Сказочная ночь

      Идя по ночной улице Окенавы, Ланга до сих пор не мог поверить, что согласился прийти на ночевку к Рэки. Да, они лучшие друзья, проводят много времени вместе, но даже в друзей можно влюбиться. Хасегава и сам не заметил, как это произошло. После этого осознания ему очень неловко находиться рядом с рыжеволосым.       Рэки в свою очередь не совсем понимает, почему Ланга иногда ведет себя странно. Кян боится, что у друга что-то происходит, но тот молчит, поэтому решил пойти на крайние меры и устроить ночевку, чтобы поговорить по душам. В этот момент они находились в скейтпарке, в котором они часто катались вместе. Рыжеволосый решил не тянуть и заговорил:       – Эй, Ланга, может у меня соберемся на ночевку? Как раз родные уезжают по делам, – Рэки наблюдал за реакцией друга, но тот ничего не ответил. – Правда они оставляют еще двойняшек на меня.       – То есть ты меня зовешь, чтобы понянчиться со своими сестрами, Рэки? – после короткого молчания спросил Ланга и, слегка наклонив голову набок, подозрительно посмотрел на рыжеволосого.       – Ну, понимаешь, они хоть и мои младшие сестры, но их компания немного скучновата для семнадцатилетнего парня. А так можно время с лучшим другом провести, так почему нет, – Рэки повис на шее Ланги, от чего тот слегка смутился, но согласился на предложение "лучшего друга".       Таким образом, в тихую ночь Хасегава шагает в сторону дома семьи Кян. Остается еще несколько метров, а в его душе начинается трепет и волнение. В нем проснулось сомнение. Может, не стоило соглашаться. Да, они лучшие друзья, но Ланга боится, что этой ночью что-то произойдет. Вдруг чувства могут только усилиться. Вдруг Рэки все узнает. Вдруг их дружба на этом прекратится. Много этих "вдруг". Хасегава остановился почти напротив дома Рэки с мыслью, что надо вернуться домой, написать рыжеволосому, что появились неотложные дела, и извиниться. Ланга, разворачиваясь, кивнул своим мыслям, но его неожиданно позвали. Хасегава развернулся в сторону голоса.       – Ланга, я тут наверху! – подняв голову, голубоволосый увидел Рэки, который выглядывал из окна и махал рукой. - Заходи, а то простудишься еще.       Кян уже скрылся в доме, а Хасегава так и смотрел в окно. На улице было не так уж и холодно, но по всему телу Ланги пробежались мурашки. Он и сам не понял, то ли от переживания, что будет этой ночью, то ли от слов рыжеволосого, которые прозвучали так заботливо.       Хасегава теперь уже с уверенностью направился к дому семьи Кян. Отступать было поздно. Зайдя внутрь, голубоволосого встретила теплая улыбка Рэки. Опустив взгляд чуть ниже, Ланга заметил двойняшек, которые, схватившись за брюки старшего брата, наблюдали за гостем. Хасегава слегка улыбнулся и поздоровался с малышками. Кян предложил выпить чай с пирогом, и младшие сестры тут же побежали на кухню, радостно крича: "Пирог!".       Пока Рэки делал чай, он чувствовал на себе взгляд друга. Такое было и раньше, но сейчас совершенно другая обстановка. Спокойная и домашняя. В отличии от скейтпарка или гонок, где ты совершенно не обращаешь внимания на то, что за тобой кто-то наблюдает, так как народу много. Да и не до этого ведь. Даже когда Ланга был у них в гостях, Кян не обращал внимания на то, что за ним могут наблюдать. Наверное, потому что дома были все, а сейчас остались только двойняшки. Сколько бы Хасегава не приходил в гости, он не оставался на ночь. Хоть мама Рэки и предлагала голубоволосому переночевать, так как парни засиживались допоздна. Но наконец Ланга согласился прийти, и теперь ему не избежать душевного разговора.       – И как надолго уехали родители? – решил прервать нависшую тишину Хасегава.       – Завтра днем уже вернутся. Они каждый год уезжают к родственникам, – ответил Рэки, ставя перед другом и сёстрами нарезанный пирог с чаем.       