неопределённость чувств.

***

— «ты мне нравишься». — «извини, я не могу врать себе, а тем более тебе, рики. и ответить тебе взаимностью тоже».

***

вопрос, который мучил рики с самого детства, зачем люди просят остаться друзьями после того, как разбивают сердце? ведь рики такой, что сам по себе не уйдет никуда, если влюблён. и сейчас, прокручивая в голове последнюю встречу со своим другом сону, он упирается кулаками в кресло и зажмуривает глаза. больно. слишком больно слышать это. по правде, в мире есть около трех видов боли из-за любви. зачастую люди говорят, что любовь приносит одну боль, но они неправы. первый вид боли от любви, это, скорее всем известная невзаимность. когда человек не чувствует тех же чувств к тебе, либо же совсем влюблён в другого человека. из-за такой боли, люди часто совершают ошибки, причиняют себе физическую и моральную боль, смешав все в одно, лишь бы не чувствовать так много. но, это не дает должного эффекта, ведь чувства — это не то, что можно скрыть от самого себя. от кого-то — да, и то, не все на это способны. но от себя родного ни за что. второй вид боли зависит уже от двух людей. когда видишь людей, которые состоят в отношениях, не имеет значения, долгих или нет, и они разрушают то, что было и есть между ними по сей день. бывает такое, что пары действительно не подходят друг другу, но в большинстве случаев, дело не в этом. люди упрямы, люди эгоисты, и никто не побоится таких слов, ведь каждый сам о себе всё знает сам. любить — это тоже некий труд, который должен пройти каждый человек, чтобы быть в счастливых отношениях. в паре любить не может лишь один. этого недостаточно. именно поэтому, страдает тот, который свою любовь отдавал, но не получал в ответ ничего. такая боль смешивается с чувством неполноценности, когда человек думает лишь «а что со мной не так?». в таком случае, только сами люди могут понять, что они чувствуют и как они могут понимать свои чувства. строить отношения без чувств — причинять боль второму человеку. а вот, третий вид боли, который относится к остальным двум менее сильно — это потеря чувств. в такой ситуации, страдает тот, к кому погасли чувства. просыпается обида, злость, разочарование в себе, в человеке, в жизни. просыпаются обвинения, которые, по-сути, не правдивы, ведь человек, чувства которого погасли, вовсе не виноват в том, что так произошло. никто не в праве заставить себя полюбить или разлюбить человека насильно. чтобы разлюбить многим требуется тонное количество времени, что иногда приводит к не самым лучшим последствиям. управлять чувствами сложно, почти нереально. поэтому, винить человека за потерю любовных чувств — совершенно глупо. всё, ради чего ники жил последнее время, был ким сону. тот парень, что заставил его вновь почувствовать такое светлое, казалось бы, чувство, как «любовь». конечно, мечтать и представлять что-либо до самого признания было глупо, но ведь он человек, человек с чувствами и сердцем, его можно было понять, если встать на его место. сону был прекрасным, очаровательным парнем. можно сказать, что он говорил бы типичное клише о нем, но именно привлекло рики в сону его поведение и лисий взгляд. естественно, рики всегда смотрит на глаза людей. их взгляд, чаще всего, говорит намного больше, чем когда они расскажут что-то вслух. их глаза злые, бесчувственные. а у ким сону бездонные, тёмно-карие волны, в которых возможно утонуть. эти щёки, словно спелые персики, которые ники очень любит потрогать невзначай, будто делает это не специально. и нишимура бы долго перечислял, что ему понравилось в сону. его друг часто проводит с ним время, хоть знакомы они не так и давно, но достаточно, чтобы хорошо знать друг друга. и рики мучила совесть за эти чувства. но, всё-таки, сам парень придерживался лишь одного. что бы ни случилось потом, он всегда расскажет все так, как чувствует, даже если потеряет друга. «мы же останемся друзьями?» рики кивнул в тот