Исчезающий мир...

Обучение в клане Гусу Лань всегда было для Сичэня опытом. Но на этот раз все выглядело так, как будто должно было случиться то, о чем он думал. И все из-за его брата. Лань Ванцзи, Лань Чжань А-Чжань. Его младший брат. Человек, которого он хотел защитить от всего на свете; от разбитого сердца, обвиняющих взглядов старших, полных похоти взглядов других учеников, гнева их дяди... от всего, что было возможно, и от невозможного тоже. Потому что для Лань Сичэня не существовало более ценного человека, и не было никого, кто бы его заслуживал; никто не имел права даже думать об этом. Конечно, так Цзэу-Цзюнь и думал, пока Лан Ванцзи не встретил того, кто, возможно, был бы единственным человеком, с которым его общение выходило за рамки апатичного бескорыстия. Не то чтобы Лан Сичэнь был удивлен, что его брат наконец решил пообщаться с одним человеком, нет, его удивил человек, с которым он решил это сделать. Вэй Ин, Вэй Усянь. Ученик, который мог вызвать наибольшее количество бедствий с наименьшими усилиями. Всегда улыбается, шутит, непреднамеренно привлекает людей, как мотыльков на пламя. Легко возглавляя компанию, в которой он оказался, ведя их к самым экзотическим приключениям и неприятностям, с которыми они могли столкнуться во время обучения, но всегда ухитряясь вывести их из них. Даже Лань Чжаня, несмотря ни на что, тоже привлекала яркая аура, которую источал Вэй Ин. Сначала это было ничем не примечательным, но Сичень видел это ясно как божий день; с каждой новой выходкой, совершаемой учеником из Юньмэна Вэй Усянем, Лань Чжань все меньше был способен наказать его, позволяя часам, проведенным в библиотеке, превратиться в моменты болтовни, временем для знакомства друг с другом, пока не дошло до того, что наказания стали больше не нужны. Сичэнь больше, чем кто-либо другой, знал, что если Лань Чжань хотел проводить вечера с Вэй Инем, то это было не из-за чего иного, кроме простого влечения, которое его младший брат испытывал к этому молодому человеку. Но его дорогой младший брат этого не видел. Для Лань Чжаня Вэй Ин был его лучшим другом, первым человеком за пределами его семьи, с которым ему было комфортно, с которым он мог молчать, не испытывая дискомфорта, с которым он мог говорить так мало, как ему хотелось, и хотя поначалу это было ему трудно, ученик из Юньмэна понимал его. Вэй Ин был его безопасным местом, его пристанью во время шторма, последней нотой его любимой песни, это был момент, когда весь мир исчез, и остались только они двое. Не было никого лучше Вэй Ин. Конечно, он не знал, что это значит. Но это не имело значения, если в какой-то момент сомнения станут настолько сильными, что расстроят его, у него всегда будет брат, который ответит на все вопросы. За время пребывания учеников из Юньмэн Цзяна в Облачных глубинах Сичень привык к трем вещам, которые раньше считал совершенно невозможными. Первым были крики его дяди, который всякий раз, когда видел надвигающуюся катастрофу, которой был Вэй Усянь, казалось, был на грани нервного срыва; и Сичэнь, как один из двух нефритов клана Лань был обеспокоен, он не хотел, чтобы его дядя умер очень скоро и оставил на его попечении весь клан Гусу, школу и различные предприятия, составлявшие его наследие. Во-вторых, его брат постоянно говорил, да, А-Чжань был самым не болтливым человеком, но в то время казалось, что каждое слово, которое он теперь произносил, вылетало из его уст без проблем. И снова все это было благодаря этому энергичному ученику из Юнмэна. И последнее, и самое главное, самое большое изменение из всех. Сам Сичень. Сам того не замечая, он также начал сближаться с молодыми учениками, присоединяясь к их приключениям, улыбаясь вместе с ними, расширяя свой круг общения благодаря бунтарю, которому невозможно было отказать. Лань Сичэнь не то чтобы не общался; все знали его, знали, кем он был и что они должны уважать его, но благодаря молодому Вэю он больше не был недостижимым Первым Нефритом. Он был еще одним учеником. Тот, кому другие могли доверять, стать с ним ближе. Разговаривать. И это было самым удивительным из всех. Потому что Сичень всегда считал себя социальным существом, он был тем, кто отвечал на вопросы малышей, кто улыбался и вел заблудших, кто помогал нуждающимся. Но теперь, когда он заметил новые разговоры, которые вел со всеми вокруг, разница в его обращении была как день и ночь. Теперь люди обращались к нему не только за помощью, если им требовалась помощь, нет, наконец-то появились интересные разговоры на темы, о которых он раньше и не слышал, теперь шумные ночи больше не были просто чем-то, что он видел со стороны. Он непреднамеренно оказался принят в эклектичную компанию, созданную Вэй Ином. И за это был бесконечно благодарен. Хотя благодаря этому занял первое место по глупости после своего брата. И молодого Вэя. Сичэнь понимал, что в их жизни у них не было человека, с которым можно было бы говорить на эмоциональные темы, и поэтому им было сложно понять, что с ними происходит. Но одно дело было не знать, что происходит, и совсем другое - быть совершенно неумелым в этом отношении. К сожалению для всех, Лань Чжань и Вэй Ин были последними. Сичень знал, что вся школа ожидала, что эти два идиота поймут свои чувства, но, судя по всему, это было надолго. Он больше, чем кто-либо другой, понимал трудности, с которыми они столкнутся в будущем. Но это могло подождать, а пока каждый мог наслаждаться днями обучения в клане Гусу, не имея никаких обязанностей, кроме учебы и внеклассных занятий. Они были молоды, им еще многое нужно было узнать, увидеть в мире, и что еще важнее… Отношения, которые должны были длиться долго, выдержат любые испытания, и, судя по тому, что Лань Хуань видел, его брат и молодой Вэй были более чем готовы к этому. В конце концов, что может быть хуже всего, что могло с ними случиться?