Be Sure Of What You Desire

      Тихая, безмолвная тьма медленно подкрадывается со всех сторон, он чувствует её присутствие впереди, за спиной, над головой и под ногами, словно земля и воздух пропитаны ею насквозь, мешая дышать, а паника медленно охватывает его разум, блокируя воспоминания и единственный выход.                                                             Мишель.       Он резко садится на кровати, чувствуя, как мокрая ночная рубашка прилипла к спине, а лицо всё в холодном поту, покрытое бледной испариной. Он судорожно вдыхает и поворачивает голову в сторону. Шея неприятно хрустит, и не обнаружив знакомый силуэт рядом, липкий холодок пробегает по позвоночнику, а страх мгновенно сковывает его в свои цепи.                                                             Энни!              Нежные пальцы касаются его щеки, и он вздрагивает, поднимая взгляд на до боли знакомые, мягкие изумрудные глаза цвета весенней травы, сдерживая облегченный вздох. Энни здесь. Энни рядом. Она не ушла.       — Снова плохой сон? — Энни сочувственно смотрит на него, её пальцы медленно поглаживают бледную кожу его щеки, пробуждая тепло, заставляя румянец расцвести розами на выцветшем лице.       Мишель напряжённо кивает. Снова плохой сон. Плохой сон снится ему уже несколько недель, и всё одно и тоже.                                                       Тьма. Боль. Холод. Нет выхода.                                                                               Энни.       Энни, холодно смотревшая на него сверху вниз. Кровь тихо капала на пол с топора, зажатого в её руке. Помнится, он умолял её остаться, сцепив руки в молитвенном жесте, стоя на коленях, как последний нищий, раз за разом выкликая её имя. Но она не сдвигалась с места, всё так же равнодушно смотря на него холодными глазами. Воспоминание о недавнем кошмаре вновь заставило дрожь пробежаться по позвонкам спины, и Мишель стиснул зубы, не желая вновь приносить в свет увиденное.       Теплая рука Энни сместилась влево, поглаживая его щёку. Она тихо вздохнула. В последнее время Мишель снился один и тот же сон. Кошмар, как бы он сказал, подумала Энни и мысленно улыбнулась. Все идёт словно по маслу, не давая шанса ни малейшей ошибке в её тщательных расчётах воплотиться в жизнь. Он так же наивен, как и в самом начале. Прекрасно.       Энни моргает и стирает улыбку из мыслей, возвращая своему лицу сочувственное выражение.       — Не волнуйся, это ведь всего лишь сон. Я рядом, помнишь? — Энни улыбается, тепло и заботливо, но её улыбка — столь же фальшива, как кроссовки фейк брендов. Жаль, что Мишель это не видит. В этой теме он — слепец, что полюбил гадюку, поведясь на её сладкие речи. Когда-то он непременно узнает, но когда. Это вопрос времени. А пока, Энни открыто наслаждается своим контролем над ним, и она даже это не скрывает.       Мишель вздыхает. Ему не доступны мысли Энни, и это к лучшему. Ему неспокойно на душе, но теплота сидящей рядом девушки потихоньку прогоняет смятение, давно свившее своё гнездо глубоко внутри. Он бросает взгляд на часы сквозь полумрак, прикрывая усталые веки. Кошмары, кошмары, кошмары, что так не желают отпускать его из своих цепей. Он падает в пустоту.       — Скоро вставать, пора бы собираться. — Тёплый голос обволакивает его разум, стирая собственный смысл, шаг за шагом. Энни поднимается на ноги, поправляя подол ночной рубашки, и медленно идёт к двери, по пути она оборачивается, и её глаза полны тепла и ласки, но от одного мимолетного взгляда Мишель бросает в дрожь.        В глазах Энни он видит холодное отражение грядущего предательства.