клубника в шоколаде.

Крыша ехала от парней, начинающих страдать по девчонкам все ближе к дню-Х, постоянно ноющих, что они одиноки и что никто не подарит им шоколад, а ещё хуже было то, что они ныли ей, наверное, надеясь на её внимание. Единственное внимание, которое она могла им оказать, это пнуть ногой по яйцам и послать нахуй из своего глубочайшего уважения. Гвоздь в крышку её гроба забивал Румери, кажется, обнаглевший окончательно от её неосторожно кинутого 'да хоть выеби меня', хотя они и до этого вели себя друг с другом как-то по-тупому и иногда с этим юмором про еблю. Сука, но это же было только из-за того, что он сделал ахуенный мув, когда они с боссом сражались, и что рейтинг в алмазе её спас. Блять. Она уже устала писать гневные твиты и комменты на тему ДсВ. А теперь он думал, что это намеки на влюбленность, конец we just friends, так называемое френдс ту лаверс, и его новый уровень: флирт [ огромными толстыми буквами, светящееся неоновым обязательно слащаво-розового цвета, прям как мир через ублюдские очки Юно ], из-за которого на неё даже Котоко смотрела с сочувствием, блять, КОТОКО! Когда они только начинали переписываться, Фута и правда посчитала его крутым, но она никогда не планировала давать кому-то…ему… Блять, мир сошел с ума. Легче не становилось. Когда они вместо с Микото впервые встретились с парнями, с которыми она зависала обычно, то те в универе полетели подколы 'о боже, Каджи стала девушкой', 'познакомишь с подружкой? ' и прочее мерзотное дерьмо, с которого она начинала взрываться. Никто не упускал момента посмеяться над ней и их взаимодействием, либо же начать неуместно клеиться к Каяно с какими-то предложениями о прогулках или просто пялились, будто бы впервые видели женщину. Микото на это не реагировала особо яростно, лишь отшучивалась. Блять, да Фута даже не знала, предпочитает ли она встречаться с парнями или девушками, предпочитает ли она вообще с кем-то встречаться… Микото не интересовала её! Просто блять! Её всегда спрашивали об этом! Иногда она чувствовала себя ужасно утомленной от их дружбы из-за излишнего внимания к мелькающей во многих учебных проектах девушки, но она не жалуется, не подумайте. Телефон пиликнул о приходящих сообщениях, и она лениво открыла личку. Захотелось сразу же стукнуться лбом о столешницу пару раз от ужасающего содержания сообщений. От Румери ' эй, каджи, пойдем 14го в тц? ' — и от Юно ' Фута~ ты нужна Микото 14го! ' Четырнадцатое февраля стал самым пугающим её событием после непрекращающегося флирта от Румери. С того момента, как в её круг общения вошли Махиру и Юно, упоминавшие этот ебливый день даже чаще, чем парни, [ при каждой встрече ], мысли о том чтобы провести его… Прости господи, стыдно подумать и признать, с Микото, после того как они буквально стали подружками. Микото без остановки жила в её голове. Блять, просто… Даже если она играла с кем-то, то в перерывах проверяла личку на сообщения от неё или её посты в твиттере. Может быть, это было оттого, что Микото просто была… удобной и доставучей, но Фута правда привыкла к ней за те несколько месяцев их общения. Она писала ей, приносила обед, смотрела с ней аниме/сериалы/фильмы, звала её гулять и по магазинам и впихнула себя в чужую жизнь. … В общем, приоритеты были очевидны, не так ли? План на четырнадцатое, с самым первым пунктом: 0.0 терпеть сообщения с обидками из-за разрушенного хрупкого мужского эго от Румери. Юно смеется, записывая ей голосовое, и просто просит поучаствовать в расслаблении её подружки от учебы и грусти в одиночестве, при учете того, что сами Юно и Котоко, обычно проводящие с ней свободное время, будут заняты: первая свиданием, вторая на смене. В конце её чуть ли не оглушает звук проезжающего поезда, и она не сдерживает раздражения, откидывая телефон. Когда она снова его берет, то видит там: ' ты не планируешь готовить шоколад для Микото? ' c ублюдским умилительным смайликом, и далее язвительным ' хотя, не знаю, можно ли тебе это доверить… p.s. без шоколада даже не появляйся ' Вопрос о покупке или готовке шоколада встает перед ней, смущая. Она не настолько уверена, что приготовит его даже с набора, так что проще было бы купить… Был вопрос ещё и со вкусом шоколада, но, наверное, Каяно оценит любой. На секунду в голове мелькнула идея спросить Махиру, но она тут же решила, что лучше умрет, чем спросит это у неё. У той они с Микото и так чуть ли не тайные возлюбленные, ужас просто… Словно читая мысли, в дополнение к просьбе Юно присылает ей рекомендации по кондитерским, уточняя о непривередливости во вкусах. Добавила в конце, как самое важное: ' покупай в форме сердечка <зз ' — тьфу, блять. Она ей даже не отвечает, мстительно закрывая личку. С утра тринадцатого Фута надевает толстовку, в которой реже всего мелькает на людях, натягивает маску на лицо, прячет волосы под капюшоном и идет на метро, чтобы съездить в самый неприметный, что порекомендовала Кашики, уже имея предположение, что хотела бы взять. Она нерешительно застывает недалеко от магазина, глядя на девушек, идущих туда. Блять… Дожили. Двадцать лет никому ничего не покупала, а тут. Она решительно входит внутрь, сжимая в