Ты нарушил моё одиночество

После недолгих посиделок Влад, Доспехи и Саша ушли домой. Ожившая броня долго благодарил Варю за возвращение, и даже отдал честь, на прощание. Если бы не Морок и Абрикосов, Доспехи, наверное, так бы и остались на пороге девичьего дома, раскланиваясь. — Ну, Доспехи, конечно, обалдеть какие крутые! И в бою шикарны, и как собеседник идеальны, просто вау! Это же прям… Прям мечта каждого, иметь такого друга! — Алёнка продолжала разговор со Снежкой, обсуждая всё и хорошее, и плохое. Внезапно в ее голове возник образ Саши, в котором явно что-то было не то. Единственное, что бросалось в глаза в образе парня, так это отсутствие радужки в глазах. Аленка так и не поняла, почему Морок пожертвовал своим голосом ради какой-то детской мечты человека, с которым ранее они не так уж и тесно общались. По сути эти двое были друг другу абсолютно посторонними людьми, а теперь между ними так и витают искорки зарождающейся симпатии. — Влад… а Влад… А какая у тебя-то магия теперь? Ты же говорил, что эта банда тебе что-то дала. Или обманули? — Сашка убрал ковёр с пола в комнате от греха подальше, чтобы можно было спокойно тренировать свою магию, и ничего не спалить вокруг. Парень периодически сжигал ненужные бумажки, которые он давно хотел выбросить. С каждым днем управлять своей магией становилось все проще, чему Абрикосов не мог нарадоваться. На самом деле он до сих пор до конца не мог поверить в то, что мечта его детства исполнилась. Ему всю жизнь говорили, что волшебниками не становятся ими рождаются, а тут такой подарок судьбы. Морок сидел на полу и смотрел на то, как Саша испепеляет макулатуру. Видя его счастливое лицо Влад понимал, что поступил правильно. Потеря голоса явно стоила того. Владыка подозвал к себе Доспехи, несколько раз ударив кольцом по полу. Те тут же появились перед ним. Влад что-то прожестикулировал, и убедившись, что они все поняли, указал в сторону Абрикосова, побуждая к действию. — «Магия всего метала. То есть, например, взяв кольцо в руки, он может превратить её в иголку, или расплавить. А может удлинить, и сделать, например, маленький ножик, но никакой практики не было. Да и к тому же он сам пока не понимает, как ею пользоваться, поэтому пока не пробует, дабы кого-нибудь случайно не убить» — переводя все, что сказал хозяин, Доспехи сели рядом с парнями, наблюдая то за Владом, то за Сашей, ожидая от них дальнейших действий. — Металла?! Ого! Мне кажется это очень круто! Ну попробуй что-нибудь сделать, хотя бы из своей цепочки. Насколько я помню, она вроде и не магическая, и не реликвия, — всё ещё сжигая в своем кулаке очередной флаер, Саша заметил, как Морок улыбнулся и помотал головой, показывая жесты Доспехам. — «Я даже не помню откуда она у меня. По-моему у кого-то спёр.» В этот момент Морок лишь одним сильным и резким движением руки сорвал цепочку и взял небольшие отлетевшие части, скрепляя их воедино с остальной цепью. В руках Морока металл стал очень податливым, растягивая его в разные стороны, он то удлинял, то собирал его обратно, возвращая в прежнее состояние. В очередной раз максимально растянув цепь, Влад опустил ее конец в тазик с, уже мутной от пепла, водой. Убедившись, что изделие остыло, мужчина аккуратно прикоснулся им к руке Саши, который