Просто друг

. . Середина ноября 2021. Месяц назад Хесус получил долгожданную визу в Америку и готовился к переезду в другую страну уже навсегда. Он уже был за границей, но некоторое время, а сейчас хочет уехать навсегда. На это есть ряд определённых причин, о которых Хесус не хотел говорить, когда его спрашивали об этом. Потому что одной из причин был Братишкин и, наверно, самой главной, он и его поступок. Хесус улетел в конце ноября. Улетел молча, оставив после себя только пост в телеграме. Обжился на новом месте быстро, найдя себе подходящую квартиру, купил новую технику и продолжил стримить, но уже в новой обстановке. Зрители разделись на два лагеря: одни были рады за Хесуса, другим его поступок не понравился, однако придётся смириться. Но никто так и не понял причину, ибо Лёша ничего толком не объяснил, он и не хотел этого делать. После переезда Хесус мало с кем общался среди своих старых друзей-стримеров, ибо другая страна, часовые пояса разные: он начинает стрим, а те уже спят, он заканчивает и ложится спать, те уже стримят, редко когда удаётся попасть на кого-то в дискорде, но всё же иногда удаётся. С Вовой Лёша вообще не общался. От слова совсем. Никак. Ни в одной социальной сети. Братишкин пытался как-то наладить контакт, куда-то звать Хесуса, писал ему, но тот в упор игнорировал любые попытки Вовы, и он в итоге сдался. «Не хочет, пусть нахуй идёт» — сказал Вова на одном из своих стримов. Но из-за чего их отношения рухнули на куски? . . . . Сентябрь месяц. Стрим-хата, на которой собрались старики и некоторые новички Твича, среди которых были Братишкин с Хесусом. Всю ночь они тусовались в съёмном коттедже, пили, танцевали, Вова как всегда нажрался водкой, Лёша выпил не очень много, прийдя в лёгкое опьянение. Хесус изредка поглядывал на Вову, попивая виски. Алины на тусовке не было, ибо она не захотела идти, поэтому Хес присматривал за ним, чтобы тот не натворил чего-нибудь, но и не только поэтому. Жожо, который тоже присутствовал на хате, изрядно подвыпил и буквально прилип к Лёше, обнимался с ним, в щёчку целовал. Братишкин наблюдал за этим и горел от ревности, скалился, нервно сглатывал очередную стопку водки, не отрывая глаз от Хеса в объятиях Жожо. Он не понимал, в какой степени ревнует Лёшу, по-дружески или как парня. Вова будто забыл, что у него есть девушка, водка совсем башню с мозгами накрыла. Хесус чувствовал и замечал злобный взгляд Вовы, но в ответ лишь глупо улыбался. Посреди ночи много кто остался ночевать, Хес и Братишкин тоже остались на ночь, ибо пьяными ехать домой не хотелось, лучше протрезветь до утра. Лёша принял душ, переоделся и собрался спать, как вдруг в комнату ввалился Братишкин, пьяный и хмурый. —Вов, ты че тут делаешь? —В гости зашёл, че нельзя? — Хес пожимает плечами и садится на кровать, взяв в руки телефон, стараясь не обращать внимание на бухого друга. Потопчется и свалит спать. —Слышь, Леха, а ты меня другом считаешь? — Вова приземляется рядом с Хесом, закинув руку на плечо. Лёша кивает головой, не отрывая взгляд от экрана, что не нравится Вове и тот выхватывает телефон из рук. —Э, блять! Че ты делаешь? —Поговори со мной, старый, я че зря пришёл к тебе? —Бля, Вова иди спать. — Братишкин мотает головой, кладёт телефон на тумбочку с другой стороны кровати и, вернувшись к Хесу, спрашивает. —Я для тебя друг? — голос Вовы звучал очень серьёзно, несмотря на то, что он пьяный. —Вова, че за бабская хуйня началась на ночь глядя? —друг или нет? —Да друг-друг, доволен? А теперь съебись отсюда. — Хес пытается выпроводить Вову из комнаты, но даже будучи пьяным, Братишкин оказывается сильнее, ему хватило пару движение, чтобы прижать Лёшу к стене, держа его за тонкие запястья. —Какого хуя, Вова?! Че ты делаешь? Я щас орать начну. —Хотел бы, давно бы орал. — ехидно улыбается Братишкин, приближается к лицу Хеса, оставив пару сантиметров между ними. —Я видел, как ты смотрел на меня всё время, думаешь не замечу? —Да что б ты хуйни не натворил. А вот как ты на меня смотрел, когда я с Жожо был. —А какого хуя он к тебе прилип как банный лист? Ещё и целует тебя, пиздюк блять. —Тоже хочешь? — ехидничает Хесус, но лицо Вовы продолжало оставаться серьёзным. —Хочу. — Лёша не успевает что-то сказать, Вова впивается в его губы грубым, жадным поцелуем, коленом надавливая на пах. Хес замычал, не в силах вырваться, Братишкин очень сильно держал его руки, он в принципе сильнее был. Вова прерывает поцелуй, глядя в глаза Лёше, повисла такая тишина, что слышно как стучат их сердца. Братишкин отпустил руки Хеса, отошёл на несколько сантиметров и спросил. —Мне уйти? — Лёша смотрит на Вову, поджимает губы, а затем уже сам хватает его за лицо обеими руками и целует. Вова даже не пытается отстраниться, он обнимает талию Хеса, плотно прижав к себе, отвечает на поцелуй, сплетается языком с Лешей, не замечая, как постепенно начал раздевать его. Хес не отстает от Вовы, стаскивает с него футболку, скользит ладонями по плечам, груди, торсу. С губ, Вова опустился к шее, целует, больно кусает, оставляя нехилые следы от зубов, облизывает, водя языком по кадыку, чувствуя пальцы Лёши, грубо схватившиеся за загривок. Никому из них в голову не пришло, что они делают что-то неправильное, голова забита совсем другими мыслями. Нащупав рукой дверь, Хесус закрывает её, чтобы не дай бог кто-то решит зайти к ним и застанет их двоих. Вова толкает Лёшу на постель, нависает сверху, продолжая терзать губы поцелуями, прикусывает их, облизывает, руками гладит худое, но до невозможности прекрасное тело под собой, кончиками пальцев обводит каждую линию, каждую выпирающую косточку, задевает соски, щекочет бока, постепенно становясь ближе к паху. Лёша стонет глухо, тихо, прикрывая рот рукой, пока Вова стягивает с него штаны. «Я не должен этого делать, но я пиздец как хочу его» — подобные мысли плавали в мозгу Вовы в волне пьяного тумана. Он действительно не должен этого делать, но остановиться уже не может. В голове Хеса мысли почти такие же, но в большей степени беспокойства. Он вполне может оттолкнуть Вову от себя, выставить за дверь и забыть произошедшее как страшный сон, но он этого не сделал, потому что хочет Вову, он его любит и не только как друга.