руках телефон. Взгляд скользит по различным коробочкам и шоколаду. А ещё по людям, и Фута нервно сглатывает, встречая взгляд консультанта. Девушки в школьной форме, хихикающие и шепчущиеся взрослые женщины, уже знающие, что хотят взять, вопрос ' Чем я могу вам помочь? '. Нервно отказываясь, Фута проходит мимо девчонок, обсуждающих подробности любви, и на ' Сенпай не любит горький шоколад! ' она кривится, застывая над набором с розовыми шоколадками в форме сердечек и разрывается от желания купить что-то первое попавшееся. Блять, почему всех так привлекают ублюдские сердечки? Она покупает плитку шоколада с матчей, украшенную цветами и ягодами, чтобы не было так позорно, с раздражением разглядывая упаковку. Ну, сердечко, поздравление, не написано ' любимому ', так что сойдет. Почти две тысячи йен, но это не критично. У неё начинает дергаться глаз от того с какой частотой Юно написывает ей весь оставшийся день и даже ночь, скидывая какие-то селфи с Котоко и сообщения с текстом из разряда какой твой любимый цвет, чем планируешь заниматься, как она относится к Микото, какой её идеальный подарок… ' у тебя блять с котоко свидание? ТОГДА ЗАСОСИ ЕЁ И ПРЕКРАТИ МНЕ НАПИСЫВАТЬ ' — не выдерживает она, краснея от фотки белья с вопросом ' тебе нравится такое? <з '. Они ДАЖЕ не ебаные подружки! ЧС она жмет почти без сожаления, со стыдом заходя в твиттер. В твиттере у Микото не появляется ничего нового, кроме утреннего поста. Она задумчиво зависает над личкой, к вечеру поймав себя на том, что так ничего и не написала. Четырнадцатого с утра Румери присылает ей свое селфи со скрином из пиксельной херни, оказывая честь в поздравлении. ' умри ', — пишет она в ответ, взрываясь. Заебали. С кем она вообще разговаривает, когда выражает раздражение тупым сопливым праздником? Единственное, что лишает её раздражения, это Каяно в голубом платье с кружевной юбкой ниже колена, длинными рукавами и воротничком. У неё волосы собраты на затылке бантом, и это был настолько непривычный вид… Фута даже не очень хочет подходить к ней для приветствия — она, в своих широких джинсах и спортивной кофте смотрелась рядом крайне… лол, да у неё даже слов для этого нет. Микото замечает её сама. Она выглядит гораздо более сияющей, чем в любой другой день, сжимая в руках плитки шоколада, полученного от многочисленных приятельниц и кохаев в университете. Однако это не мешает ей обнять Каджияму, обволакивая запахом своего парфюма с запахом молочного чая. Та в целом никогда не смущалась её, даже если и выдавала комментарии со своими 'модными рекомендациями'. — Так и знала, что ты не станешь особо наряжаться, — смеется та, лукаво окидывая её взглядом. — Даже обидненько. И с торжеством и смущением протянула ей коробочку в оранжевой упаковке, изрисованную и обклеенную буквами из журналов и наклейками. У неё пропадает дар речи — блять… Чем она вообще— заслужила такие подарки? Та ведь определенно вложила в оформление много сил. — Я готовила сама, — Микото закусывает губу, не сводя с неё взгляда, изучая все оттенки растерянности на лице. Между ними повисает пауза, пока Фута в приступе отупения переводит взгляд с подарка на свою подругу. — Я пойму, если ты ничего не подготовила, тебе и не обязательно было!.. — производит свою трактовку девушка, неловко взмахивая руками. Фута сводит брови к переносице, раздраженно вздыхая, но не язвит в ответ, лишь неловко протягивая шоколад. Лицо при этом излишне горит, но она спасает себя, просто не поднимая взгляда, пока Микото не берет её за запястье, привлекая внимание. У неё с губ срывается задушенный вздох, но та ласково гладит её ладонь и принимает подарок. Шоу для прохожих, блять. А видела бы Махиру… — А-а! Эта так ценно… Фута, я даже подумать не могла… — она хочет снова её обнять, но боже, с неё хватит неловких лесбийских обжиманий, честное слово. Так что она упирается рукой в чужое плечо, сквозь обжигающий стыд выдавливая из себя: — Пошли уже, куда ты там хотела. Я устала— Она запинается, потому что Каяно кладет руку ей на талию. — …Устала терять тут с тобой время! ОТ—Отвали! Чужой смешливый взгляд она не видит, игнорируя приличие и просто увеличивая между ними расстояние. Некультурная идиотка… Сердце заходится в бешеном темпе, а в голове все плавится от взгляда на надпись на упаковке ' с любовью, Микото! <3 ' С любовью, блять… Вечером этого для она получает соо с номера Котоко, что сначала пугает её, а потом делает ей так плохо… ' наш с Котоко тебе подарок! вместо шоколада, хихи~ …убери из чс, не будь букой ' И… блядским изображением, которое станет причиной её смерти. Микото в одном бюстгальтере, смущенно глядящая в камеру со странным выражением лица в духе 'это только ради тебя', и выписанное под ключицами ' from: КотоЮно <з to: Фута Каджияма' Фута непроизвольно задерживает взгляд на чужом оголенном теле, скользя по плечам и груди, и по выписанным красным буквам, по ебучим ключицам и краснеющим щекам девушки, по прикушенной губе. Она откидывает телефон, вкладывая в гневное ' ВЫ ВООБЩЕ НОРМАЛЬНЫЕ?! ' все, что чувствует, с надеждой, что это может испепелить этих двух идиоток. С любовью. Блять, теперь любви даже слишком много в её жизни.