У Ланги возник вопрос, для чего они уезжают, но тут же потерял к нему интерес. Его это волнует гораздо меньше, чем времяпровождение с Рэки.       Попив чай, рыжеволосый предложил сестрам посмотреть мультики по телевизору, а после они должны будут готовиться ко сну, так как время уже не детское. Двойняшки переглянулись, потом снова посмотрели на брата и попросили сказку перед сном. Кян не очень хотел читать одну и ту же книжку каждый раз, но согласился, лишь бы сестры были довольны. Включив двойняшкам телевизор, Рэки предложил Ланге сходить пока в гараж, чтобы тот посмотрел на свою доску. Хасегава вспомнил, что отдавал скейтборд другу для проверки. Все таки, Рэки в этом больше разбирается.       – Я осмотрел доску и в принципе все в порядке, – проговорил рыжеволосый. – Можем, когда сестры уснут, то прокатиться. Тут, возле дома.       – Думаю, что лучше завтра покатаемся, а сегодня просто проведем время вместе, – с легкой улыбкой проговорил Ланга, а потом опешил. – Как друзья разумеется.       Хасегава нервно засмеялся и немного покраснел. Конечно, странное поведение не ускользнуло от внимания Рэки. Он пристально смотрел на Лангу, и их взгляды встретились. От этого голубоволосый засмущался еще больше. Он не мог оторвать взгляд от янтарных глаз, в которых парень заметил беспокойство. Голубоволосый непроизвольно опустил взгляд ниже, на губы рыжеволосого, но сразу же отвернулся в сторону. Сердце начало биться сильнее. Ланга не хотел, чтобы в этой тишине Кян услышал частое сердцебиение, и проговорил:       – Рэки, пошли в дом. Кажется, уже поздно и двойняшек пора укладывать спать.       Рыжеволосый с непониманием наблюдал за другом, который смотрел куда угодно, только не на него. Немного позже парень все же повернулся к лицу Кяна с мягкой улыбкой. Рэки слегка смутился. До него дошло, почему лучший друг стал вести себя странно. Он понял почему Хасегава всегда смотрит на него, пока он занимается другими делами, а когда их взгляд встречается, то голубоволосый также отворачивается. Но в следующую минуту рыжеволосый засомневался. Нельзя же делать поспешных выводов.       – Ланга, ты... – Кян остановился на полуслове, а голубоволосый вопросительно взглянул на него. – Нет, ничего. Думаю, что ты прав. Надо уложить двойняшек спать. Рыжеволосый, позвав за собой друга, направился в дом. Рэки решает, что не будет торопить события. Да и вдруг он ошибается. Будет крайне неловкая ситуация. Кян просто дождется, когда Ланга сам обо всем расскажет или когда голубоволосый не сможет избежать вопроса.       Зайдя в комнату, парни увидели, что двойняшки уже сонные, но ещё не спят. Заметив брата, сестры подскочили и начали просить сказку перед сном. Взяв книгу, которую уже кучу раз читал двойняшкам, рыжеволосый лёг на кровать. Сестры заняли место с одной стороны от Рэки. Ланга не знал, что ему делать. Есть ещё место, чтобы он лёг рядом с другом, но стоит ли. Пока Хасегава мялся возле прохода, Кян заметил замешательство друга и подвинулся чуть ближе к сёстрам, оставляя больше места с краю для голубоволосого.       – Давай ложись к нам, – проговорил рыжеволосый, похлопав ладонью по свободному месту.       Ланга со смущением сел совсем с краю, на что Рэки тут же среагировал. Он обнял Хасегаву и начал тянуть к себе. Парень в свою очередь смутился еще больше над действиями друга.       – Двигайся ближе. Места на всех хватит. Чего как не родной, – проговорил Кян, а потом приблизился к уху голубоволосого, чтобы сестры не услышали. – Мы все равно уйдём в другую комнату, как только двойняшки уснут.       От голоса, который шептал в ухо, у Ланги пробежали мурашки по телу, участилось сердцебиение и появился румянец на щеках. В голове лишь один вопрос:"Что творит этот парень?". Рыжеволосый просто дразнит голубоволосого. Ещё и с невинной улыбкой. Он ведь доиграется.       