Сложные отношения

Гермиона Грейнджер даже не скрывала, что в своей жизни она любит довольно много вещей. Любит учиться, а соответственно симпатизирует всем учёным людям. Любит книги, которые проглатывает буквально сходу и способна читать не отрываясь ночами напролёт, а потом часами обсуждать с кем-нибудь. И ещё больше всего она любит, когда возможность обсуждать эти книги предоставляется именно с людьми, которые не только их прочитали, но которым понравилось и они могут высказать свое мнение. Что уж греха таить, Гермиона любит умных, эрудированных людей, и совершенно не симпатизирует так называемым неучам. И нет, Рональда она к таковым не относит, вот ни в коем случае! Как и Гарри, хотя прочитанные книги со «своими мальчиками» обычно не обсуждает. Конечно, она также любит кофе по утрам, запах свежей выпечки, корицы, пионов и сирени, долгие прогулки на свежем воздухе и шоколад. И очень любит своего кота, Крукшанкса. Только прежде Гермионе никогда не пришло бы в голову обсуждать те самые прочитанные книги со своим полу-книзлом, а сейчас вдруг оказалось, что подобное вполне возможно! И по всем этим причинам Гермиона просто душой отдыхала во время их поездки по обмену опытом в Колдовстворец! Ведь подумать только, если в Хогвартсе еще вполне можно было наслаждаться по утрам свежими кофе и выпечкой, то даже прогулки на свежем воздухе были намного приятнее в этой таинственный школе, расположенной на Лукоморье в Крыму! А такой крышесносный персонаж, как Учёный Кот, просто не имел альтернативы больше нигде в мире. Разгуливающее по цепи огромного дуба животное с умными глазами привлекло внимание Гермионы сходу, а когда он ещё и заговорил, да не просто наподобие попугая повторяя заученные фразы, а высказывал обоснованное и хорошо продуманное мнение, да ещё и выстроенное на основе прочитанных книг… Одним словом, «заверните, господа, я возьму с собой!» Только вот кто позволит ей забрать такого компаньона? А ведь при всей любви к Круксу, от такого фамильяра Гермиона бы совершенно не отказалась. А ещё если учесть, что Учёный Кот тоже с самого первого момента проникся абсолютным уважением к девочке, первой любовью которой бесспорно были книги! И даже каким-то образом умудрялся к её приходу приготовить пузатый самовар – альтернативу чайным приборам её родной Англии, которая Гермионе довольно быстро пришлась по вкусу – и богатый выбор выпечки! Среди которой, к слову сказать, местные медовые пряники довольно быстро стали любимым лакомством юной англичанки. Более того, угощение им обычно доставляли местные домовые, которые тоже, к слову сказать, разительно отличались от домашних эльфов в родной старушке-Англии. Вместо лупоглазых, тощих и даже на вид несчастных ушастиков, местный эквивалент представлял из себя довольно симпатичных, улыбчивых, пушистых существ, которые не являлись рабами владельца, а принадлежали дому и жили за печкой. Более того, как и довольно многие здешние жители, они были своенравными, за словом в карман не лезли, и никому из волшебников даже в голову не пришло бы их наказывать, обижать или оскорблять. Потому что эти на первый взгляд безобидные существа совершенно не стеснялись так приложить собственной магией, что обижать их в будущем было неповадно. – Мисс Грейнджер, – меж тем оправив на носу очки, которые Учёный Кот взял в привычку носить после встречи с Гарри Поттером, поприветствовал Гермиону «местная и экзотичная достопримечательность». – Смотрю, вы вновь решили оказать мне честь своим визитом. Опять читаете «Гордость и предубеждение», и при этом вспоминаете своего белобрысого друга? – Если вы имеете в виду Малфоя, сэр Ученый Кот, то последнее время у меня намного больше ассоциируется с ним «Преступление и наказание». Например, как бы так совершить первое, чтобы избежать второго? – Гермиона сделала вид, что на самом деле серьёзно обыгрывает в голове подобное планы, и даже для пущего эффекта приложила палец к губам. – Как любопытно, юная леди, я бы даже сказал, так интересно, что дух захватывает, – задумчиво пробормотал Кот, на лету схватив иронию в голосе Гермионы. – Я вот всё никак понять не могу, вас с юным мистером Малфоем связывают отношения? Какие именно? – Сложные, господин Кот, – прищурившись, отрезала Грейнджер. – С этим хорьком-альбиносом нас связывают исключительно сложные отношения, богатое прошлое, и об этом лучше вообще не говорить. Сказать по правде, я намного больше предпочла бы обсудить с вами какую-нибудь любопытную книгу. – Порой самые любопытные книги, моя дорогая юная леди, это те, которые расхаживают на «своих двоих» перед нами. Но вернёмся к мистеру Малфою, и к слову, вы мне ещё