Весна

Весна. Начало тёплых, ярких деньков. Появление первых цветов, появление тёплого и яркого солнышка. Для ребятишек уже скоро летние каникулы. Наконец-то можно снять с себя кучу неудобной одежды, и ходить без всяких "мешков". Приятные ощущения, от которых ты можешь получить необыкновенную атмосферу. Как и наша героиня по имени Лиза. Девушка сидела на кухне, на подоконнике. Смотрела в окно и улыбалась, после отводила взгляд и рисовала на руке разные рисунки, после которых на пол лилась алая жидкость. Каждый раз она отворачивала голову или отводила взгляд когда кровь начинала появляться, ведь до жути её боится. Боится, но рисует Уж такой она человек. После смерти её родителей, Лиза наотрез отказывается разговаривать. Так и выучила язык жестов. Во дворах, домах, в соседних подъездах и квартирах, все думают, что она потеряла голос, но слух есть. Лизе и это сойдёт, ей не хотелось, чтобы к ней кто-то приставал с вопросами: "А почему ты не разговариваешь?", "Голос есть, а не пользуешься им". Не хотела она, а люди бы этого не поняли. Девушка не пила. Она против алкоголя. Считает его бессмысленным напитком. Люди просто - напросто не умеют пить, но всё равно берутся за это. Даже несмотря на то, что алкоголь для неё не кажется чем-то божественным и она не трясётся за каждую его каплю, то это не означает, что она без своих зависимостей. Её страстью оказались сигареты. Каждый день Лиза выкуривала минимум шесть никотиновых палочек, вроде такая бессмысленная вещь, но такая расслабляющая. Не было друзей, никто не хотел с ней дружить, да и она сама не рвалась на встречу к новыми знакомствам. Несмотря на боязнь крови, она также боялась общества. Боялась людей, боялась всего народа. Ей больше нравилась тишина и спокойствие. Одиночество — это то, что ей подходило. То, чем могла описать свою жизнь. Писала книги, на этом и зарабатывала деньги. А также, умела рифмовать, так что, стихи тоже пришлись ей по душе. Страсть этого всего была жуткая. Жуткая и полюбившиеся героине. Лизе сейчас девятнадцать лет. За эти года она прославилась в писательстве, но совсем отказывается отвечать на публику, на разные вопросы, заданные её фанатами. Просто продумывает сюжет, пишет, выпускает и сидит дома, читая посты про её книги, которые иногда попадаются ей в ленте. Также никуда не поступала, подумала, что это лишняя трата времени. За её, ещё короткую, жизнь девушка много раз пыталась покончить жизнь самоубийством, но так и не смогла. Не хватило силы духа. Весной Елизавета люблю собирать белые ромашки. А точнее, в конце весны на поле, полном этих растений. Подрабатывает на кладбище, иногда собранные ромашки приносила людям, что лежат под землёй. Тем, о которых забыли. Тем, которые уже не нужны. Её брали мысли, что те хотели бы хоть какого-то внимания, даже если не от родных, а хоть от кого-то. И не важно то, что их души уже испарились в солнечном свете, где-то на небе. ~Не думаю, что хотелось бы такой жизни.~— пронеслось у Лизы в голове. Слезает с подоконника, и встаёт на ноги, что уже затекли. В чём-то она и была права, ведь родилась не для того, чтобы губить свою жизнь. "Наступила весна. Едкий дым из меня выходит. Как же больно, но как же приятно. Красная кровь от меня уходит. Я боюсь её, но без неё не могу! Я люблю рисовать, на листке не могу... Но рисую не просто, без крови мне сложно. Наступила весна. Я сижу на окне Не могу говорить, лишь рисую везде. И курю неспроста. Расслабляет меня, Едкий дым из меня. Одиноки мы все, внутри у себя" Этот стих девушка посвятила самой себе, когда ночью сидела на подоконнике, наблюдая за соседним окошком, где какая-то семья празднует День Рождения. Девушка поставила чайник, дабы выпить чашечку кофе перед выходом на работу. Если она писательница, то это не означает, что можно дальше ничего не делать. Да и к тому же, Лиза так не могла. Проще