Маленький северный рай

- Дим, одно дело – вы с Кириллом, а совсем другое – мы с Игорем. Петя нервный, как все беременные омеги. Петя ненавидит свою «омежью» сущность, а еще токсикоз, который усиливается потому, что… - Игорь бесчувственный чурбан. Думает только о работе. Квартира полный сарай, а ничего трогать нельзя, все нужно в первозданном виде. И вообще, Игорь готов дневать и ночевать на работе, его интересуют только преступники. И я говорил, рано нам думать о ребенке. Но так получилось, цикл сбился к чертовой бабушке, совпало, течка началась раньше, и вот так… Петя поморщился: - В-общем, все хорошо, прекрасная мар… Ой. Петя отошел за кусты, благо, они гуляли в самой безлюдной части парка. Тут даже скамеек не было, только узкие тропки, полузаросшие и заброшенные, да густые кусты. И высоченные деревья. Дима остановил коляску, достал из сетки бутылку воды. - Понимаю, сам так же мучался. Все пройдет, Петь. Ты сам себя накручиваешь. - Тебе легко говорить, тебя Кир с самого начала ваших отношений на руках носил. Дима бережно погладил Петю по плечу. Ему совсем не обязательно знать, что в свое время, еще до диминой беременности Кирюша не был белым и пушистым. И когда они начали встречаться, Гречкин был просто нахальным, самовлюбленным мажором, привыкшим решать все проблемы с помощью папиных денег. Он не собирался ни учиться, ни работать, гулял до утра в ночных клубах. Но сам Дима принимал его таким, и не упрекал ни в чем. Просто они съехались. Стали жить вместе, и постепенно все пришло в норму, Кир завязал с дрифтом, в прошлыми компаниями. Повзрослел. Но у Игоря с Петей совсем другая жизнь. - Петь, - осторожно начал Дима, покачивая коляску со спящим Никитой, - не пытайся изменить Грома. Поверь, тебе надо получше к нему присмотреться. Он нежный, чуткий и очень любит тебя. Ты просто не замечал, какими глазами он смотрит на тебя. И ребенок не будет обузой, поверь. Тебе просто сейчас трудно. И потом будут свои трудности, в каждый период - свои. Но вы – семья, так что приходится мириться с недостатками любимого и не пытаться изменить его. Начни с себя. - Я уже и так, - Петя потрогал свой совсем еще плоский живот. - Игорь не знает нормальной семейной жизни. И Кир тоже не знал. Но время все расставит на места. Потом будешь удивляться, что так нервничал по пустякам. Ник недовольно заворочался в коляске. Спать ему было явно тесновато. - Кстати, ты уже встал на учет? - А не рано еще? Семь недель еще. - Самое то. Даже если не потянете платную клинику, не беда. Мы вон наблюдались в платной. Договоренность с врачом была, и что? Рожал, точнее, экстренно кесарили в обычном роддоме, дежурный врач, благо, не попал в праздники или выходные. Ох, прости, зря я тебя пугаю. - Да дело не в том, я уже и так пуганый, дальше некуда. А вот то, что два года назад я рехаб прошел, а до этого и нюхал, и все такое… - Петь, вспомни, сколько раз во время рейдов забирали детей у девиц, что на игле прочно сидят, или омег-наркоманов. Здоровых красивых детишек. А у тебя два года прошло, еще год впереди. Все будет хорошо. - Я когда-то Кирю твоего задерживал в клубе. Он же тоже… - Тоже. И рехаб прошел и другую клинику. И видишь, наркотой не увлекается. - Как у тебя все просто, Димка, - с отчаянием сказал Петя, которого снова начала мучить тошнота. - Не знаю, - пожал плечами омега, - я стараюсь не усложнять и тебе не советую. Мне тоже было очень страшно. Кир всю жизнь говорил, что не любит детей, что он вообще чайлдфри. А потом… - Знаю-знаю. В тиктоке ваш канал уйму просмотров набирает. - Игорь, он другой. Но он очень надежный. Очень. Я тебе говорю, как человек, который с ним работал немало. И поверь, он уже любит вашего кроху. Хотя тот сейчас совсем маленький, но у него уже бьется сердечко. Дима улыбнулся солнечно и ясно и бережно дотронулся до петиного живота. - А трудности были и будут, но вы вместе их преодолеете. Вдвоем. Точнее, уже втроем. И ремонт успеете сделать, там не так уж плохо всё. А мы вам эту коляску отдадим, к тому времени, как тебе рожать, Ник из нее вырастет. И манеж, и кучу всего. Конверт на выписку и для прогулок, зимний комбез. Дети быстро растут. Наверху, в ветвях чирикали воробьи. - Петь да улыбнись ты! Знаешь, Юля мне сказала – ребенок это навсегда. Это часть тебя, твоя частичка. И в то же время – самостоятельный человечек. Петя улыбался, не замечая, что по щекам текут слезы. И тут… - Вот вы где, а я вас ищу. Игорь возник, будто из воздуха. - Ты как нас нашел? – удивились оба омеги. - Петь, так я ж геолокацию поставил на твой телефон. На всякий случай. После того случая, как Горюнов тебя в люк затолкал. Ты тогда чуть не умер. - Горь, - Дима нахмурился, - учиться тебе тактичности и учиться. И вообще, я б на твоем месте подарил любимому хотя б букетик цветов. Но тут Ники решил, что сон все-таки для слабаков. А у него собаки бродячие не поглажены и кошки за хвосты не подерганы. И вообще, тут дядя Игорь, а он большой и сильный, почти как отец. И можно потянуться к нему на ручки. - Давай, тренируйся, майор Гром, - хохотали Дима и Петя, глядя, как Игорь подкидывает Ника, а тот радостно повизгивает. Потому что в теплых и сильных руках ничего не страшно. Даже летать выше облаков.       А потом… потом они пили кофе в уличной кофейне, а Нику купили пюрешку «Яблоко-банан» и детский сок. И там их нашел Кир, который, как выяснилось, тоже поставил геолокацию на телефон Димы. - Знаешь, Кирь, - начал загадочно Дима, толкая коляску. Ник сидел на руках отца и весел знакомился с миром вокруг. - Пока не знаю, но ты мне скажешь. - Просто я люблю тебя. - И я тебя. - Кстати, у Ника прорезался зуб с утра. - Четвертый? - Ага. Полный годовалый комплект. А солнце светило так ярко, как редко светит в Питере. Или оно тоже решило взглянуть на четвертый зубик Никитки?