должны рассказать, почему называете его хорьком. Как вы понимаете, с окраской у меня проблем или вопросов нет, но сам выбор животного примечательный. Вы когда-то встречались? – Да что вы! Мерлин упаси! Чтобы я когда-нибудь встречалась с этим напыщенным, самодовольным, нахальным грубияном с повышенной до невозможности самооценкой? – Гермиона даже вскочила на ноги, принявшись расхаживать взад и вперёд под огромным дубом и не замечая насмешливо прищуренных глаз Учёного Кота. – За кого вы меня принимаете? – Значит, вы не встречались, – выбрав не развивать тему, миролюбиво подытожил Кот. – Хотя ваша весьма обострённая реакция и наводит на мысли, что Мерлин вполне мог бы увидеть в причине подобных несостоявшихся событий отнюдь не отсутствие интереса. Но вы ведь не можете отрицать, что этот молодой человек весьма умён, начитан, довольно высоко стоит в ранге вашей школы, а ещё плюс к этому спортсмен? – Господин Кот, вы сегодня решили податься в свахи? Потому что посмею заметить, что я сюда прихожу с вами книжки обсуждать, а не наглого хорька. И если бы я хотела выслушать дифирамбы по поводу его особы, то нашла бы себе собеседников, не отходя от стола девочек. Марфуша с Дуняшей прекрасно справились бы с этой задачей. Правда, у них на двоих мозгов меньше, чем у той курицы, которая вчера стала цыплёнком-табака, но обсудить привлекательные качества Малфоя обе способны. – Что ж, «сложные отношения». Так и запишем, – вновь миролюбиво кивнув, в который раз наводя Грейнджер на мысли, что живёт на этом свете далеко не первую сотню лет и приобрёл мудрость, подытожил Кот. – Весьма и весьма сложные. А ещё противоречивые и заставляющие сердце если не пропускать биение-другое, то во всяком случае нестись галопом, и в которых вы предпочитаете не признаваться самой себе. – И которые мы с вами больше не будем сегодня обсуждать, господин Кот, – мудро выбрав не отвечать больше ни на один из наблюдательных комментариев собеседника, поджала губы Гермиона. – Несомненно, моя дорогая, – на этот раз без возражений согласился Кот. – Как вам будет угодно, юная леди… Впрочем, судя по всему на этот раз Гермиона не была намерена продолжать дискуссии на эту тему. «Гордость и предубеждение», «Преступление наказание», «Война и мир», «Что делать» – знаменитый в славянском мире Учёный Кот мог бы назвать ещё много довольно уместных в этой ситуации плодов размышлений разных писателей, из под пера которых напротяжении веков выходили довольно философские произведения. Во всяком случае, одни названия наводили на довольно серьезные мысли. Но судя по всему, сегодня мисс Грейнджер не была настроена обсуждать всё это. Всплеснув руками и резко развернувшись, при этом взметнув своими шикарными, пышными волосами, порой напоминавшими Учёному Коту отдельную, разумную сущность, девушка уже заспешила прочь. *** Из всех необычных существ, которые ему удалось повстречать в Колдовстворце, Драко Малфой без сомнений находил Учёного Кота наиболее любопытным. Конечно, первые пару дней было довольно интересно наблюдать за танцующей и поющей белкой, при этом щелкающей золотыми орешками с изумрудными ядрышками, но в конце концов, сколько раз можно слушать «Во саду ли в огороде»? Вот и Драко это довольно быстро надоело. Приказывать избушке повернуться к нему передом, а к лесу задом тоже было весьма увлекательным занятием в первую неделю. А потом, если судить по тому виду, с которым та самая избушка скрестила свои куриные ножки… После целого года, проведённого в обществе Тёмного Лорда, Драко довольно быстро научился различать угрозы и понимать недвусмысленные намёки, и поэтому без труда уловил, что если он осмелится хоть ещё раз повторить приказ, то эта самая куриная ножка даст ему хороший пинок под известное место. Кокетливая русалка тоже привлекла внимание парня ненадолго, ведь в конце концов, как раз в её случае местное выражение: «глаз видит, зуб неймет», было как нельзя кстати. А при всей привлекательности сказочного персонажа, непонятно каким образом оказавшейся сидящей на ветвях дерева, Малфой до сих пор не мог сообразить, как именно можно даже теоретически приступить к каким-либо дальнейшим шагам в отношениях с этой Красоткой. Ведь в конце концов, при всей заманчивости поцелуев, отнюдь не их большинство парней его возраста считали своей целью. Ну, а следы невиданных зверей на неведомых дорожках Драко были просто не интересны по той простой причине, что магическими тварями Малфой с детства никогда не интересовался. Обходившие остров дозором морские богатыри интересовали Драко лишь постольку-поскольку. После того, как он подал заявление поучаствовать в морском дозоре, естественно, в