и она чуть не поперхнулась воздухом, однако еë стойкость давала о себе знать, отдавая требуемый товар, с дикостью выхватывая данные ей деньги. Да уж, она явно сделала что-то благое, раз судьба решила еë так наградить. Они друг друга даже не вспомнят, но им не было дело до этого, особенно Феликсу, что шëл домой с запретным, от чего всë тело немело из-за страха. Страха, что Чанбин найдëт это и разочаруется в нëм, ведь он так много сделал, чтобы этот ужас вновь не приключился с парнем, но только сам Ликс осознанно убивает себя этим. Ему было горестно, что он не может справиться с этим, даже с помощью дорогого ему человека, но пути назад уже не было. Путь домой был не трудным, такси приехало быстро, так что за короткое время езды, а после прихода, он уже закрывал дверь в квартиру. Было тихо, и он не понимал, пришёл ли Чанбин домой, или ещё нет, но судя по обуви и его верхней одежде, можно было предположить, что он уже давно спит, предварительно найдя записку, оставленную ему ранее. Отступать уже не было смысла, так что он ушёл в комнату, закрывая на всякий случай дверь. В темноте было видно ровно ничего, но стоит сказать спасибо свету из окна, что любезно давал всё видеть хоть и не так чётко, но вполне понятно. Садясь на пол, он открыл этот пакетик и втянулся, кладя это в рот. Сразу пришло спокойствие и отврат. Он уже опустил руки, смерившись, что как бы ни старался, он всегда будет слабым. -Прости меня, Бинни… - со слезами прошептал он, без разбора сыпя себе в рот весь пакетик, который мог бы привести его к смерти, но ему было сейчас плевать на это, ведь по другому заглушить эту боль было бы просто пыткой. Он уже ничего не соображал, а перед глазами расплывались невиданные ему ранее узоры. Вставая с пола, он поплёлся в соседнюю комнату, с невиданными ему самому намерениями. Он часто спотыкался, хотя до комнаты рукой подать. Зайдя в спальню, Феликс подошёл к спящему, медленно забираясь на кровать, чем разбудил Чанбина. -Ликси, что такое? - взглянув на тень, Чанбин не понимал, что сейчас делает Феликс. - Я за тебя так испугался. Ты же никуда не ходишь, а тут неожиданно взял и ушëл. Но ты молодец, оставил записку, так бы я совсем голову потерял. - потирая переносицу, он посмотрел на Феликса, что зализал на кровать. Его движения как всегда были осторожными, но не заметить одной вещи весьма трудно - парнишка не лëг рядом на слегка прохладную подушку, прижимаясь всем своим телом к уже горячему, что согревало его, а сел на пресс, скользя руками по чужой груди, спрятанной под футболкой. -Ликси? - озадаченный взгляд был направлен в сторону Феликса. - Что ты делаешь? – осмотрев парня, он потянулся к его лбу. Неужели жар? Проверив рукой, а затем губами, он понял, что с ним всё хорошо. Но что же тогда он творит? -Солнышко, что такое? Ты никогда себя так не вёл, а сейчас вдруг начал… - договорить не удалось, зато получить шок от последующего действия парня и слияние их губ вполне. Язык вторгся в чужой рот, исследуя чужой язык, что явно не хотел поддаваться на провокации, зубы, и все внутренности, до которых только можно было дотянуться. Чувствовался какой-то незнакомый вкус, что никогда не ощущал на своём языке Чанбин. Мыча в поцелуе, он как-то пытался оттолкнуть напавшего, но всё было безысходно. От такого напора уже невозможно было сдерживать накопленную влагу во рту, поэтому слюна потекла по подбородку старшего, а затем и Ликса. Губы и челюсть стали побаловать, поэтому блондин разорвал