— Здравствуйте, что будете заказывать?

Звонок колокольчика сообщает о прибытии очередного клиента. Дазай сморит на время в телефоне — неудивительно — сейчас сюда повалит толпа студентов-архитекторов из вуза напротив, у которых как раз закончились пары. Осаму мысленно приготовился ко «времени страданий», всё ещё продолжая надеяться на сменщицу, которая, кажется, пока что не планировала приступать к работе. — Дазай, прими клиента, а, — кидает Йосано, продолжая разговаривать по телефону и удаляясь, судя по всему, в служебную комнату. Дазай закатывает глаза, откладывая конспект (всё-таки сессия на носу) в сторону и поднимается, желая бросить привычное: «Здравствуйте, что будете заказывать?», но обрывается на полуслове. Перед ним стоит бог. Блядский бог стоит перед ним, без особого интереса смотря на вкладку на своём смартфоне. Его рыжие пряди обрамляют бледное лицо, а рассыпчатые звёзды-веснушки чаруют, заставляя любоваться каждой по отдельности. Очаровательный нос и чуть припухлые губы прикрывают к себе взгляд. Дазай замирает в полуприседе. Так называемый «бог» поднимает голову и вопросительно изгибает бровь, удивлённый немотой сотрудника. Взор голубых глаз впивается в мигом подобравшегося парня. Дазай икает. — Э-э, — неуверенно произносит клиент, оценивая стоящего напротив, — Мне средний капучино, с сахаром без сиропа, пожалуйста. Осаму виснет ещё около пятнадцати секунд, прежде чем выдавить простое: — Ваше имя, пожалуйста, — и голос предательски дрожит. — Чуя. Дазай всё равно мысленно окрестил его богом. Клиент отходит к одиночному столику (значит, мысленно подмечает Осаму, никого не ждёт) у окна и, судя по всему, открывает конспект. Всё-таки сессия подкрадывается не только к несчастному Осаму. С минуту пялившись на парня, он отвлекается только на вернувшуюся Йосано, которая одним своим видом напоминает о работе. Так, что там было-то? Капучино без сахара с сиропом? Осаму во время совершения заказа откровенно пялился на посетителя, а в уши видимо пели ангелы любви, раз он ничего не услышал. Наливая напиток в стаканчик, бариста всё-таки вспоминает, что капучино с сахаром, а не с сиропом, ведь он не уточнял, какой вкус должен быть у сиропа, а значит нужен только сахар. Всего на секунду бросив взгляд к столику у окна, Дазай задержался там навечно. Рыжеволосый парень заправлял свои наверняка мягкие на ощупь волосы за ухо, сосредоточенно водя глазами по строчкам. Осаму насыпал сахар. Чуя перекатывал в пальцах ручку. В помещении до сих пор не было ни единого посетителя, но Дазай всё равно крикнул: — Кофе для Чуи готов. Тяжёлые ботинки грузно прошлись по паркету, а тонкая рука перехватила стаканчик. — Спасибо. Дазай буквально наблюдает за тем, как уже любовь всей его жизни отходит обратно к своему столику, делает глоток и… корчит странную рожу. «Должно быть это какое-то специфическое выражение удовольствия», — Осаму уверен в этом, ведь капучино у него всегда получается отменно. Чуя зачем-то ещё раз благодарит за кофе и спешит ретироваться из кофейни, оставляя Дазая смотреть ему вслед с глупой улыбкой на лице. Йосано, вытирающая столик неподалёку, почти что шипит в трубку: — Погоди, мне щас показалось или Осаму серьёзно добавил клиенту в капучино… десять ложек сахара?.. *** Удивительно, но Чуя приходит снова, проигнорировав Йосано, пытающуюся скрыть смешок, и её громкий оклик: «Дазай, твой клиент пришёл!» Осаму, до этого момента словно спящий под стойкой (а так оно и было), моментально вскакивает, нехило приложившись головой о несчастную деревяшку и заскулив. Время сдерживать смех настало уже у Чуи. — Капучино без сиропа с двумя ложками сахара на имя Чуя? — преувеличенно бодро уточняет Дазай, потирая голову и игнорируя хохочущую Йосано. — Да. С двумя, — уточняет рыжеволосый парень, сверкнув глазами в сторону бариста. И Дазай действительно кладёт две ложки. Соли. И, высунув язык, старательно выводит рядом с именем маленького котика. Чуя, очарованный милым рисунком, терпит добрые два глотка этого массива. — Дазай? — кричит озадаченная Акико поздно вечером, — Что тут делает соль? Так ведь и перепутать можно. Осаму, накидывая на себя пальто, высокомерно приподнимает бровь: — Возможно такой непрофессионал как ты и перепутает, но я-то точно нет. *** Все последующие дни Чуя словно специально пытается попасть именно на смену Йосано, что не может не расстраивать Дазая. Он расталкивает сменщицу, спеша первым обслужить рыжеволосого клиента и оставляя ей всех остальных. Акико и не сопротивляется, она уже давно сводит этого неумелого бариста и мазохиста, что раз за разом пробует его кофе и приходит снова. Нет, вы не подумайте, Осаму просто замечательно делает своё дело. Просто не в присутствии рыжего божества, при виде которого у него всё валится из рук, а сахар превращается соль. А ведь он даже не догадывается о качестве своих напитков, недоумённо косясь на смеющуюся Йосано. Однако сегодня всё на удивление идёт гладко. Настолько гладко, что Осаму даже решает сам, в качестве исключения, отнести Чуе его напиток. И всё-таки неудачи поджидают бариста на каждом шагу — уже на подходе к заветному столику, он цепляется за плечо какой-то посетительницы и последнее, что успевает увидеть, это округлившиеся голубые глаза и стаканчик, выпадающий из рук… Все взгляды направлены на них. Осаму почти что готов заплакать. Он только что облил любовь всей своей жизни с ног до головы. Пробормотав смутные извинения, Дазай пообещал сварить новый кофе, но по возвращении обратно обнаружил, что место уже пустует. Оно и неудивительно. Весь оставшийся день бариста проводит за стойкой, глупо вертя в руках стаканчик. А ведь он написал на нём свой номер, на случай если Чуя тоже заинтересуется им. Теперь же всё казалось глупой идеей, ошибкой. Осаму уронил голову на локти, выкинув кусок картона в мусорник. Йосано протирала столики, сочувствующе смотря на коллегу. Вздохнув, девушка подходит к тому самому злосчастному месту у окна, и взгляд падает на маленький клочок бумаги. Акико улыбается, разглядывая маленькие буковки, выведенные, очевидно, предметом воздыхания Осаму. — Дазай, иди протри последний столик. Намного времени спустя где-то из-под стойки доносится приглушенное: — Сама довытирай. Я к этому столу больше в жизни не приближусь. — Дазай, мне очень срочно, — с этими словами Акико скрывается в комнате для персонала. Осаму ненавидит свою сменщицу. Знает же, насколько неприятно ему вспоминать о сегодняшнем дне. Уныло подойдя к столу, бариста уже хочет провести по нему тряпкой, как вдруг натыкается на записку. Маленький аккуратный почерк гласит: «Я схожу с тобой на свидание. Только, пожалуйста, больше никогда не делай мне кофе. Чуя» И номер. За дверью Йосано слышит восторженный крик и следом озадаченное «И чем ему мой кофе не понравился?..». Акико уже хочет уволиться.