ㅤ
16 февраля 2023 г., 23:54
«Одну из своих сторон Кэйа держал в тайне ото всех: он на самом деле был посланным в Мондштадт агентом на службе Каэнри’ах. Ради задания родной отец бросил его на чужой земле…
После смерти их отца, пожираемый виной, он постучался в комнату к Дилюку. Проливной дождь смыл пелену обмана и тайное стало явным. Кэйа во всем сознался…»
Дилюк, и без того удручённый горем и скорбью по самому родному человеку, совершенно не готов к такому повороту событий. Признание Кэйи морально добивает парня и окончательно выбивает из колеи. Он хватается за меч в приступе ярости и без раздумий атакует. Кэйа отчаянно защищается, стараясь не нанести вред вышедшему из себя брату. Поступившие слёзы мешают обзору. В этот момент он получает свой Глаз Бога. И тут же бросает свой меч к ногам Дилюка. — Что это значит? — с отвращением спрашивает Дилюк, смотря то на меч, то на***
За пределами Мондштадта в теченее последующего года Кэйа не может найти себе места. Но от безысходности он вынужден продолжать скитаться по миру, искать себе очередное место для ночлега, зарабатывать на жизнь, знакомиться с неинтересующими его людьми, ненавидеть судьбу и рыдать тогда, когда никто не видит. Дилюк же, напротив, уверен, что с уходом бывшего рыцаря всё стало лучше. Город стал безопаснее. Сидя у камина очередным вечером, он рассматривает фото некогда счастливого семейства: он, отец и брат. Это уже входит в привычку: скучать по былым временам вечерами. Парень нежно проводит пальцем по фотографии… Вдруг он замечает, что ресницы становятся влажными. Дилюк касается уголка глаза и чувствует, как мокрая капля переносится на палец. Слёзы? Сожаление? Ни за что. Он жил столько лет под одной крышей с лжецом. Эта семья была обречена на несчастье из-за предателя, которого милостно взял его отец под крыло. Зря. Дилюк ненавидит его. Ненавидит, но понимает, что это тоскливое чувство в данный момент связано не с утратой Крепуса. — Если и плакать, то только по отцу, но не по тебе, — раздражённо произносит Дилюк, обращаясь к синеволосому парню на фото. И всё же, нередко появляется желание узнать, где сейчас этот юноша с фотографии? Жив ли? Свидятся ли они когда-то снова? Если да, то что скажут друг другу? Как бы он не гнал от себя эти мысли, всё равно они продолжают его преследовать.***
С момента разлуки братьев проходит ещё один год. Город живёт в своём привычном темпе, каждый занимается своим делом. Но очередной самый обычный мондштадтский день перестаёт быть таковым, когда на пороге таверны «Доля анелов» появляется нежданный гость. Парень с огненными волосами, заплетенными в хвост, протирает бокалы, будучи сегодня на смене. Он бросает взгляд на вошедшего гостя и тотчас сжимает бокал с такой силой, что тот едва ли не трескается. Дилюк словно парализован, его мысли путаются, он не до конца верит своим глазам. Но гость, будто не замечая изменения в поведении Дилюка, с любопытством осматривает заведение, подходит к барной стойке и, словно обращаясь к незнакомцу, делает заказ. — Ты посмел вернуться? Интересно, зачем? — серьёзно спрашивает озадаченный бармен. — О чём вы, молодой человек? — хитро улыбается парень с повязкой на глазу, — я лишь решил заглянуть в таверну в ходе своего путешествия. — Не прикидывайся. Что тебе здесь нужно, Кэйа?! Рагнвиндр медленно протягивает гостю бокал и ожидает ответа. Кэйа напряжённо делает глоток вина, не отрывая взгляда от Дилюка. Оба смотрят друг на друга особенно пристально и настороженно, почти даже не моргая. — Желал вспомнить вкус прекрасного мондштадского вина, только и всего, — он ставит недопитый алкоголь на браную стойку, рядом кладёт горсть монет, — а может быть, соскучился по брату, которого не видел два года. — Неужели? — Да. Совесть мучает, понимаете? До сих пор чувствую перед ним вину, — он встаёт, разворачивается к выходу и добавляет, — но, понятное дело, он мне здесь не рад. Не стоило мне испытывать судьбу и приходить сюда. — И Это всё? Уже уходишь? — Понимаете ли, дорогой бармен, в чём дело: однажды меня пообещали убить, если я вернусь в это место. А я, к счастью или сожалению, умирать пока не собираюсь. Поэтому, не смею задерживаться, — он поворачивается и манерно совершает ироничный поклон на прощание, — вино, к слову, у вас здесь восхитительное. Кэйа поспешно покидает таверну. Дилюк только и