Божество

Том чувствует себя странно. Ребенок сидит напротив тарелки и ест такими маленькими кусочками, что они еле накалываются на вилку. Но как только Реддл отводит взгляд, Гарри запихивает за щеку кусок побольше и делает вид, что ничего не произошло. Молчание угнетает, но мужчина не знает, что сказать: последний раз он имел дело с ребенком пять лет назад. Именно с этим зеленоглазым худеньким «чудовищем», которое смогло уничтожить тело великого Темного Лорда. Том забрал Гарри Поттера из чулана под лестницей — не самое лучшее жилье для героя. Реддл видит, что мальчик голодный и запуганный — тем легче его будет приручить. — Можешь есть нормально, — скрипя зубами, шипит мужчина. — У тебя никто не забирает. Гарри вжимает голову в плечи и начинает быстро очищать тарелку, но к кусочку торта прикоснуться боится. — Ешь, — почти приказывает Том. Он видит что-то ненормальное. Поттер смотрит… с благоговением. У него огромные глаза на фоне маленького худого лица, в них читается: «Я правда могу?! Я правда могу это съесть?! Весь кусок?» Он пихает сладость в рот совсем некрасиво, но Том уже исчерпал лимит общительности и доброжелательности, поэтому молчит: боится, что с губ сорвется проклятие. — Спасибо, — тихо говорит мальчик и спрашивает совершенно невинно: — А… а вы и потом будете меня кормить? Том внутренне улыбается. Если все-таки побороть отвращение к этому жалкому существу и хотя бы не пытать круциатусом, то оно само последует за Реддлом за кусочек торта. — Да, мне не нужны больные дети, — выдавливает Волдеморт. — А есть другие? Дети… — опуская голову, чтобы не встречаться взглядом с Реддлом, спрашивает Гарри. Он бесит мужчину. Бесит своим вопросом, своим существованием. Скорее бы это недоразумение выросло и превратилось в верного соратника. — Нет, — резко отвечает Том. — Если поел, вставай. Я покажу тебе комнату. Гарри еле поспевает за быстрыми шагами, он почти бежит, но смотрит с неподдельным интересом из-под уродливых очков. — Твоя комната, — открывает дверь Том, и мальчик застывает с открытым ртом. — Моя? — переспрашивает он. — Я смогу там жить? Никого рядом не будет? Эта кровать тоже моя? И стол? — Ты можешь. Не. Задавать. Тупых! Вопросов! Реддл начинает сквозь зубы, но заканчивает на повышенных тонах. Гарри пятится, обхватывает себя руками. Том вдыхает, выдыхает. — Это. Твоя. Комната. Ты будешь там спать. Учиться. И делать то, что делают нормальные дети. Ты вообще умеешь читать? Гарри трясет головой. — Конечно, мистер… Реддл, — произносит он с запинкой. — Отлично, тогда завтра начинаем учебу. Том проталкивает Гарри в комнату и собирается закрыть дверь, но мальчик хватается за ручку и отчаянно спрашивает: — А… а вы будете учить меня магии? — Да, — сухо отвечает Том, прежде чем отвернуться и пойти в лабораторию. *** Ребенок туп. Он не понимает основ магии и зельеварения, он не может нормально порезать ни один ингредиент, он начинает играть с едой и одеялом. Том не понимает, что ему нужны игрушки. Том не понимает, что Гарри шесть лет, поэтому логично, что он пихает руку в ярко-голубой пар и обжигается. Реддл кричит на него, бесится, пока мальчик рыдает. Как можно быть таким глупым? Том мажет руку заживляющей мазью и сажает на диван в своем кабинете, потому что в своей комнате Поттер точно найдет приключения и побеспокоит руку. — Сиди! — приказывает мужчина, отправляясь читать книгу. — А можно лечь? — робко спрашивает Гарри. — Если ты заденешь рану… Голос Тома очень угрожающий. Ребенок мотает головой (нет, нет, я не задену, я буду послушным) и ложится на диван животом. Его голова покоится на подлокотнике, больная рука свешена вниз. Через пятнадцать минут Том думает, что Гарри заснул, но нет. Он смотрит. Даже не так, он смотрит. Реддл ощущает себя неуютно. Мальчик делает вид, что разглядывает ножки стола, но как только Реддл отворачивается, чувствует взгляд на лице, руках. — Ты можешь не прожигать меня взглядом? — поджимая губы, спрашивает мужчина. — Но вы красивый, — хлопает ресницами Гарри. И правда, мистер Реддл само совершенство. Он очень высокий и большой. У него странные глаза, полностью красные с кошачьими зрачками, но Гарри не боится. А еще он носит странные платья — Поттер слышал, как учитель называл это мантией. И, конечно, его кормят! Завтрак, обед, ужин, второй ужин! Мальчик больше никогда не чувствует себя голодным. И у него есть своя комната, в которой можно делать, что угодно. А еще мистер Реддл первый сказал, что он, Гарри, волшебник, а дядя с тетей — маглы, грязь под ногами. Гарри был очень рад этим словам, потому что грязь — ничто, по ней ходят, ее топчут, как мальчик хочет потоптаться по Дурслям. Он понял, что этот человек особенный, с первого взгляда, еще когда увидел на улице недалеко от дома. Люди будто не замечали его, а Гарри стоял и смотрел. Он не мог оторвать взгляд от незнакомца. Очень красивого, особенно из-за милых кучеряшек. Мужчина тогда почему-то показался Поттеру добрым. Гарри не мог поверить, когда незнакомец к нему подошел. Сердце забилось с утроенной силой, руки вспотели. Что ему надо? Что ему надо от жалкого Гарри? Почему он хочет забрать его к себе и усыновить? Такой красивый и, судя по костюму, богатый человек не забирал бы кого-то вроде Поттера. Разве магия существует? Существует. На кончике палочки этого странного человека с темными густыми волосами и длинными ресницами. Гарри очарован. Тогда и сейчас. Мистер Реддл сидит в кресле с книгой, перелистывая страницы. Мальчик неотрывно смотрит на узловатые тонкие пальцы, скользящие по тексту, на двигающиеся зрачки. Мистер Реддл, определенно, восхитителен. Его новая и первая в жизни муза, его божество.