поцелуй, оставляя тянущуюся ниточку между их ртами. -Ликси, прошу, не надо. Ты потом пожалеешь об этом, а я в двойне, - взяв того за плечи, Чанбин не сильно сжал их, отодвигая от себя его. -Чанбин, я хочу этого, - он уже тянулся за новой порцией поцелуя, но ему не позволили сделать это ещë раз. -Нет, Ликси, ты не в себе. Пожалуйста, не делай этого, да и я тебе не позволю, - уже хотел было взять Феликса на руки, с целью отнести того в комнату и напоить снотворным, как в него тут же вцепились, не давая даже пошевелиться. - Ликси, нет. Давай я просто отнесу тебя в твою комнату и уложу спать, а после не буду напоминать тебе об этом случае, когда ты проснëшься, - выдыхая, он пытался образумить Ликса, что не собирался его слушать. Он был не в себе, однако движения были резкие, и как бы Чанбин не протестовал, в районе его паха уже не было спальных шорт и даже нижнего белья. -Феликс... - собираясь уже окончательно взять на руки Ликса и просто отнести в комнату, он протяжно застонал. Феликс сделал то, чего не следовало. Насадившись на член Чанбина, он вскрикнул из-за сильной боли, которая становилась привычной с каждой секундой. Из-за отсутствия какой-либо подготовки, анус не выдержал, и подал звоночек, что если это всë не прекратить, то он напросто порвëтся, причиняя боль, что не сможет уйти в ближайшее время. Но Ликсу было сейчас на всë плевать, но никак не Чанбину, что не оставил попыток остановить его. -Ликси, не надо... -Бинни, - мутные глаза не скрывали его состояния. - Я правда хочу этого, не останавливай меня, - начиная двигаться всë быстрее, Ликс опирался на сильную грудь. Поняв, что Феликса ему никак не остановить, он просто решил смириться со всем и делать то, что хочет, хоть и не здоровый, но всë же его любимый Ликси. Юноша прыгал на органе, при этом начиная постанывать, когда на смену боли пришло наслаждение. Это всë было так неправильно, но и сделать ничего нельзя было, а Чанбин трус. Он не мог остановить своего друга, который сейчас не мог контролировать себя. Но почему? Он просто дурак. Пошëл на поводу, зная, что потом он не сможет справиться с этим. Знал, что Феликсу будет больно, и опять переложит всë на себя, коря за то, что сделал. Ну почему ему так сложно противостоять? Феликс, в свою очередь, продолжал яростные скачки на члене, а его член в то время шлëпался то о его живот, то о пресс Чанбина. Из него выделялся предэякулят, который разбрызгивался и оставался как на Чанбине, так и на самом Феликсе. Когда темп уже не мог быть быстрее, Феликс с громким стоном кончил, заливая своей спермой пресс Чанбина, а тот не смог сдержать себя, кончая прямиком в парня. Обессиленный Феликс упал на грудь старшего, которой закусывал свою губу. Почему он не остановил его... Подняв обездвиженное тело на руки, он унëс младшего в комнату, где оставил, пока ходил за влажными салфетками. Когда же всë было сделано, Чанбин заметил какую-то странную штуку, на которую тщательно обратил внимание. Взяв это в руки, он замер на месте, а руки дрожали, держа пакетик. Он сразу понял, что этот странный вкус на языке Ликса был из-за наркотика, который он употребил. Отыскав всë, по крайней мере надеясь, что всë, он пошëл в комнату, где оставил пакетики под кроватью. Откуда у Ликса взялись наркотики? Понятно, что купил, исходя из взятых денег, но где, чëрт возьми? Он хотел бы узнать об этом, но пока не мог. Ложился спать он с отвращением к себе, и желая, чтобы Феликс простил его, когда уже всë будет в порядке.

