просто привычка

чья то светлая макушка мелькала среди деревьев, бархатистый смех эхом отражался от невидимых стенок леса. двое людей без устали носились по небольшой рощице меж деревьев, резвясь, словно малые дети. случайный зритель бы с улыбкой подумал: какие счастливые люди! нет ничего лучше улыбки ближнего! и он был бы совершенно прав. — Дориан, постойте! я уже не так молод, как вы. подсобите бедному художнику, поддайтесь — прокричал Бэзил, облокачиваясь спиной на молодую березку. сделав вид, будто он выдохся, художник желал подпустить свою музу ближе. быстро обернуться, дотронуться до плеча, и.. победа! увлечённый обдумыванием своего «злодейского» плана, Холлуорд не заметил бесшумно подкравшуюся сзади бестию. игриво улыбаясь, Дориан, словно дикая кошка, приблизился до критического расстояния и положил обе ладони на плечи художника, сжимая их и отрезая все пути к отступлению — у вас был настолько увлечённый вид, что мне даже совестно. но ваши уловки меня не проведут, Бэзил. только честный бой и ничего другого! — склонив голову набок и позволив паре солнечных локонов упасть на глаза, Грей звонко рассмеялся. уже какой день Дориан не покидал жилища Бэзила. художник возжелал нарисовать портрет своего знакомого, прорисовать каждый чудный волосок, каждую искру в ярко горящих глазах. а ведь и не скажешь, что все началось со случайной и даже в коей мере неловкой встречи на балу. — ах, милый мой Дориан, вы совершенно невыносимы. напомните ка мне, почему я согласился писать ваш портрет, а после и вовсе, гоняться за вами по роще ? — а потому, скажу я вам, что моя красота восхитила вас до кончиков души, захватила в свои объятия и не отпускает ни при каких предлогах. а что же насчёт нашей небольшой шалости, господин Холлуорд.. моя спина очень затекла, пока вы водили кистью по холсту. одному бегать — глупости, поэтому я и позвал вас составить мне компанию. вы не в восторге ? — полно вам, мне самому следовало бы чаще вставать со стула и делать зарядку. не удивлюсь, если ваш портрет буду дописывать не я, а мой окаменевший памятник — прекратите, мир не переживет такую потерю! пойдём те лучше напишем ещё пару деталей, я вновь полон сил и желания позировать, а так же радовать собою ваш взор. до приглашения лорда Генри осталось ещё чуть более двух часов, думаю, мы уложимся не принимая никаких возражений, Дориан хитро прищурился и ухватил знакомого за локоть. тот без проблем позволил привести и усадить себя на небольшой стул посреди веранды. единственное, что сейчас было в голове у Бэзила: ясные и чистые как небосвод глаза, переливающиеся золотистые волосы, идеально белая, будто бы фарфор кожа и белозубая улыбка. запах, поведение, да и в целом весь Грей сводил с ума Холлуорда с первого дня их встречи. правы были его речи, захватила красота Бэзила, да не отпустит теперь, одним портретом не отделаешься. увлечённого и сосредоточенного Дориана мало что может отвлечь от дела, особенно, если это написания его собственного портрета. Генри Уоттон, заразительно улыбаясь во все тридцать два ступает по разбросанным наброскам и зарисовкам. везде один и тот же человек — сидящий сейчас в кресле Дориан Грей. вздёрнув подбородок вверх, тот развлекает себя тем, что наблюдает за гусеницей на рядом растущей груше. стоит громкому покашливанию раздаться на веранде, как оно отражается от стен и разносится по всему саду. художник вздрагивает и словно возвращается из мира своих фантазий в реальный. оборачивается, жмёт руку старому другу и кивает на портрет, мол оцени. Дориан же, находясь в не особо выгодном положении, только и может, что громко сказать: — добрый день, Лорд Генри! чудная сегодня погодка, не правда ли ?