Мне кажется, я схожу с ума.

      Обычный школьный день уже не казался таким обычным. Всегда тихий, даже занятых ученик Генри Эмили сегодня был навзводе. Он негодовал. «Откуда взялся этот человек?» Он задавал этот вопрос не один раз и ни разу не получил чёткого ответа. «Уильям Афтон.» Так все говорили. — Как будто его имя может мне что-то о нём рассказать!       Если бы всё было как обычно, когда приходит новый человек, Генри уж точно не стал бы об этом так волноваться. Он наверное даже не потрудится бы подойти к новенькому чтобы познакомился. Он бы боялся, что тот окажется одним из тех, кто в последствии примкнет к компании задир его класса. Но всё было иначе. Уильям Афтон, как его назвали остальные, просто пришел, сел за последнюю парту и сидел так всё время до начала уроков. На вид он был странным. Пол глазами красовались яркие темные мешки, сами глаза, будучи мышино-серого цвета, не выражали никаких эмоций. Казалось, они даже не блестели. Но сам мальчик при этом всё время как-то странно улыбался. Он не вызывал доверия, но вызывал явный интерес.       С трудом отсидев первый урок, Генри решился подойти к нему лично и познакомиться. Возможно, это не было его главной целью и на самом деле юноша просто желал узнать, что это за незнакомец, но по крайней мере для себя Эмили обозначил это именно как попытку знакомства. Ему не хотелось самому себе казаться подлым гадом, который сделал бы что-то только ради своей выгоды.       Встав со своего места, он набрал в лёгкие побольше воздуха. Это немного успокоило и придало силу. «Ну же, давай! Просто подойти к нему, это же так просто!»       Оказавшись буквально в шаге от парты новичка, Генри увидел, что тот держит в руках какую-то книгу и быстро, увлечённо её читает. Эмили даже залился краской румянца — не станет же он отвлекать человека от чтения? Но решимость взяла своё. Генри преодолел один шаг, который отделял его от удовлетворения собственного вполне законного интереса. — Добрый день, — мальчик, сидевший за партой, тут же поднял на него глаза и авжидающе, даже как-то недовольно посмотрел. — Добрый. Тебе что-нибудь нужно от меня? — Да! Я хотел бы, нуу… Познакомиться с тобой. Просто я не видел тебя раньше у нас, так что… Ты, должно быть новенький? — Верно, — закрыв книгу, мальчик встал и протянул Эмили руку для пожатия, — меня зовут Уильям. Но можешь звать меня просто Уилл. — О-очень рад! Я Генри.       Робко пожав протянутую руку, Генри удивился, с какой силой его ладонь сжали в ответ. Когда Уильям вернулся на своё место, Эмили потоптался ещё пару минут и отошёл к своему месту. Тут же прозвенел звонок.       В другой раз они встретились уже на обеденном перерыве. Сегодня Генри решил посидеть на улице на одной из пришкольных лавочек и съесть свой ланч там. Ему явно нужно было проветриться. Когда он сел на лавку, то увидел, что к нему кто-то приближается. Это был Уильям. Не спрашивая разрешения, он присел рядом. — Приятного аппетита. — Умм… Спасибо большое, — немного смутившись, Генри поправил свои очки, которые так и норовили слезть с его носа, и принялся за свой сэндвич с мясом, сыром и листом зелёного салата. — Мне кажется, наше знакомство вышло немного неловким. Ты не находишь? — Да, определённо. — Но знаешь, ты мне очень понравился. Серьезно, ты не выглядишь и на ведешь себя как остальные. Они все такие шумные, даже выглядят несерьезно. А ты… Ты совсем другой, я точно это чувствую. Может, ты был бы не против сходить на прогулку на этих выходных? Заодно, покажешь мне окрестности. Я только недавно сюда переехал, и совсем ничего не знаю. — Я совсем не против! Я давно тут живу и хорошо знаю город. Уверен, тебе очень понравится! — Спасибо тебе. Ну, я пойду. Перерыв скоро закончится.       Смотря вслед уходящему Уильяму, Генри восхищённо вздохнул. По его лицу расползлась счастливая улыбка, тут же сменившаяся ужасом.       У Эмили появилось три проблемы. Он слишком быстро поверил едва знакомому человеку, он подозрительно понравился ему и наконец, самое страшное… Его сердце слишком сильно бьется от мысли о том, что ему предстоит с ним прогулка. Генри знал себя. Он испытывал это чувство ранее. И это была не обычная волнительность. Это было куда страшнее и серьезнее. Это была очередная подростковая влюблённость.