***

Утро для Феликса выдалось не сладким. Мало того, что он проснулся с жаром, так ещë и ужасно болела задница. Вставая с кровати, он поплëлся в ванную, где приступил к водным процедурам, думая, почему помимо его сокровенного местечка и головы ещë и спина подводила. Чанбина не было дома, так что и спросить нельзя. Сегодня был будний день, поэтому и дураку было понятно, что старший на работе. Когда он позавтракал, вспомнил о том, что пропало, или же он просто не заметил. Улетая в комнату со всех ног, он стал метаться по всей комнате в поисках маленьких пакетиков. Ничего не найдя, он скатился вниз по стене, сжимая волосы на голове и закусывая нижнюю губу. Не было ни одного пакетика. Предполагая, что их забрал Чанбин, ему стало жутко, ведь кто знает, может он выгонит его из дома, либо же перестанет поддерживать с ним общения и не обращать на него никакого внимания. Он же обещал... Обещал, что никогда не бросит его. Да, это были навязанные мысли, но этот поступок был бы весьма логичным. Весь день Феликс провëл как на иголках. Он ничего не ел кроме завтрака, не спал, как обычно это делает, ничем не занимался, лишь сидел всë на том же месте, в ожидании прихода старшего. Когда же послышался хруст открывающийся двери, он окончательно оцепенел, боясь даже дышать. Через какое-то время тишины были слышны шаги по квартире, а после и голос мужчины. -Солнышко, где ты? Я вернулся, - будто бы ничего не произошло, он говорил также, как и всегда. Он уже доходил до комнаты Ликса, который дрожал всем телом, не зная, где спрятаться. Зайдя в комнату, он нашëл дрожащего Феликса на полу, который смотрел на него красными глазами. -Ликси? - сразу же присел рядом, прижимая его к себе. - Малыш, ты чего плачешь? - гладя того по голове, он стал целовать макушку, вкладывая в эти поцелуи всю нежность, которую только можно было. -Б-бинни... Ты что, нашëл это? - с дрожью смог спросить он. -М? Да, когда укладывал тебя спать, - глаза раскрылись настолько широко, что покажется, что это нереально. - Солнце, послушай меня, - отпустив его, разве что оставив руки на плечах, он продолжил. - Я понимаю, что от зависимости избавиться не так легко, но и ты пойми, что нельзя принимать так много. Конечно я категорично против этого, и ты уже взрослый, должен понимать, что если бы ты сделал это вне дома, я надеюсь, что ты всë же сделал это дома, то тогда бы у тебя были серьëзные проблемы. Так что, Ликси, не делай больше такого. Слышишь, не делай, - смотря прямо в глаза, Ликс видел всë волнение, что было в Чанбине. -Бинни... - обратился к старшему. - Можно... спросить... -Тебе не надо спрашивать разрешения. Говори то, что считаешь нужным, - всë не отпуская руки, он уже питал желание узнать, что же такого не видано его маленькому солнышку. -У... - стыдно, но надо. - Когда я проснулся и даже сейчас... - не решался. - Вообщем, у меня очень болят спина и... - замолчал - зад... Прости, мне правда стыдно! - заверещал он, когда рассказал о том, что его волнует. -А... - он был взбудоражен, но не особо удивился, ведь, ни он, ни Феликс, не подготавливали его, так что он был весьма спокоен. - Ты вчера набросился на меня, пока я спал, и стал... Ну ты понял. - Ликс от стыда отвернул голову. - Я хотел тебя остановить, но ты помешал мне, так что... И не удивительно, что тебе больно. Поняв, что он натворил, задрожал ещë сильнее, и не скрывая стал плакать во весь голос. Он был надрывистым и разрывал сердце Чанбина на части. Обняв его как можно крепче, он начал успокаивать Феликса. -Тише, тише, - пытаясь успокаивать парня, который был разбит, он делал всë возможное, чтобы больше не видеть его слëз. -Чанбин-а... - сквозь слëзы пытался сказать он. - прости меня... Пожалуйста, прости меня... - взаимно обняв его, он не переставал плакать, виня себя во всëм, что произошло. Не следовало ему идти "отдохнуть"...

