– Давай начнём всё сначала?

Смотря на вид из панорамных окон можно было увидеть прекраснейший ночной город, на небе которого весел месяц, накрывая весь городок своим светом, что веял холодом и теплом одновременно. Малость окошек в других домах по-прежнему горели, отчего было ещё красивее, словно в сказку попал, где в мини-городках обитают феи из Диснеевских историй. Звёзды на Поднебесье ярко светили, отдавая золотистым оттенком. Их было не сосчитать, но одинокому человеку будет чем заняться. Этой ночью все спят сладким сном, лёжа на мягкой постели, видя уже десятое, а то и сотое сновидения. Лишь двое влюбленных приятелей, а именно Джон и Линч, сидели на диване в неловкой тишине, что понемногу превращалась в давящую на уши. А всё потому что каждый из них думал о своём, нервно хрустя пальцами. В последнее время эти двое часто ссорились или ругались. Причина всему: неправильно поставленная вещь, немытая посуда, тупые шутки и тому подобное. В основном они ругались только из-за ерунды, в то время, как этого совсем не хотелось. Думать о подобном было неприятно, а ещё становилось досаднее от осознания, что их отношения понемногу накаляются. Но на днях произошла ситуация, которая сбила с толку журналиста, а именно: когда он убирал какие-то важные бумаги писателя, дабы найти свои документы, Джон будто с цепи сорвался, и сильно нагрубил возлюбленному. После этого они не общались и не виделись пару дней. А всё из-за этой ругани. Им было до невозможности стыдно, потому что это так по-детски дуться и ссориться по мелочам. Они наоборот должны поддерживать один одного, помогать, нежно целовать и прощать, что в первые полгода и было. Но сейчас всё будто изменилось. Джон стал более агрессивным, а журналист по отношению к нему словно отдалился и похолодел. Конечно это было не всегда, а лишь в какой-то момент. А всё потому что в данный момент ему не хотелось видеть ни его, и ни всех остальных, с которыми не было желания даже разговаривать и общаться. Так сказать, села социальная батарейка. Хотя Линч и до этого был не очень общительным, он скорее мизантропчем интроверт, но всё-таки он старается общаться со своими родными, и также очкариком, с которым уже долгое время в отношениях. В этот теплый день парни спустя пять дней разлуки собрались дома у писателя, дабы провести время вместе. Посмотреть фильмы, пообщаться, почитать письма подписчиков, покушать попкорна и каких-то сладостей. Но кажется, всё пошло слегка не по плану. Во время подготовки Линч ходил то задумчивый, то обиженный на что-то. Когда же голубоглазый хотел его обнять, то он отвечал на это как-то неохотно. Писатель же сильно удивился этому, и даже в какой-то степени подумал что брюнет такой из-за него. Возможно он до сих пор обижен на него, хотя шатен уже раз сто извинился. Однако, на все вопросы журналист отвечал такими фразами как: «всё нормально », «поверь, ничего не случилось», и «я просто не выспался ». Джон уж слишком хорошо знает своего парня, и тот очевидно врёт, хотя так тщательно отрицает. В какой-то момент хлопцы вроде разговорились как в старые добрые времена, обсуждали их приключения, время проведенное вместе, и мистику, с которой уже долгое время не сталкивались. Также зацепили тему про какие-то статьи и письма от подписчиков, где на почте накопилось уже тонна с различными историями и просьбами. Но журналист не спешит помогать кому-то, да и из дома он еле как вышел, точнее сказать, Джон его вытащил развеяться. А все потому что на улице сегодня прекрасная погода, Линч может вызвать себя такси и поехать в гости к любимому, поэтому младший и решил списаться с журналистом, чтобы извиняться, ну и естественно позвать провести время вместе. Уже в момент когда они собрались и всё было готово, эти двое уселись на диван и решили выбрать сериал. На удивление Джон захотел посмотреть «Netflix», как так Лили говорила что фильмы и сериалы там крутые, и потому они выбрали три сериала на выбор: «Академия Амбрелла», «Очень странные дела», и «Мгла». Первый по названию Линчу почему-то не понравился, последний очень напоминал их приключения и поэтому остался второй вариант. Уже при просмотре Егор молча ел попкорн и даже и не разговаривал, а Джон иногда обнимал его, но тот в свою очередь просто игнорировал всё, даже не отвечая на это. Последней каплей стало то, что после первой серии очкарик захотел нежно чмокнуть зеленоглазого, однако он почему-то неуверенно отстранился и отвёл взгляд в сторону, даже не желая смотреть на шатена. – Линч... Ты