было занять себя работой, она не любила сидеть без дела. Это хорошо, ведь если она любит работать, то денег будет достаточно. По крайней мере, она так думала и продолжает думать. Ходит до своей, так называемой, работы пешком и ей это нравится, можно насладиться прекрасной погодой, не важно, будь то дождь, или же солнце. Но, к сожалению, сегодня ей надо было прийти без опозданий, так, как какой-то серьёзный дядька должен приехать и Лиза так же должна присутствовать. Девушка решила поехать сегодня на автобусе. На её везение, от четвёртой остановки пять минут ходьбы до кладбища. Дождавшись свой автобус, заплатив за проезд, Лиза показала четыре пальца, ей повезло, что водитель сразу понял её и пробил чек до четвёртой остановки. Многие люди начали смотреть на неё с сочувствием, с жалостью, ведь такая красивая и молодая девушка глухонемая. Но правда ли так? Слышит она всех и всё прекрасно. Какая-то старушка уступила брюнетке место, на что Лиза помотала головой в отрицательную сторону и пошла к самому концу, чтобы встать и меньше привлекать внимание других. Одев наушники, она смотрела в окно и под музыку ехала до своей цели. — Твою налево, понаберут жирных, а ты потом пытаешься зайти в автобус— произнесла черноволосая особа. Девушку звали Ангелина. Она жутко боится зеркал. Началось все ещё в тринадцать лет. В седьмом классе ей многие говорили, мол, она страшная, жирная, шлюха и бросали ещё кучу обидных фразочек в её адрес. Это сильно задевало маленькую девочку. Придя домой, она посмотрела в зеркало и увидела себя, ту себя, которую ей описали одноклассники. С тех пор она жутко боится зеркал, боится снов, увидеть то чудище, но разве дело в зеркале? Не думаю. Дело в том, что её одноклассники, у которых явно отсутствуют мозги, внушили ей своё мнение. Также зарабатывает не лучшим путем. Продаётся мужчинам, а те делают с ней час, два, три, в общем, насколько заплатили, столько и делают, что хотят. Ангелина много раз об этом жалела, но деться было некуда, поэтому приняла уже то, чем занимается. На данный момент ей девятнадцать лет. Кристина, Кира, Виолетта и Алиса. Эта компания из пяти человек ехала в парк. Погода хорошая и хотелось просто погулять таким составом. Киру и Кристину долго пришлось уговаривать, но всё же они согласились. — Блин, а на какой остановке нам выходить? — единственная, кто понял, что никто не знает на какой остановке выходить – это Виолетта. Она посмотрела в окно и попыталась разглядеть хоть что-то похожее на парк. — Может у неё спросить? — неуверенно задала вопрос Алиса Кристине. — Не знаю, спроси ты — так же тихо и не уверенно ответила девушка. Пока девочки выбирали между собой, кто будет спрашивать у Елизаветы, когда нужно выйти, чтобы прийти к парку, Виолетта уже действовала. — Эй, а ты не знаешь, на какой остановке «Луговой парк»? А то мы не знаем— с улыбкой очень громко спросила Вилка у Лизы, что несколько людей обернулись на этот шум. Черноволосая повернула голову и сняла один наушник. Лиза пыталась сама вспомнить какая остановка по счёту, дабы добраться быстрее до парка, и уже буквально после тридцати секундных раздумий она понимает, что это та же остановка, куда едет и она. Она улыбнулась и показала четыре пальца. — Чё? Чё это значит? Сказать нормально можно? — злобно спросила Кира у молчаливой «собеседницы». Лиза прекрасно понимала девочек, поэтому напечатала в телефоне текст «На четвёртой остановке выходите.» Вся компания прочитала надпись на экране и переглянулись. Кто-то сморщился, кто-то не понял, а кто-то не мог понять приказ это или подсказка. Девчонки блуждали вопросами, задавая их самим себе, но не произносили вслух. — Я нихуя не поняла, типо на четвёртой остановке надо выйти, чтобы дойти до парка? — Лиза кивнула, на то ли вопрос, то ли утверждение Виолетты.