***

-Ликси, может мне остаться дома? - с тревогой спросил Чанбин. Весь день на сердце не спокойно, после вчерашнего. -Нет, иди на работу, - улыбнувшись самой милой улыбкой на свете, он провожал его до самой двери. Сегодня всë утро Феликс ходил попятам за старшим, постоянно обнимая его и не уставая улыбался. Всë это было слишком странно. -Ладно, я всë равно уже на пороге, - хмыкнув, Чанбин уже собирался выходить из квартиры, как его руку схватили. -Давай обнимемся на последок, - расположив руки в разные стороны, он смотрел прямо в глаза Чанбина. -Конечно, - с радостью согласившись, они слились в самых тëплых объятиях, которые только могут быть. -Я люблю тебя, Бинни, - без всякого стеснения заявил он, смотря на уже любимое лицо. -И я люблю тебя, Ликси, - поцеловав лоб парня, они помахали друг другу, когда старший закрывал дверь. Послышался звук ключей. Идя в комнату, он решил оставить напоминание о себе. Взяв лист и ручку, он начал что-то писать, при этом улыбаясь. Оставив записку на своей кровати, он ушëл на кухню, беря в руки острый предмет немаленького размера. Вернувшись обратно, Феликс ещë раз оглядел комнату. Ему было тепло на душе. Всë то время, которое было проведено вместе с Чанбином - было по-настоящему драгоценно для него. -Спасибо тебе за всë, Бинни, - это было последнее, что сказал Ликс. Проводя лезвием по вене, перед его глазами стало всë моргать и начали вспоминаться не родители, не его бывшие друзья и даже не его бывший. Ему вспомнился только улыбающийся Чанбин, что как всегда дарил ему тëплые объятия. Он - самое ценное что было у него. Вот оно... Раньше он ничего не имел и не мог представить себе что-то, что он полюбит настолько сильно, что будет думать об этом даже в последние минуты. А теперь это у него есть. Он благодарил судьбу, что она подарила ему Чанбина. Он благодарил Чанбин, которого смог полюбить, и который полюбил его. Он благодарил себя, что нашëл такого человека. Но ведь не всë длится вечно. А жизнь тем более. С улыбкой на лице он упал, видя перед собой его любимые глаза и улыбку, со звонким: "Ликси, я люблю тебя!" А дальше темнота. Никакого света и никаких звуков. Остался лишь покой, что раньше был чем-то недостижимым для него. Больше он не увидит улыбки, которую был готов дарить ему Чанбин в любое время. Входная дверь закрылась. Чанбин уже вернулся домой, сразу идя в комнату проверить, как там Феликс. Заходил он с улыбкой на лице. -Солнышко, я вернулся. Что бы ты хотел на уж... - он замер. Увидев страшную картину, он не поверил своим глазам. Феликс лежал на полу рядом с лужей крови и валявшимся неподалëку ножом, на котором она тоже была. Не поверив своим глазам, он бросился к Феликсу, сразу же проверяя пульс. Его не было. Он мëртв. Слеза упала на холодную щëку. Заметив лист бумаги, он взял его в руки, начиная судорожно читать его: “Бинни, привет. Ты уже вернулся с работы? Поужинай. О, не беспокойся, я покушал. Знаешь, ты удивил меня. Когда я раньше встречал таких же людей как ты, то верил в них, но потом они показывали своë истинное лицо, а ты и правда желал мне только добра. Все отвернулись от меня, но не ты. Я хочу чтобы ты перестал мучать себя, поэтому расскажу кратко. Той ночью я уходил в клуб выпить, но встретил там Хëнджина, что наговорил мне то, от чего всë это. У тебя точно возникал вопрос, откуда все наркотики. В клубе была девушка, которая продавала еë, и я купил это после того, как Хëнджин ушëл. Вот и всë. Я правда не хотел, но... я слабак, который ни с чем не справился. Я очень люблю тебя и желаю тебе такого будущего, которого ты заслужил - светлого и полной любви. Пока.

Твой Ликси”

А дальше всë было как в тумане. Скорая, больница, страшные слова с соболезнованием, и уход домой. Он не мог поверить в то, что его единственной радости в жизни больше не было. Терять всегда трудно, но смириться с этим ещë сложнее. Теперь его дни были одинаковыми, и абсолютно ничем не различны: дом, работа, психолог, дом. Ему много советовали, но ничего не помогало. Так пролетели последние три года. Так и не расставшись с утратой, он решил сходить на могилу к его любимому в последний раз. Приехав на кладбище, он привëз цветы, которые положил рядом с могилой и стоя у надгробия стал говорить. -Ликси, я очень люблю тебя. Мне тебя так не хватает... Простишь ли ты меня, если мы встретимся? - он улыбнулся. - Скоро увидимся солнышко, - помахав рукой, он ушëл с кладбища. Он уехал домой за одним очень нужным сейчас предметом. Забрав его, он в последний раз заглянул в комнату, где жил Ликс. Всë напоминало о нëм. Уйдя из дома, Чанбин пошëл в здание, которое недавно нашëл. Зайдя в заброшку, он поднялся на пятый этаж. Это был просто недостроенный дом, про который уже все забыли. В него он принëс всë необходимое. Встав на стул, Чанбин повесил верëвку на крюк прикреплëнный к стене. Сделав петлю и просунув в неë голову, он откинул ногой стул, на котором стоял. Ему было без разницы, что будет происходить дальше, он просто хотел встретиться с тем, кто дал ему всë, когда у самого ничего не было. Было больно, но вскоре боль ушла, оставляя только висеть его на верëвке. Теперь они точно всегда будут вместе.

~The End~