все это время завороженно наблюдал за действиями Владыки. Спустя пару секунд, вместо цепочки в руках красовалась небольшая тиара, с минималистичными завиточками в виде растений. Она не резко появилась в его руке, а лишь по истечению нескольких минут формировалась в его ладони, а металлические росточки растягивая к верху, образуя небольшие листочки. Саша не мог поверить своим глазам. Он недоумевающе смотрел на происходящее, предполагая, что Влад его все-таки немножко обманул, и на самом деле он много тренировался. — Морок, ахуеть! Вот это… Да врёшь ты, что не практиковался! — Сашка взял тиарочку в руки и поставил её на волосы, выпячивая торс, выгибая спинку и подставляя обратную сторону ладони к подбородку, изображая какую-то принцессу. Он исказил голос, сделав его непривычно высоким, но все еще глубоким. — Ой! У меня такая шикарная тиара, что я просто без ума от ювелира, который её сделал! Отдайте ему треть казны, он заслужил! — Саша аккуратно снял украшение и надел на Морока будто обруч для волос. — А теперь шикарный ювелир, посвящаю вас в принцы тридцати двух квадратно метровой квартиры! — Абрикосов с удовольствием наблюдал, как Влад угарает с комичности ситуации, уткнувшись в свое колено, вытирая об него выступившие слезы. Не желая упустить такой прекрасный момент, Герой достал из кармана джинс свой телефон, ставя камеру на таймер. — Влад! — Морок обернулся в ту же секунду, и его лицо запечатлела камера. Спокойное, немного уставшее, а так же непонимающее, что происходит. Следившие за этим всем Доспехи будто почувствовали, что что-то да намечается, поэтому быстренько смылись на кухню, скрепя, стукаясь и шурша. Продолжая улыбаться Влад, отодвинул тазик с мутной водой и потянулся к телефону, чтобы посмотреть, что же там получилось и скорее всего удалить это творение. По какой-то причине он не менял позу, а Саша все дальше и дальше отодвигал руку с гаджетом, заставляя Морока демонстрировать свою растяжку. В конце концов нога соскользнула, и Влад упал, уткнувшись в шею Абрикосова своим носом. Повисла неловкая пауза. Учащенное дыхание парней, опаляющее шею Саши и макушку Влада. Их бешеное сердцебиение и абсолютная пустота в головах, подталкивала на продолжение шалости, на раскрытие всех потаенных чувств их души. Первым к более активным действиям перешел Морок, обхватывая своими горячими губами нежную кожу шеи Абрикосова. После он медленно отстранился, снимая с себя тиару, украшая ей голову парня. Смотря в карие глаза, Влад осторожно провел своей рукой по предплечьям Саши, поглаживая кожу, добираясь до сжимающей телефон ладони. Дальше все происходило слишком быстро. Морок выдергивает из вспотевших рук гаджет, тут же направляя его на растерянное лицо Абрикосова, фотографируя. Владу всегда нравилась эта легкая заторможенность Саши в неловких, смущающих его моментах. Его застывшее, в милом выражении, лицо, не могло не вызвать улыбку. Опомнившись, Сашка подполз к Владу, вставая перед ним на колени. Парень обхватил лицо Морока горячими ладонями, опускаясь легким поцелуем его щёки. После своего действия Саша будто бы очнулся от наваждения, резко распахнув глаза. Его сердце буквально выпрыгивало из груди, а голову начали посещать неприятные мысли, которые резали его душу на части.