чего? – абсолютно спокойно спросил шатен, устремив взгляд на того. – ты на меня обижаешься? Ну блин, приятель, извини. Хоть они и в отношениях, но к друг другу обращаются как раньше. Это в таком роде их привычка/традиция. – Джон, я не обижаюсь, всё нормально, просто... Давай пока без этого? – как-то серьезно выдал темноволосый, неловко почесав затылок. – Почему? На это есть какая-то причина? – немного нахмурив брови, удивлённо проговорил он. – Это сложно объяснить. – промямлил брюнет и отодвинулся от «друга», виновато отводя взгляд. – Ну так объясни коротко и понятно. Что ты имеешь в виду? – с ноткой злости спросил голубоглазый, смотря на любимого в недопонимании. На эти слова Линч молчал как партизан, ему было тяжко что-то сказать Джону, да ещё и так, чтобы не обидеть. Ведь во время просмотра фильма он понял, что им нужен небольшой перерыв в отношениях, пауза, запятая, нужно отдохнуть от всего, но как на это отреагирует писатель? – Линч, не молчи, пожалуйста. – уже с волнением переспросил парнишка. На душе в этот момент почему-то было страшно, будто сейчас что-то случится. – Прежде чем ты это услышишь, я хочу кое-что сказать... В общем, в последнее время наши взаимоотношения изменились, мне кажется мы начали отдаляться друг от друга, – начал тянуть зеленоглазый, поправив свою чёлку. – Джон, я думаю нам нужен перерыв... Мне нужно подумать насчёт всего. Этими словами журналист уничтожил писателя. Убил его эмоции, которые словно маленькие звёзды на небе потухли. Заставил невыносимо страдать и ощущать горечь за считанные секунды. На душе стало так паршиво, так неприятно, будто он сейчас разрыдается как маленький ребёнок у которого забрали игрушку. Хотелось убежать куда-то, спрятаться от всего мира, забиться в угол и умереть, только лишь не чувствовать этой боли. Как бы Линч не хотел, – он все равно его ранил. Ранил того, кого очень любит, но если так продолжится, неизвестно чем закончатся их отношения. Перед тем как вернутся в сознание, Джон услышал копошение и хлопок входной двери, что полностью вывел его из раздумий. Журналист ушёл. Теперь он только один... Стоит ли оно того? Никак нет. Теперь ближайшее время его голова будет забита только этим диалогом.

* * *

О чём-то думать уже поздно, когда ты сказал самые больные слова любимому человеку. Теперь его сердце ранено, расколото на несколько сотен частей, а как нам известно, осколки уже невозможно склеить... Глаза красные от горьких слёз осознания. Осознания того, что ты больше не поцелуешь его когда захочешь. Не сможешь обнять, лежачи на кровати. Зарыться руками в чёрные кудряшки также не получится, потому что этого человека уже нет рядом. Нет-нет, журналист не умер. Он всего-то уехал домой после разговора с писателем, даже не сказав никому об этом. Хотя, для Джона это «всего-то» кажется мизерной частью всех его чувств. Да даже слова такого нет, чтобы описать всю его горечь и боль, что накопилась за это время. Голубоглазый не был зол на Егора, а даже наоборот, его душа невыносимо болела от тоски и горечи, что будто поедала его с каждой минутой проведенной в одиночестве. Его телефон был отключен уже как две недели, а то и больше. Все кто пытался дозвониться или написать смс оставались безответными. Да голубоглазый парень даже и переживал на этот счёт, нынче ему абсолютно плевать на всё и на всех. Ведь никто не заменит ему брюнета, его журналиста, чьи зелёные глаза сияют словно два изумруда с оттенком Александрита. После их разговора Джон страдал. Много и невозможно. Всё своё горе он запивал алкоголем, который купил в самом ближайшем магазине, а сигареты помогали справиться со стрессом. Нет, Джон не из пьющих, и считай последний раз алкоголь он пил в том самом аэропорту, а после даже и не прикасался к слабоалкогольным напиткам. Та же фигня и с никотином, только вот он курит впервые, при этом злоупотребляя этим. С того переломного момента прошло много времени, и достаточно, чтобы забить на себя и свои потребности. У парня ухудшилось физическое состояние, под голубыми глазами, что сверкали раньше словно звёзды, появились темные круги, а сами они потускнели. Вишневые губы поменяли оттенок, стали более бледными и покусанными. Да и сам парень стал более бледным, при этом напоминая призрака. Конечно, курить и пить на протяжении недели плохая идея, тем более и не есть нормальную пищу. К счастью что хоть алкогольные напитки закончились ещё в первые три дня, а квартира Джона не превратилась в мусорку, разве что только пропиталась этим