Ланга пододвинулся ближе, на что Рэки широко улыбнулся. А вот Хасегава улыбнулся с натяжкой. Он пытался успокоиться. Что получилось только, когда рыжеволосый начал читать сказку про Золушку. Читал он с выражением, а сестры, как будто впервые слышали эту историю, с интересом переводили взгляд то на картинки в книжке, то на брата, внимая каждое его слово. Вскоре малышки начали засыпать от мягкого голоса Рэки, который заканчивал читать.       – "А через несколько дней они сыграли весёлую свадьбу", – прочитал последнюю строчку Кян и взглянул на сестёр, которые уже сладко спали.       В эту же минуту он почувствовал, как ему на плечо улегся Ланга, который держался изо всех сил, чтобы не уснуть, но провалил свое задание. С таким количеством мыслей день выдался трудноватым.       Рэки думал разбудить друга. Хоть он и говорил, что места хватит всем, но спать тут будет неудобно. Наклонив голову так, чтобы увидеть лицо Хасегавы, рыжеволосый слегка смутился. Тусклый свет от настольной лампы освещал мирно спящее лицо голубоволосого. Рэки улыбнувшись мягко поцеловал макушку Ланги, который заерзал и, причмокивая, произнёс имя Кяна. Рыжеволосый слегка отдернулся и покраснел. В голове сразу начался хаос:"Что я только что сделал? Мне просто захотелось, вот и поцеловал. Он проснулся? Вроде, спит. Ланга говорит во сне? Не знал об этом. Он моё имя произнёс?". Пока вопрос за вопросом возникают в мыслях, Рэки не заметил как Хасегава уже сел ровно и тер глаза от сонливости.       – Рэки, что-то случилось? Выглядишь нервным, – заговорил голубоволосый, от чего Кян вздрогнул. – Сестры уже уснули?       – А, да, – рыжеволосый ответил только на последний вопрос. – Пошли в мою комнату, мы там уляжемся.       Ланга кивнул и вышел из комнаты сестёр первый. Пока Рэки выключал свет и укрывал малышек, Хасегава успокаивал сердцебиение. Сквозь сон он почувствовал, как Кян поцеловал его в макушку. Еще и сновидение было приятным и теплым. Увидев, что рыжеволосый выходит, голубоволосый выпрямился и улыбнулся как ни в чем не бывало, хоть внутри была буря эмоций. Рэки в свою очередь улыбнулся в ответ, скрывая такую же бурю эмоций. Они вместе направились в комнату Кяна.       Рыжеволосый только сейчас задумался, как они будут спать. Конечно, можно лечь вдвоем на кровать, места им хватит, но это слишком будет смущать. Если учитывать, что недавно произошло. Кян принял решение, что ляжет на полу.       – Ланга, пока устраивайся на кровати, а я принесу себе раскладушку, – сказал Рэки, скрываясь за дверьми.       Хасегава, сев на кровать, кивнул. Он опустил взгляд, смотря в одну точку на полу. Если быть честным перед самим собой, то голубоволосый был бы не против спать в одной кровати. Может, стоило об этом сказать. С другой стороны вдруг Рэки не согласился бы.       Через некоторое время рыжеволосый вернулся, но с пустыми руками. Он не смог найти раскладушку.       – Что ж придется спать вместе, – неловко сказал Рэки. – Чур я с краю.       – Хорошо, – мягко улыбнувшись, ответил Хасегава.       Они легли спина к спине. Ланга не мог уснуть, как впрочем и рыжеволосый. На время синхронизировавшись, они легли на спины. Каждый задумался о чем-то своем. Рэки беспокоили вопросы о том, что происходит с его лучшим другом. Правда ли, что Хасегава может быть влюблен в него. Голубоволосый в свою очередь вспоминал нежный поцелуй Кяна. Задавался вопросом, почему он это сделал. Вспомнив еще сон, Ланга подумал, может рассказать о своих чувствах. Или намекнуть. А вдруг Рэки уже начал догадываться, и этот поцелуй был сигналом. Долго решаясь, Ланга все таки заговорил:       – Мне приснился сон, – Рэки повернул голову к другу и с интересом ждал, когда тот продолжит. – В нем ты был Золушкой, а я принцем.       – Что? Почему это я принцесса? – тут же вскочил рыжеволосый, а Хасегава прикрыл рот ладошкой, чтобы громко не засмеяться над реакцией друга. – Смейся, смейся, пока можешь. Принцесса видите ли я. А, ну, иди сюда.       Кян быстрым движением сел сверху на голубоволосого и начал его щекотать. Тут уже сдержать смеха не получилось.       – Рэки, стой! Остановись! – Ланга просил друга прекратить, но это не помогло, тогда он схватил Кяна за руки и опрокинул его на спину. – Вот мы и поменялись местами.       Рыжеволосый от неожиданности покраснел до кончиков ушей, а улыбка с лица Хасегавы начала медленно исчезать. Он был поражен таким быстрым переходом эмоций. Совсем недавно Рэки делал вид, что злиться, а сейчас он молча лежит, стесняясь что-либо сказать. Ланга любовался с верхнего ракурса на друга, который пытался скрыть смущение. Голубоволосый наклонился ниже, а Кян медленно повернулся к лицу друга. Их взгляды на миг встретились. Теперь не Хасегава отворачивался. Увидев, как реагирует рыжеволосый, парень набрался смелости и наклонился еще ближе, обжигая своим дыханием кожу Рэки.       – В этом сне ты был моей принцессой, а я был твоим принцем, – проговорил Ланга, а у Кяна по телу пробежались мурашки. – Мы танцевали на балу, а потом вышли на балкон замка. Лунный свет освещал твое прекрасное лицо, – Рэки снова медленно повернулся к лицу голубоволосого, встретившись с его нежным взглядом. – Я могу любоваться им вечно.       – Хочешь сказать, что...       – Не знаю, когда это началось, но я просто проснулся с мыслью о тебе, – перебил его Хасегава. – После этого я не могу уснуть, не думая о твоих красивых янтарных глазах, о твоем прекрасном смехе, о твоих стараниях в скейтбординге. Я и сам не заметил, как начал любоваться тобой, пока ты занят чем-то.       Ланга не мог признаваться в чувствах, нависая над любимым человеком, поэтому он сел на край кровати. "Значит, я был все таки прав, и Ланга правда влюбился", – пронеслось в голове рыжеволосого. Рэки, опираясь на локти, привстал и наблюдал за Хасегавой. Комнату, охватившую тьмой, освещал только лунный свет, который попадал через окно. В этом лунном свете Кян снова увидел эти красивые черты лица друга, но друга ли теперь. "Видимо, не только Ланга влюбился", – подумал Рэки, заливаясь краской от смущения. Голубоволосый повернул голову в сторону рыжеволосого, а тот мигом отвел взгляд.       – Слушай, – начал бубнить себе под нос Кян. – Почему ты не говорил об этом? Я, знаешь ли, беспокоился, что с тобой что-то странное происходит. Решил эту ночевку устроить, чтобы с тобой по душам поговорить.       – Считай мы и поговорили, – улыбнулся Ланга, понимая, что Кян расположен к признанию не с презрением. – Не говорил, потому что не знал, как ты отреагируешь. Боялся, что вдруг на этом наша дружба прекратиться.       – Может, тогда прекратим ее, – после короткого молчания сказал Рэки, повернувшись к голубоволосому, у которого сразу исчезла улыбка, и взгляд такой словно весь внутренний мир разрушился. – Будем вместо друзьями парой, что скажешь?       Кян широко улыбнулся. На Хасегаву нахлынули разнообразные чувства: облегчение, радость, непонимание и злость. На последнем он задержался больше.       – Да иди ты, Рэки, – голубоволосый демонстративно отвернулся, скрещивая руки на груди.       – Ну, я же пошутил.       Сдерживая улыбку, рыжеволосый наклонился к Ланге, кладя руку на плечо парня, чтобы тот обернулся. В этот момент голубоволосый резко поворачивается и быстро целует Рэки в губы, застав его врасплох. От неожиданности у Кяна участилось сердцебиение, а Хасегава остался доволен своей проделанной работой.       – Я согласен, – ответил голубоволосый на предложение, обнимая Рэки. – Я так счастлив, моя принцесса.       – Ты кого принцессой назвал? – с недовольством проговорил Кян, вырываясь с объятий Ланги, но поняв, что это безуспешно, обнял в ответ. – Я тоже счастлив, Ланга.