— Ебать, я умная. — самодовольно улыбнулась Малышенко, от чего девочки сделали "рукалицо". Как раз было время уже выходить, автобус подъезжал до нужного им места. Все девочки начали выходить из маршрутки и Лиза спокойно отправилась на свою работу, её уход провожали глаза компании. — Странная она, сказать нормально не может! — скрестив руки, жаловалась на неё Кира. Кира — самая старшая в их компании, ей двадцать два года. С детства тусовалась с Кристиной и Виолеттой. После чего в их компанию влились ещё две подруги. С Медведевой мало кто желает решать конфликты между собой, ведь девушка придерживается эпиграмме:"Собственно, если нападут — бей первым". Эту тактику она не использует на своих друзьях. Родителей нет, когда той было десять лет, то Наташа – мать маленькой девочки, отдала ту бабушке с дедушкой, а сама ушла в отгул. Сейчас Кира не интересуется её жизнью, просто живёт себе спокойно и всё. — Слушайте, а никого не смутило то, что она пошла в сторону кладбища? — повернувшись к девочкам, спросила Крис. — А ты откуда знаешь, что там кладбище? — изогнула бровь Алиса, доставая телефон, чтобы посмотреть время. — Я этот район хорошо знаю— после сказанного, на Захарову все посмотрели, то ли с осуждением, то ли с недопониманием. — Что? То есть, ты знала, что парк тут находится? Почему молчала? — спросила Кира смотря на подругу, Крис нахмурила брови, она не понимала такой реакции девочек. Кристине двадцать лет, работает в психбольнице, помощником врача. Вроде работа не пыльная, но зарабатывает немного. Обеспечить себя хватает, и ей этого достаточно. Страсть к алкоголю дикая, кодировалась два раза, но не помогло. Не курит, ненавидит запах сигарет, она считает, что это губит здоровье людей, но ведь алкоголь так же это делает, только медленнее. — Да я забыла, что тут есть парк. И остановки я не считала никогда. Ладно, пойдём уже. — Компания пошла туда, куда направлялась всё это время. Как и планировали. Лиза же подметала тропинку от мусора, листьев, которые только начали появляться и уже падают на землю, кружась в своеобразном вальсе. — Знакомьтесь, это Елизавета, ухаживает, так сказать, за вашей территорией,— над последней фразой Виталий посмеялся. Владелец этого места тоже издал смешок, повторяя за рядом стоящим мужчиной. Лиза улыбнулась и протянула руку, на что получила поцелуй на поверхность руки. — Прекрасное имя, почему же такая красивая и молодая девушка работает в таком страшном и старом месте? — черноволосая улыбнувшись пожала плечами. — Аркадий Степанович, понимаете, Елизавета немая. Она слышит хорошо, но не говорит. Поэтому, она не сможет с вами разговаривать. — Ничего страшного, я знаю язык жестов, как там? — он начал крутить пальцами, пытаясь вспомнить те самые движения, которые изучал, когда ему было восемнадцать лет, сейчас же ему тридцать. У него получилось "выкрутить" фразу "Вы прекрасна, должно я так", от чего девушка усмехнулась. — Ладно, ладно, не помню! Позвольте мне пригласить вас на ужин? — брюнетка отстранилась от мужчины, когда он протянуть ей руку. Она будто увидела дальнейшие события: они едут куда-то ужинать, потом он начинает приставать и всё. Девушка отказалась, на что мужчины улыбнулись и переглянулись между собой. — Елизавета, он женатый человек и у него две дочери, думаю, он просто с вами хочет пообедать. — Да, к тому же, будет присутствовать моя жена Алия— красивое имя, подумала Лиза, но, всё равно, отказалась. Она прекрасно понимала, что ни Аркадий, ни Виталий не знают излюбленный ею язык. Поэтому, Елизавета написала в заметках в телефоне, что после работы ей надо ехать к маме. — Оу, мама — это святое. Ну что же? Тогда, до скорого. Надеюсь, ещё встретимся — вместе развернулись и ушли, а Лиза облегчённо вздохнув, достала сигарету. Врать она не любила, но и Аркадий никак не смог бы отстать. Закурив сигарету, девушка сделала первую тягу, после чего, с каким-то кайфом, выдохнула его.