видит хлопнувшую дверь. Реальность происходящего не до конца укладывается в голове. Не меньше его удивило и поведение Альбериха: невозмутимость и спокойствие, ровный уверенный голос, тот ни на секунду не выходил из образа, если это и правда был образ. Дилюк не может сказать того же о себе, он не смог выдавить из себя и пары банальных фраз, чтобы это звучало адекватно. Человек, которого он когда-то считал братом, потом — предателем, а затем — просто исчезнувшим, без объяснений внезапно появился и также быстро готов снова уйти. «Разговор не окончен» — решает рыжеволосый. Его не покидает мысль, что всё это слишком странно. И почему так сильно бьётся сердце? Он выбегает из таверны и растерянно смотрит в след уходящему юноше. — Кэйа! — всё же неуверенно кричит Дилюк вслед. Синевласый замирает в ожидании. Он опасается удара в спину, слышит звук приближающихся шагов, но всё же не поворачивается. До сих пор хочет и старается доверять. — Ты правда просто уйдёшь? — А у меня, что, есть варианты? — язвительно усмехается Кэйа. — Ты… Даже вино не допил. На тебя не похоже. Кэйа поворачивается к нему. Он уже и забыл этот взгляд: когда брат смотрит слишком пристально и растерянно, будто в душу. — Просто хотел вспомнить вкус, раз уж проезжал мимо, — отвечает Альберих. Дилюк желает что-то спросить, узнать, но леденящий голос о ответах собеседника обрубает все мысли. В этот момент Дилюк понимает: было бы куда легче, если бы он всё это время знал, что Кэйа жив. Он признаётся сам себе в том, что хочет время от времени видеть его и знать, что тот в порядке. И общаться при этом вовсе не обязательно. — Я не убью тебя, если ты будешь в городе, — его голос предательски дрожит, — я… — Ого! — непринуждённо смеётся Альберих, — я внимательно слушаю, продолжайте, бармен. В этот момент клоунская ухмылка на лице Кэйи сменяется серьёзностью. По Дилюку видно, что он не знает, куда себя деть: его глаза мечутся по земле, губы и руки слежка дрожат. Рагнвиндр в полном замешательстве и не в состоянии выдавить из себя больше ни слова. Он знает, что выглядит сейчас нелепо, глупо и растерянно, и это так — он выбит из колеи с визита Кэйи, с которым не может даже поговорить. Не мог нормально поговорить никогда. Рыжеволосый сжимает челюсть от чувства безысходности и собирается уходить, но вдруг, сделав глубокий вдох, он уверенно делает несколько шагов в сторону Кэйи. Отчего тот испуганно пятится назад и сильно вздрагивает, когда Рагнвиндр резко хватает его за запястье. Кэйа мысленно успевает попрощаться с жизнью, успев пожалеть, что всё же доверился тому, кто когда-то обещал его убить. Но тут же он впадает в ступор, когда Дилюк с силой тянет его на себя и прижимает так сильно и крепко, что сложно вдохнуть. Эти объятия в то же время, на удивление, ощущаются очень теплыми, уютными, ласковыми, вовсе не чужими, напротив — забытыми. — Не знаю, куда лежит твой путь, но… Я не против, если будешь заглядывать почаще, — бормочет рыжий, утыкаясь в плечо собеседника. Изумлённый Кэйа неуверенно обнимает Дилюка в ответ. Но спустя несколько мгновений, он вцепляется в его одежду, чуть ли не разрывая ткань кончиками пальцев так, будто бы это всё вот-вот может исчезнуть. — Мой путь лежал сюда… Всегда, — шепчет Альберих, сдерживая слёзы. — Оставайся. Если ты этого хочешь. Дилюк выпускает Кэйю из объятий, желая увидеть его эмоции. Но Альберих прячет лицо, вытирая солёные капли с щеки, а после произносит: — Разве я не опасный монстр в твоих глазах? — Нет. Я так не думаю… К тому же, у нас в Мондштадте и так достаточно непредсказуемых и подозрительных личностей. Если станет на одну больше, мир не рухнет. И, в случае чего, я обещаю стать тем, кто остановит тебя. — Этого не потребуется. Я бы никогда не причинил вреда этому городу. Дилюк расплывается в лёгкой улыбке, но тут же старается её скрыть. — Тогда… Добро пожаловать? Кэйа не до конца осознаёт происходящее. Два года скитаний, сопровождающихся неимоверной тоской по этим краям и вот, наконец, он всё-таки смог вернуться сюда. Домой. От переполняющего чувства радости он крепко обнимает человека, которого до сих пор считает братом и тихонько шепчет ему на ухо: — Дилюк… Спасибо тебе.
Примечания:
если Вы дочитали до конца, то комментарии всегда открыты для Вас❤️
напишите всё, что думаете, буду очень признательна любому отзыву :з