А что если это была просто шутка?

А что если это был лишь шуточный подкат?

А что если он просто неудачно пошутил?

Эта была просто шутка?

Хоть Влад и изменился, но никто не отменял

его характера и шуточек.

Влад почувствовал резкое изменение в настроении Героя. Мужчина увидел, как парня буквально лихорадит, поэтому, надавив тому на верхнюю часть бедер, Влад принудил Саша опуститься на пятки.

Сейчас будет серьёзный разговор?

Это всё закончиться?

Он скажет, что это была просто шутка?

Влад перехватил лицо парнишки, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Он пробовал что-то сказать, но Саша видел лишь бессмысленное шевеление, таких красивых, губ.

Всё? Это конец?

Он сейчас просто скажет

что пошутил и уйдёт?

А что если расскажет девчонкам?

А что если запостит где-нибудь?

Выложит?

Рука с щёк переместились на затылок, начиная ласково поглаживать, в то время как сам Влад прикоснулся лбом ко лбу Саши, опаляя горячим дыханием его щёки. Мужчина чувствовал себя чертовски бесполезным, понимая тот факт, что он не может помочь человеку, которого он так любит. Не может объяснить ему, что все чувства взаимны.

Это опять его приколы?

Это просто жалость?

Сострадание?

Влад долго вглядывался в лицо Саши, на котором пока отражалось полное непонимание к происходящему. Мужчина приподнялся на коленях, прижимая голову парня к своей груди, давая послушать как сильно бьется его сердце. «Пожалуйста, пойми меня. Пойми, что я чувствую тоже, что и ты…» — проносилось в голове Морока, пока он перебирал волосы шатена. Спустя несколько секунд Влад почувствовал на своей футболке что-то мокрое, он осторожно отстранил от себя Абрикосова, вновь всматриваясь в его лицо. С карих глаз скатились несколько слезинок, которые Владыка тут же смахнул большими пальцами, мотая головой из стороны в сторону, шевеля губами: «Не надо родной, не плачь! Я тебя люблю.» — Ты же н-не шутишь…? — Абрикосов и сам не заметил как его голос задрожал, а заметив глаза Морока, в которых было написано слишком много эмоций, перед глазами пронёсся тот вечер, когда он вновь увидел его. Израненное, уставшее и дрожащее тело, отсутствие возможности понимания происходящего, желание кони двинуть… Морок продолжал гладить Сашу по щекам, опуская ладони на плечи, спину, и наконец находя пристанище в горячих руках Абрикосова. Мужчина легонько дотронулся до мочки уха парня, целуя его ушко, пуская по телу табун мурашек. Такой нежности в свою сторону Саша не чувствовал ни от одной девушки, никто так трепетно не успокаивал его, никто не дорожил им так, как это делал Влад. Владыка, продолжая свои ласки, одной рукой дотянулся до тиары на голове Абрикосова, снимая ее. Он отстранился от парня, деформируя в руках бывшую цепочку, превращая ее в небольшое сердечко, внутри которого были выгравированы инициалы магов. Абрикосов не мог поверить своим глазам. Он не мог осознать, что всё происходящее не сон. Это слишком нереально, слишком сладко, слишком мечтательно… Доспехам, Кощею, Вась-Вась, Едвиге, девчонкам, да кому угодно он мог поверить, только не его судьбе, которая подкинула очередное испытание любовью. Старший немного отдалился от Саши и помотал головой, одними губами выговаривая: «Ты не обязан…» И не смотря на его стальную выдержку, по одним голубым омутам, Абрикосов смог понять, что внутри самого великого Князя что-то начинает потихоньку ломаться, трескаясь, как корка льда на реке весной. Долго, медленно и мучительно. — Нет! — собрав силы в кулак, Саша сам подскочил с коленей и, что было силы прижался к Владу, понимая, что шутки между ними закончились и с сегодняшнего дня все максимально серьезно. Шатен лишь терпеливо ждал, когда Морок его обнимет в ответ. Руки Владыки медленно, будто боясь, обвили спину Саши, прижимая его еще ближе. Голова парня так уютно расположилась на плече Влада, наконец отпуская от себя все дурные мысли. Обнимались долго, отстраняться никому не хотелось, дыхание и сердцебиение выровнялось, соединяясь в единый ритм. Наконец первым отступил Саша, боль в коленях дала о себе знать, поэтому он морщась, не без помощи Влада поднялся на ноги, пересаживаясь на диван, принимая лежачие положение. Морок, не растерявшись, лег прямо на бедра Саши, заставляя того смутиться. Легкие прикосновения Владыки по телу парнишки, заставляли того заметно нервничать, периодически сглатывая вязкий комок в горле. Доспехи не появлялись, а спустя какое-то время и вовсе ушли на балкон, закрыв дверь. Владу это будто послужило знаком старта, он медленно подполз к красному, словно рак, Абрикосову, нависая