Конфитюр

Ваня сидел на унитазе и зырил ютубчик. Где-то раздавались вопли и рев, но закрытая на замок дверь надежно защищала Курочкина. Ванятка посмотрел уже десяток клипов, которые ему подсунуло в рекомендациях. Он старательно внушал себе, что хочет, чтобы ему подкинуло клип его группы, а на самом деле он неистово желал увидеть совсем других людей. И вот ютуб сжалился над Ваней и наконец-то включил ему их клип. Курочкин смотрел на экран смартфона и удивлялся, что тот становится мутным. Он просто не замечал, как закапал его слюной. Ванятка оторвал от рулона кусок бумаги и протёр экран, а затем запустил клип заново. Образы перемешивались с воспоминаниями, и у Курочкина от возбуждения встал член, увеличившись до целых пяти сантиметров. Иванушка созерцал, как в клипе танцует, по-змеиному изгибая тело, Данила, и вспоминал, как впервые увидел его и сразу влюбился. Он тогда его мысленно называл не иначе как своим любимым Данечкой. Холодков вроде как тоже им заинтересовался, и Ванятка решил, что вот сейчас все получится, и они будут вместе, но тут Данилу нагло увели. И Курочкин даже не злился на того, кто увел. Не мог. Он ведь и сам когда увидел Колю, сразу пропал. С тех пор он мечтал оказаться в постели с этими двумя, ну или хотя бы в кустиках. Не вышло. Даже когда они в совместный тур катались, не получилось. Иванушка уж и так старался, и эдак. В итоге слегка пообтирался об Колю и после целый год на воспоминания об этом дрочил. Особенно на то, где Ивашка якобы случайно мех на его груди погладил. Правда, посмотрели на него после этого как на дебила. Ну да Курочкин не в обиде. Слюна Ванятки стеклась в лужицу на полу. Курочкин так размечтался, что сам не заметил, как схватил мирно стоящий в углу ершик, облизал его ручку и засунул в себя. Тот пролетел со свистом, елозя по простате. Иван представил себе, как его жестко ебет его любимый Данечка, пока он заглатывает член Коли, зарываясь лицом в мех и обмазываясь стекающими вниз капельками пота, и кончил. Лужица на полу пополнилась спермой. Курочкин достал из себя ершик. Тот был весь в дерьме. Ванятке показалось, что оно похоже на золото, поэтому он натер себе ершиком лицо и шею. Иванушка хотел натереться весь, но не хватило. Курочкин вздохнул и решил, что он и без того золотой. В дверь барабанили. Ванятка встал и чуть не упал, так как у него затекли ноги, а еще он на луже поскользнулся. Лужа напомнила ему те, что были около Невы, только эта пахла спермой. Кое-как на полусогнутых Иванушка выковылял из туалета. На него тут же налетела его горячо любимая супруга: — Сколько можно там сидеть? Ты вообще офанарел? Я тут одна заебалась!!! — Да я это… Я чуть-чуть посидел, — растерялся Ваня. — Три часа! Я тут обоссусь сейчас! — надрывалась Пипа. — И что с твоим лицом? — Я теперь золотой мальчик, — с гордостью произнес Ванятка. — Ни хуя себе, — жена Курочкина обозлилась от зависти. Иванушка пожал плечами и хотел пойти на кухню, но вдруг Пипка схватила его за плечи, да как набросилась, да как высунула язык, да как все, что он считал позолотой, слизала. Так хорошо лизала, что за десять секунд уложилась, правда, все равно на унитаз не успела и обоссала штаны и пол в коридоре. Там тут же образовалась желтая лужица. Ванятка расстроился и чуть не заплакал. Он хотел достать еще своего золота, но место, откуда он его добыл, заболело и опухло, и пролезть туда даже ложкой не вышло. Пипка стояла рядом и злорадно хохотала. — Ладно, — решил тогда Курочкин, — пойду тогда с Виталиком поболтаю. Пипка раздулась от злости. Она иррационально ненавидела Талызина и мечтала, чтобы тот исчез, поэтому громко заорала: — Да на хуя? Чего тебе с ним обсуждать? Налоги? Обсудили уже. Вы же придумали, как от повышенной ставки уйдете. Чего еще надо? Кто вы вообще друг другу? Иван непонимающе посмотрел на жену, а затем сказал: — Он мой друг, и я по нему скучаю. И вообще он такой кисик! — Кисик — сделан из пиписек!!! — чуть не взорвалась Пипка. — Уже кисик! То ты его фотографируешь постоянно, пока он спит! То ты его к себе на колени сажаешь! То обнимаешь! Ты вообще охуел? Ванятка не отвечал. Он прикрыл глаза и мечтательной улыбкой представил себе еще одну свою мечту: вот Виталичка опускается перед ним на колени, расстегивает ему джинсы, достает член и берет в рот. Курочкин снова возбудился. Он был в штанах, и никто никогда не смог бы заметить его возбуждение. Никто и никогда. Кроме его жены. Ноздри Пипы раздувались так, что в них лег бы вошел тот же ершик, что побывал в Иване. Пипку трясло. Она почти читала мысли мужа. Пипка бесилась от ревности, поэтому оторвала дверной косяк и проткнула им Ивана. Ванятка умер, сотрясаясь в предсмертном оргазме. Виталик из его мечты проглотил сперму и вытер губы своей маленькой ладошкой. По полу растекалась еще одна лужа, на этот раз красная.