момент, пробормотав на последок что-то невнятное, тихое, такое как «я в порядке» и скрылся за поворотом. сону смотрел ему в спину грустно, долго, пока сам не ушёл, почувствовав лёгкий мороз на щеках. что, по вашему, мог чувствовать рики после этого? когда до этого признания, он считал сону своим светом, своим спасением, и это звучит совершенно не как «красивые слова из книг», а на самом деле. у рики он был единственным, к кому он мог пойти, к кому мог обратиться за любым вопросом, с кем мог просто погулять и провести время. сам всё испортил своим признанием? возможно. но он не жалеет, что не скрыл свои чувства, а открылся, знает, что сону не оттолкнул бы его, не засмеял, а просто принял, попросив остаться друзьями. как он и сделал. потому что сону был хорошим, спокойным и понимающим. всегда понимал рики лучше кого-либо другого. но внутри, зная что сону на самом деле отказал ему, стоял бушующий ураган чувств. глаза поднимались к потолку, чтобы прогнать слёзы, что наворачивались на глаза. он проверял социальные сети ким сону, натыкаясь на какие-то веселые комментарии друзей, где сону весело отвечает им. пока рики стоит в своей комнате с разбитым сердцем. это была такая ирония. всё, что ранее имело смысл, потеряло в миг. рики чувствовал себя ущербно, загнанно, разорвано. будто кусок его оторвали и выкинули, оставив жить дальше так, как пойдет, приживаться к чувствам и не иметь и шанса на взаимность. невозможно объяснить то, что творилось внутри. все органы будто рвались наружу, истерикой и не пахло, зато волнение и тревога охватили парня с головы до ног. он лёг на постель. всё, что он делал — наблюдал за сону. онлайн он или нет, что делает, что пишет. сердце желало одного — говорить только с ним, вернуться к нему. но, теперь, он точно не имеет никакого шанса и возможности даже написать, ведь он не хочет быть в глазах сону навязчивым придурком. у ники не осталось никого, лишь тёплая подушка рядом, зато у сону было куча друзей, которые заменят рики по щелчку, для чего не понадобилось бы много времени. но, сону сказал, что не отвернется. что продолжит общение. видимо, сейчас ему было неловко, особенно после всего, что он узнал, поэтому писать он не горел желанием. а рики только и ждал его сообщения. горячие капли стекали по щекам, высматривая зеленый кружочек около аватарки сону, что означал «онлайн». чувства человека одна большая проблема, с которой он не в силах разобраться даже сам, чего уж говорить о других. сам сону и с головой разобраться не мог, когда вернулся домой, закинул сумку за шкаф и тупо пялился на входную дверь. его разрывало от чувства вины. рики — красивый, молодой парень, привлекательный и достаточно весёлый. можно сказать, что он даже его идеальный тип, но почему-то каких-то особенных любовных чувств сону не ощущал к рики. его тянуло, но на странном уровне, который сону еще не мог понять вовсе. это странная, сладкая тяга, которая понятна не всем, а бедному сону, который за свою жизнь и признаний в любви-то не слышал, так тем более не понятна. он закрывал глаза, представляя, что сейчас чувствует рики, как он, и в порядке ли всё с ним? вдруг он плачет? насколько же сильно сону задел его чувства? сону никогда не слышал отказов в свою сторону, но и сам никогда не отказывал. теперь, к сожалению, список пополнился на плюс один. сону поджимает губы, точно также рассматривая страницу рики, который сидит онлайн. странно, что он делает сейчас? хотелось написать, узнать, как его состояние, а может сорваться и приехать к нему, как сону привык делать, но он молчит, решив дать ему личного времени и пространства, что, возможно, было необходимо парню. но нет. сону не знал, что на самом деле, рики мечтал увидеть в чатах новое сообщение от сону. он хотел поговорить с ним на любую тему, лишь бы заглушить чувство ненужности, которое он испытывал после глупого отказа. теперь, кому он нужен вообще, если не сону? а сону, видимо, и не нужен больше.

