Девушка на пароходе

Оживленные, преимущественно басовые голоса вдалеке перекликаются между собой. Розовое платье пикантно развивается на ветру, каблуки вязнут в песке, дорожная сумка трясется в руках. О чем она только думала? Но даже в таком виде девушка по-волшебному грациозно добегает до ступенек и взлетает по ним. И тут снисходит озарение: голоса разговаривают не оживленно, а грубо и сердито. Как только ее стройные ножки останавливаются у пропускной стойки, десятки взглядов устремляются на нее. — Вы Лолита Альбертсон? — Конечно! Вот паспорт. Ну смотрите, смотрите же, какая я в нем очаровашка! — ее непозволительно детская громкость и наивность приковывали внимание и вызывали усмешку. — Что, не верите? Сейчас-сейчас… — девушка внимательно разглядывает свою фотографию и пытается состроить такую же серьезную мордашку. — Я верю вам, дамочка, не утруждайте себя. Проходите на пароход и наслаждайтесь поездкой. — Фи, «дамочка»! Я тебе еще покажу, кто тут дамочка! — фыркает Лолита и цокает каблучками прямиком на судно. Кажется, красотка сама не ожидает, что придется совершить вынужденную остановку. Она врезается капитану прямо в грудь. Подняв свои большие голубые глаза она презрительно глядит на него. — А чего это вы тут расхаживаете? А что, корабль не плывет? И где это видано — чтобы капитан разгуливал, пока бедненькая, несчастненькая лодочка сама барахтается на воде! — О господи, что ты за ребенок! Наблюдаю уже за тобой минут пять, да еще издалека тебя заметил, думаю, «вот дуреха», а потом понимаю вдруг — последняя! — Да вы что себе позволяете?! Хам! Ни «здрасьте», ни «позвольте пригласить на чай», как уже тыкает! — Ну, простите уж, — капитан и правда раскаивается. Он обязан соблюдать субординацию. — Просто очень уж захотелось взглянуть на особу, смеющую задерживать отправление на десять минут. — Ладно, вы… — Девушка вчитывается в бейдж. — Бертольд, вы тоже простите. Наверное. Лолита разворачивается и уходит прочь, делая вид, что безумно заинтересована морским пейзажем, к слову, еще ни капли не изменившимся. — Женщины, они такие… Женщины!

***

Девушка успешно заселилась в свой номер. Ее одежда хаотично разбросана по кровати. Интересно, как она будет собирать ее завтра, когда они зайдут в порт местоназначения?.. Добираться-то всего день. Было принято разумное решение все-таки сменить каблуки на удобные кеды. Прекрасное лицо слегка поблескивало кремом от загара, голубые глаза спрятались за изящными солнцезащитными очками.       Сейчас Лолита обхаживает палубу, любуется видами и представляет себя на «Титанике». Правда, пароходик небольшой, тут кают пятьдесят от силы наберется. Примечательно, что большая часть из пассажиров — мужчины. К счастию, или к сожалению, это еще только предстоит узнать… Господи, какие виды! Какие живописные виды! Лолита мигом с мысли о мужчинах перескакивает на красоту природы. Воды, отражающие в себе синее небо выглядят величественно. Редкие, сокрытые туманом зеленые берега разбавляют синий колорит неба и океана. Девчушка ловко перескакивает с места на место, цепко хватаясь за ограждения. Водяная глубь, бороздящаяся быстрым пароходом, невольно приковывала внимание. Лолита стоит на самом краю, и надо же: совсем не боится! Поражает это сочетание отважности и легкомысленности. Ее туловище уже чуть ли за борт не вываливается, а она все любуется. Руки расставляются пошире, как одна резко соскальзывает. С губ срывается крик, и вот Лолита уже стремительно летит вниз, как вдруг… Как вдруг ее хватают сильные руки Бертольда. — Вы что творите! — Я спасаю вас, уважаемая! Даже сейчас это признать не хотите. — Простите, — Девушка встает на ноги и выдает четко и резко. — Простите за то, что нахамила вам. — О, не смущайте меня. кажется, я тоже должен извиниться перед вами. Мое судно и правда крохотное, поэтому я стараюсь держать хорошие отношения со своими пассажирами. — Ха, Бертольд, вы такой душка! — Лолита мило смеется. — Надо же, вы запомнили мое имя? Обычно оно сложно в произношении. — У вас немецкие корни? Мы ведь как раз плывем в Германию. — Верно. Более того, я родился и вырос в портовом городе, как раз в том, куда мы сейчас направляемся. — Надо же, какое совпадение! Наверное, вам не терпится увидеться с семьей? — Да нет у меня никого, — мужчина замолкает и смотрит вдаль. — Жена погибла год назад, детей мы иметь не могли. — Ох. Я сочувствую вам. Это неутешное горе, я чувствую его. И я вас понимаю, ведь… — от живучести Лолиты не осталось и следа. — Ведь я направляюсь к смертельно больной матушке. — Лолита! — в глазах капитана мелькает грустное удивление. — Как же так… Вы столь юны, и неужели вам совсем не страшно остаться одной? — Страшно, Бертольд. — она смотрит наполняющимися слезами глазами. — Я не знаю, что буду делать дальше. Мне только недавно исполнилось двадцать, и судьба уже решила меня покарать. У меня совсем ничего нет. И никого… — Деточка, не плачь, только не плачь! — Он сам не замечает, как вновь переходит на «ты». — Лола, ты еще так молода, ты обязательно найдешь свою судьбу! — Бертольд, вы тоже, тоже! — она открывает глаза и смотрит на него. Они вместе тихо смеются. — А знаете что? Давайте… Давай мы будем вместе! Я чувствую родство в наших душах… Мужчина отпрянул. Его лицо стало угрюмым: на зеленые глаза надвинулись темные густые брови, смуглая кожа побагровела. — Лолита, успокойся. Наша разлука случится уже завтра, и больше ты меня никогда не вспомнишь. — Капитан разворачивается и медленно уходит. Девушка хочет кинуться за ним, но она как будто приклеилась к полу. Руки тянутся к меркнущему в сумерках силуэту и ничего не могут сделать. Она осталась одна. Снова. «никогда не вспомнишь»… От этого хочется выть. Лола уходит в каюту, вся истерзанная мыслями. Может, это очередное мимолетное увлечение?..