сверху. Его глаза изучали лицо парня, то и дела останавливая свой взор на алых губах. В следующею секунду руки Влада согнулись в локтях, опуская его еще ниже. Сначала горячее, опаляющее дыхание прямо в губы, а потом робкий поцелуй в их уголок и Абрикосов полностью теряется в пространстве, сжимая руками обивку дивана. Морок, понимая, что его не отталкивают, начал действовать смелее. Его легкие поцелуи прошлись по всему лицу Саши, захватывая подбородок, скулы, щеки, глаза, а после вновь вернулись к желанным губам, которые были призывно приоткрыты. Влад накрыл уста Абрикосова, сначала просто целуя то верхнюю, то нижнюю губу. Саша призывно поддался вперед, наконец обвивая шею старшего, заставляя буквально упасть в его объятья. Руки Морока прошлись по плечам Абрикосова, продолжая свой путь, пока не дошли до талии, сжимая ее бока. Его язык неожиданно юркнул в открытый рот, лаская верхнее небо, изучая ряд ровных зубов. Дыхание закончилось у каждого, но никто не смел отстранится, устраивая настоящую борьбу, превращая поцелуй их нежного и робкого в более напористый и страстный. Пальцы Саши уже давно были запущены в черные локоны, иногда оттягивая их, заставляя Влада сладостно стонать, усиливая свой напор. Губы у обоих опухли, а на боках Абрикосова явно останутся синяки, но об этом он будет думать завтра, когда утром встанет возле зеркала без футболки и увидит фиолетовые отметены на своем теле. Желая приблизить Морока к себе, Саша закидывает ему на талию свои ноги, прижимая бедра к бедрам. Оба давятся от новых ощущений и Влад отлипает от сладких губ, роняя голову на грудь парня. Саша не теряя времени, зарывается носом в немного влажную макушку, вдыхая уже полюбившийся ему аромат. Силы, кажется, полностью покинули Абрикосова, а может это просто нервы, которые высосали всю жизненную силу, заставляя глаза слипаться, а мозг проваливаться в сон. Заметив состояние Саши, Влад как можно удобнее улегся на его плече, скидывая с себя худые ноги, опускаясь рядом на мягкий диван. Перебить этот день сном, было явно правильным решением, с которым Владыка согласился сразу же. Как только эти двое сумели заснуть, с балкона максимально аккуратно, стараясь не скрипеть, прошли в комнату Доспехи. Заметив спящих в обнимку Сашу и Влада, их руки непроизвольно соединились к замочек, подтягиваясь к шлему. Умиление эта парочка вызвала даже у них. Внезапно, рука Влада, которая обнимала Сашу приподнялась и показала большой палец вверх, помотав пару раз рукой туда-сюда, давая понять Доспехам уйти. Приложив одну из ладоней «ко рту» хихикая, они закрыли дверь, отправляясь на кухню. Казалось, что вот оно, счастье. Ради этого момента жил Владислав Владимирович без фамилии. Он надеялся всю жизнь на то, что его кто-то взаимно полюбит, что он сможет жить, как нормальный человек, разделяя свою жизнь со своей второй половинкой. Что однажды он сможет вот так лежать и прижиматься всем телом к любимому человеку, даря ему всего себя без остатка. Не хотелось проваливаться в сон только из-за того, что Морок знал сюжет следующего сна. Знал, каким он будет, знал, что будет происходить с ним, уже прочитал про себя несколько монологов. В итоге не выдержав, он таки уснул, но вновь провалился куда-то в бездну, а очнулся он уже где-то на краю неизвестного здания. Он был без обуви, без привычной, и такой приевшейся куртки. Та с мехом, что так напоминала о семье, которая хоть и была строгой, но прожив в ней столько лет, можно было понять, что Морока там любили достаточно. Шутки за шутками, сказочки за сказочками, разговоры и прочее, прочее, прочее… Но это лишь созданный плод воображения, которого никогда не было. Он ничего не помнил, лишь знал как что-либо делать. Он начитался что-то про княжеские семьи, и приплёл сам себе какое-то детство, какого никогда не существовало. Изучил всё что было можно, прочитал все библиотеки, а теперь принялся за людей. Стал их читать, используя теорию на практике. Один персонаж из какой-то сказки ему так сильно понравился, что создавалось такое ощущение, будто они — две одинаковые сущности. Поэтому Влад и приплёл себе мальчика, любящего фокусы, не обладающего никакой магии с самого рождения, строя образ, сам себе накручивая проблемы и загоны. Но сейчас мысли посещали далеко не эти вещи. Кинжалом к прорезиненной крыше была прицеплена записка с каким-то стихом, который стал стучать в голове, отдаваясь странным звоном, криком и периодичным воплем. В голове мелькали мольбы о помощи, судорожные возгласы о пощаде, странные и неразборчивые громкие фразы.