***

«приедешь на ночёвку?» рики тупил в экран телефона спросонья. два дня он не вылазил с постели. кажется, у него появилась щетина, рубашка помялась, а на голове явно не красивая укладка. наконец, спустя два дня, получить сообщение от сону было неожиданностью. рики кусал губы, рассматривая каждую букву, которую написал сону для него. сердце билось, как бешеное. такое чувство, будто он вот-вот умрёт от ханахаки, или как там называется эта болезнь. ведь, невзаимные чувства, и есть смысл этой болезни. значит, рики самое время было бы исчезнуть из этого мира, если бы така болезнь застала бы и его в этом мире. и, как ни странно, но рики согласился приехать. на улице было около семи вечера, поздновато для февраля, уже стемнело, а снег небольшими крупинками продолжал падать на и так заснеженные дороги. нишимура привел себя в порядок, наконец придя в образ нормального парня, с нормальной укладкой, чистой одеждой и приятным на запах одеколоном. который, к слову, очень нравился сону. сону неловко переминался с ноги на ногу, пропуская рики внутрь. желал ли он обсуждать то, что случилось, и что они обсуждали на днях, пока стояли на морозе, выясняя чувства друг друга? хотя, разве это можно было назвать выяснением? бедный, зашуганный рики еле как вымолвил три главных слова, от которых зависела его жизнь, а сону стоял как вкопанный в эту чертову землю, прирос словно, не зная, какие слова подобрать, чтобы сказать все правильно и не обидеть. но, обидел. любой человек будет чувствовать грусть, разочарование, обиду, ведь, знать, что ты не нравишься человеку, который безумно нравится тебе — самое обидное. то, что очень тяжело зарыть глубоко внутри и не выпускать. тяжело забыть и выбросить из головы по щелчку пальцев, словно и не было вовсе. тяжело. и рики было тяжело, поэтому сейчас, пройдя внутрь его зала, он сидел, сжав коленки, пока сону выбирал фильм, который они будут смотреть. это уже была как традиция. но что-то тут явно было не так, атмосфера уже вовсе не та, что была раньше. — рики… не молчи. — что мне сказать? — мы ведь друзья? — друзья, — он покачал головой, не поднимая глаз на сону. так хотелось кричать «я люблю тебя, к чёрту», но не мог. знал, что нарушать чужие границы, лезть в душу — это запрещено. сону человек, не робот, его нельзя заставить, нельзя вырвать сердце или заставить его любить его также безумно, как любит его рики. хотелось только упасть на пол и кричать. — рики, я не знаю, что я чувствую к тебе. я отказал тебе, потому что я не могу разобраться в себе, и не разберусь никогда. меня тянет к тебе больше физически, чем морально. я не хочу использовать тебя. они смотрели фильм молча. рики долго думал над словами. даже фильм не смотрел толком, ведь, на кой чёрт он сдался, этот фильм, если слова, которые сказал сону, вселяли в него надежду? разве ники не мог бы помочь сону разобраться в его чувствах? после одиннадцати, сону предложил пойти спать, потому что в сон очень клонило, учитывая то, во сколько он вставал сегодня на учёбу. завтра, слава богу, выходной, значит можно выспаться. рики сону положил в своей комнате с большой кроватью, а сам лёг в маминой спальне, которая раньше жила с сыном в одной квартире. только, что-то внутри по прежнему грызло. мысль, что рики был за дверями комнаты, не давала спокойно спать. он, надев тёплые носки, открыл дверь своей комнаты, где лежал рики, и прошёл ближе. смотреть на него с замиранием сердца было самым интересным занятием в полночь. на его лицо попадал свет фонарей, поэтому сону пришлось прикрыть шторы, чтобы рики мог спокойно уснуть. но, как оказалось, он не спал. парень приподнялся, когда увидел сону в комнате и вопросительно выгнул бровь. — что? — можно… к тебе? о чем говорил сону. физическое присутствие рики всегда успокаивало. они довольно часто спали вместе в одной кровати. но в этот раз это ощущалось иначе. нишимура кивнул на чужую просьбу и безразлично повел бровями, отворачиваясь в сторону двери. одеяло было лишь одно, поэтому сону залез под него, укрывшись лишь краешком. было холодно, но ничего не поделать. главное, что ники тут. правда… этого было недостаточно. всякая необходимость почувствовать тепло тела от рики взяла вверх, и сону придвинулся ближе, нарушая чужие границы, которые, казалось, уже дальше некуда нарушать, пробрался к груди и прижался носом к ключицам. рики этот жест оценил бешено стучащим сердцем. сону чувствовал это, улыбаясь. как жаль, что он не мог просто сказать в ответ рики «я люблю тебя». единственное, что он смог, это поднять взгляд полный звёздочек, и вопросительно смотреть в глаза. долго и завораживающе, как любит рики. такое, словно гипноз его берёт. потому что сону звездный мальчик. его губы были смазаны лёгким бальзамом для губ, что пахнул какими-то ягодами. не получилось не притронуться своими. как бы абсурдно не выглядело, но рики целовал сону, чувствуя его руки на своей груди, прижимая ближе к себе. никакой настойчивости, просторный, лёгкий, первый поцелуй, вызванный сильными эмоциями, чувствами и странными желаниями. пухлые губы прокрались ниже, к шее, задевая милые родинки сону, которые он так любил скрывать тональным кремом. но, рики любил даже их. у него у самого их было очень много по всему лицу и телу, а у сону они выглядели еще более красивее. звезды, рассыпанные на теле. сону сам по себе сплошная звезда. пара оставленных засосов на бледной шее будут вызывать вопросы завтра, если сону не найдёт чистую рубашку с воротником. рики заигрался, но это не было чем-то плохим, хоть и на самом деле совершенно неправильным. сону не любил рики. но его тепло любил, его поцелуи мягкие, а касания нежные, заботливые, словно материнские. ему было это нужно сильнее всего. сильнее чувств рики. сону эгоист? или просто не может понять, что значит «любить»? — спасибо. — вот бы ты сказал кое-что другое. сону улыбался грустно, пристроившись на тёплой груди. ладонь рики находилась на светлой макушке, поглаживая то и дело, чтобы сон пришел быстрее. нежность, что дарил сону рики, была неописуемо волшебной. ники был тем, кто дарил любовь. а сону нравилось получать её.