запахом никотина. Каждое утро он просыпался от головной боли и жажды, что мучила на протяжении всего времени. В такие моменты жить становилось невыносимо, но Джон не какой-то там баран, что задумывается о смерти, жизнь для него дороже. Хотя он сам стал походить на ходячую смерть... Но был ещё один момент который пугал его до усрачки, где ему снится один и тот же кошмар, в коротком Линч бросает его и уходит, оставив парня на произвол судьбы. При пробуждении он ещё некоторое время приходит в себя, а после вновь выкуривает десять сигарет за час. Блевать хотелось от самого себя. От того какой ты жалкий и ничтожный, а всё из-за чёртовой привязанности и любви к журналисту, ведь он нужен шатену как кислород, без которого невозможно дышать. Только брюнет был его смыслом, его жизнью, а теперь Джон винит только себя во всём. Нужно было аккуратнее относиться к нему, стараться не впадать в агрессию после каждой мелочи. Это так больно. Зайдя на балкон, Джон в очередной раз достаёт пачку сигарет, поджигает одну из них и вдыхает ненавистный дым, что быстро проникал в лёгкие и кормил их. Пока он наслаждался уходящим стрессом, резко в его входящую дверь постучались, так неуверенно и беспокойно одновременно. Писатель с абсолютным хладнокровием пропустил это мимо ушей, потому что гостям в его квартире точно не рады, и продолжил зацикливать своё внимание на тлеющей сигарете. Казалось бы, стук прекратился, и Джон даже подумал о том, что ему померещилось, однако дверь в мгновение с треском открывается, нет, скорее вылетает и слетает с петлей, и на пороге появляется журналист. Вид у того был ничем не лучше: такие же большие мешки под глазами, взъерошенные волосы и помятая одежда. Брюнет нахмурив брови заходит внутрь квартиры, при этом кашляя от дыма. Он быстро проходит в комнату где находится балкон, и как только его взор падает на курящего парня застывает на месте, разглядывая его с ног до головы. – твою мать, Джон... – с неким сожалением произнёс брюнет, и кинулся к другу, резко обняв его со спины, – прости меня, прости... Джон, прошу, извини... – дрожащим голосом проговорил парень, ещё сильнее сдавливая того в объятиях. Кажется писатель очнулся только в этот момент. Раковая палочка выпадает из пальцев на холодный кафель, мгновенно потухая. А писатель с неверием остолбенел, боясь сказать даже слово. Ему же это сейчас снится? – Джон, приятель...прошу, скажи хоть что-то. – говорит зеленоглазый, отстраняясь от младшего. – Линч, это ты? – хриплым голосом спрашивает парень, пугаясь собственного голоса, которого он не слышал уже очень давно. – как...как ты здесь оказался? – Ты не отвечал на звонки, ни на мои, не на Лили. В сети ты не был больше недели, и мы... Я очень перепугался, поэтому и поехал к тебе, – испугано твердил паренёк, пока голубоглазый смотря на него чувствовал собственное ускоренное сердцебиение, – Джон, извини меня, я полнейший придурок... Я хотел всего лишь разобраться в себе, пожить некоторый час в одиночестве, побыть сам на сам со своими мыслями, но спустя неделю стало невыносимо... Я начал понимать что мне не хватает тебя, не хватает объятый, поцелуев, разговоров по душам, наших совместных посиделок и тому подобное. Тогда я не обдумал сказанные слова, и не понял насколько ранил тебя, насколько задел твои чувства. Прошу, Джон, прости меня... Я клянусь всем что у меня есть, что буду ценить каждое мгновение проведённое вместе... – продолжал утверждать темноволосый, пока младший расплывался в теплой улыбке. – Линч, всё в порядке, я не обижаюсь на тебя, у тебя были причины. – промямлил паренёк, затянув старшего в обнимашки. Журналист на секунду замешкался, а после с облегчением выдохнул, взаимно ответив на охват. Сейчас два сердца бьются в унисон, чувствуя родное тепло и любовь, что с новой искрой загорелась внутри, заставляя парней полюбить друг друга снова ещё сильнее. – начнём всё с начала? С чистого листа. – резко выдал старший, смотря тёплым взглядом на приятеля. – Я согласен. – даже не задумываясь ответил писатель, расплываясь в ещё большей ухмылке, что обозначала «радость». – а начнём с того, что нужно проветрить квартиру, немного убраться в ней и купить средства от курения,– нахмурив брови, проговорил журналист в своей привычной манере, – а потом можно и на задание поехать, я как дома был, посмотрел почту и нашёл интересное дело для нас. – с улыбкой выдал он и приблизился к чужим губам, нежно накрывая их своими. Сегодня в этой квартире горит любовь, а не очередная тлеющая сигарета.