«Они сидели и болтали,

Ноги свисали с края крыш.

А чужие губы так манили,

Как ничего в этом мире.»

Откуда-то снизу послышались голоса, просящие позвонить пожарным, МЧС, а так же громкие вопли с приколами, типо «Будешь прыгать — ебани сальтуху!» и всё такое.

«Руки эти обнимали,

На столько крепко и любя,

Что в них можно было таять,

И падать, будто сгнившая душа… »

На большую крышу, покрытую проводами то и дело ломились люди, пытаясь преодолеть препятствие в виде железных, закрытых дверей.

«Я не мог ничего поделать,

И потерял всё что имел.

Мне хотелось лишь тепла,

А получил я нихрена!»

Его окликают по внешним признакам, а люди из окон начинают звонить куда не попадя, в то время как снизу слышаться громкое гоготание.

«И даже эта ебучая работа,

Заставляющая уставать,

Не смогла затушить те чувства,

Которые я пытался запивать.»

Наконец пришедшие люди медленно пробираются сквозь провода, пытаясь не наступать на растянутую резину.

«Мне бесполезны все таблетки,

Всё курево, бухло и наркота,

Я всего-то хочу тепла,

Но не от нервов, укола или одеял.»

Начала играть сирена, будто пианист в баре, агрессивно стукая по клавишам во время перестрелки. Голову сжимали плотные тиски, а грудь была уже полностью пуста.

«Заварил я чудную кашу,

Смотря на которую хочется блевать,

Кем же я стал, спустя те годы,

Потраченные на пустяк?

Я стал Никем, и звать Никак,

Никому не нужен, и не дорог.

Я не животное, не человек,

Да и сам не знаю кто я.»

Слышались странным гулом в ушах отголоски громкоговорителя, человек явно пытался отговорить его от самоубийства.

«Все стерегутся как огня,

Но смотрят с отвращением.

Желают смерти, казни долгой,

Чтоб умирал я погодя.

Но увы, такого не будет.»

Не смотря на все возгласы и крики, молодой парень подошёл к полу, открепил бумажку, прижимая её кроссовками и будто вовсе не ощущая преград и боли, острой стороной вспорол себе вены вдоль предплечий, а после подошёл к краю крыши и как по запросу провернул в воздухе сальто, падая вниз. «Хотя я и сам уже

Не против

Сдохнуть.»

На этом моменте Влад резко распахнул глаза, но все еще ощущая на себе теплые руки Саши, постарался сдержать свой порыв соскочить с кровати. Он чувствовал как по его щекам скатывались мокрые дорожки слез, чувствовал, как дыхание становится прерывистым, но все равно не смел даже шевельнуться, лишь бы не разбудить своего возлюбленного. Он и вправду уже не хотел жить раньше, но сейчас его спасли, ему смогли показать, что он может быть любим и счастлив. Время шло, а состояние Влада становилось только хуже. На замену слезам пришла незваная, неконтролируемая дрожь во всем теле. Морок постарался как можно аккуратнее вылезти из объятий Абрикосова и когда это вышло, мужчина взял, лежащую на тумбочке пачку сигарет, и вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. На кухне всё так же сидели Доспехи, читая, найденную в закромах, газету. Когда они заметили Влада, то сразу подскочили и стали расспрашивать о том, что да как, но пустые и заплаканные глаза говорили сами за себя. — «Что-то не так?» — тихо издав пару скрежетов, Доспехи чуть-чуть отстранились, склоняя голову в бок. — «Нет, с ним все просто отлично, — Морок улыбнулся и отвёл в сторону немного смущённый взгляд. — Это сон, сука!» — вернувшись в реальность, выплюнул он, доставая сигарету из знакомой пачки, уходя с ней на балкон. Доспехи поспешили за Владом, пречитая о том, что курение это очень вредно и пара бы ему избавиться от этой привычки. — «Это расслабляет» — улыбаясь, показав рукой простейшие жесты, Влад вновь затянулся, выдыхая в окно. — «А что же тебе приснилось?» Морок взял сигарету и в парах сантиметров от руки провёл горячей стороной в воздухе, потом с загривка сделал спиральку уже пальцем и указал вниз за окно. — «О боже! Мы надеемся, это просто сон?! Ты же на самом деле не хочешь?..» — Доспехи подбежали к своему другу и схватили за руку, служащую опорой. Влад же покрутил ладошкой, но потом отрицательно мотнул пару раз головой. — «То есть, раньше хотел?» — кивок. — «Это, конечно, очень плохо… Но сейчас, мы полагаем, всё нормально?» — еще один маленький кивок. — «Мы рады за тебя.» Морок взял, ещё даже на половину не дотлевшую, сигарету в губы и стал жестикулировать обеими руками. — «А почему ты говоришь во множественном числе про себя, но не поправляешь, когда на тебя говорят в единственном?» — «Потому что Доспехи, вроде как, множественное число. А так, нам просто удобно. Не поправляем потому, что указательная форма на местоимении «ты» звучит как уважительная. А нам не нравиться, когда друзья обращаются официально.» — «Окей» — новая тяжка и лёгкая дрожь прошла по телу. Внезапно к Владу прикоснулось прохладное железо, обнимая его за плечи и талию со спины. Они стояли молча, обнимая друг друга. Морок чувствовал необходимую ему поддержку, а Доспехи были рады помочь другу, подставить ему свое железное плечо в трудную минуту. В это мгновение Влад понял, что вот так просто, без всяких разрешений к нему могут прикасаться только Саша и Доспехи. Ближе них у него просто нет и никогда не будет… В какой-то момент Влад слегка постучал по руке, от чего голова свалилась на пол, издав сильный грохот. Оба поморщились и скрючились, а Морок слегка небрежно взял голову и прикрутил на место, постучав пару раз кулаком, мол, голову не теряй. В случае с Доспехами это звучало буквально. Окурок был наконец затушен о пепельницу, Влад вышагнул из небольшого помещения, заварив две кружки крепкого кофе. Доспехи вышли с балкона и виновато посмотрели на Морока, начиная тыкать указательный об указательный палец. Влад же в свою очередь помахал головой, и слегка притронулся лбом «ко лбу» к Доспехами, давая понять, что все нормально. Зайдя в гостиную, Влад заметил уже проснувшегося Сашу, который сидел на диване, потирая заспанные глаза, иногда еще зевая. — А чего ты ушёл? — тут же обращая внимание на Морока, проговаривает парень, чувствуя приятный запах кофе и менее приятный запах табака. — А, бля, — вспоминая, что Владыка не может говорить, Саша стукнул себя по лбу, виновата смотря на мужчину, на что тот лишь по-доброму улыбнулся, передавая чашечку ароматного кофе в протянутые руки. Влад сел рядом с Абрикосовым, наблюдая, как тот морщась делает глоток горячего напитка, тут же отставляя его на тумбочку, давая остынуть. Не выдержав такой милоты, Владыка наклоняется к парню, чтобы оставить на его щеке легкий поцелуй. Получив в ответ смущенную улыбку, Морок весело подмигивает и достает из ящика тумбочки телефон, открывая уже привычный голосовой помощник, начиная печатать в нем. «Просто плохой сон» — доносится из динамиков гаджета, заставляя Сашу нахмурится. — А какой, если не секрет? — надеясь услышать подробный ответ, проговорил Абрикосов, приобнимая Влада за плечи. «Да, я там с крыши сиганул» —… Какой однако херовый сон. — изображая удивлённую, недоумённую, и интересующейся моську, произнес Саша. — Я надеюсь, это был просто сон? У тебя же не было ничего подобного в мыслях, правда? — обеспокоенные нотки в голосе парня, заставили Морока покрыться мурашками. Он кивнул и убрал телефон, обратно заваливаясь на подушку и тяжело вздыхая. Сашка не до конца понимал, что именно сейчас тревожит, теперь уже его парня, поэтому лёг сверху и обнял его всем телом, показывая, что он всегда готов поддержать и помочь в трудную минуту. Морок не шевелился, он лишь положил свою руку на талию Саши, обнимая его в ответ. Его голову то и дело посещала навязчивая мысль, что та банда, с которой он не так давно взаимодействовал, чего-то ему не договаривала, что-то явно скрыла, но вот, что именно, оставалось для него секретом, который еще нужно будет разгадать…