целях выучить соответствующие заклинания, больше за ними наблюдать было незачем. Другое дело тот самый Учёный Кот. Но тут дела обстояли сложнее, и хотя Малфой как раз этот персонаж находил наиболее интересным, он давно уже понял, что Кот не так прост. А если уж говорить ещё более откровенно, то простым Учёный Кот не казался даже на первый взгляд. А на второй Малфой очень быстро убедился, что местная пушистая достопримечательность уже успела поймать не только взгляд, но и нескрываемый интерес небезизвестной Гермионы Грейнджер. И теперь, по привычке отправляясь на свои расслабительные полёты верхом на метле, Малфой довольно регулярно наблюдал, как английская отличница и зубрила околачивается в обществе говорящего кота. Вот только судя по всему сегодня что-то пошло наперекосяк, и поэтому Грейнджер довольно быстро, с очевидно рассерженным видом вихрем унеслась прочь. А после этого сам Малфой, уже не в силах бороться с любопытством, хотя ни разу не считал его Слизеринским качеством, решил нанести визит мохнатому очкарику. – Мистер Малфой, какой неожиданный визит с вашей стороны, – подняв голову от очередной книги, которую он по своему обыкновению изучал, и при этом лениво покачиваясь на цепях дерева промурлыкал кот. Малфой уже давно подозревал, что как все учёные твари, атлетов Кот особенно не жаловал, во всяком случае, если можно было судить по тем снисходительным взглядам, которые фамильяр из Колдовстворца постоянно бросал в его сторону во время полётов. – Вам никто никогда не говорил, что ведьмы на метле, это такое клише? – Ну, во-первых, я не ведьма, а маг, – не в силах до конца скрыть пренебрежение в голосе и при этом умудрившись звучать снисходительно-гордо, процедил Малфой. – А во-вторых, если что-то так сильно напоминает клише, значит, это правда. – Будем считать, что нюансы потерялись в переводе, – буркнул себе под нос Кот и как всегда мудро решил привести разговор на другую тему. – И чем же я обязан вашему весьма неожиданному визиту этим ничем не примечательный утром? – Ничем не примечательным? – Драко изумлённо приподнял бровь. – А я бы посмел заметить, что одно только поспешное бегство Грейнджер можно считать событием довольно примечательным. Неужели вы обсуждали причёски и моду на прямые волосы? – А на прямые волосы кто-то ввел моду? – Кот изумлённо приподнял бровь, сейчас больше всего напоминая мистера Спока из известной американской франчайзы, впрочем, не известной Малфою. Ведь откуда ему знать различные телепередачи? Он и о телевизоре имел довольно смутное представление. – Мне всегда казалось, что в большинстве случаев прямые волосы - это не какая-то мода, а отсутствие бигудей и завивки. В любом случае, мне очень даже по вкусу причёска мисс Грейнджер. – Ладно, замяли, – показательно отводя взгляд, поспешно буркнул Малфой. Ведь если уж говорить совсем начистоту, то в душе он был полностью согласен с Учёным Котом. Ему тоже нравились кудряшки Гермионы, и он далеко не настаивал, что мода на прямые волосы была уж настолько обоснованной. Быть может, этого Кота неспроста звали Учёным? – Вот только не говорите мне, молодой человек, что в корне всех ваших разногласий с мисс Грейнджер кроется её причёска? – вновь насмешливо промурлыкал кот. – А что вы слышали? – Драко насторожился. – Грейнджер что-то говорила по этому поводу? – Нет, должен отметить, что как раз на эту тему юная леди на удивление немногословна, – картинно сложив лапки перед собой, Кот склонил голову набок. – А вы как бы описали ваши отношения, молодой человек? – Наши отношения с Грейнджер? – Драко усмехнулся. – Я бы однозначно назвал их «сложными». – Забавно, - практически дословно повторил свое недавнее наблюдение Кот, вот только не имевший возможности услышать его слова ранее, Малфой никоим образом не отреагировал. – И что же именно делает ваши отношения такими сложными? – Претендуете на должность местного школьного психолога? Практикуете медицину без диплома, так сказать, господин Кот? – не особо горя желанием обсуждать сложности этих самых отношений, пошёл в наступление Малфой. – Школьного психолога? Да ни в коем случае. Я ещё когда впервые услышал про этого странного немца, как его там, Фрейда, сразу понял, что мне это не интересно. Это было давно. А уж про дипломы, молодой человек, может вообще забыть. Ну вот кое-что я могу наколдовать, если вы настаиваете. И с этими словами Учёный Кот махнул хвостом, и перед Драко мгновенно появился небольшой, но удобный диванчик. В то же самое время в лапах хитреца материализовались блокнот и карандаш. Пошевелив усами, Кот устроился поудобнее на своих цепях, словно действительно собирался записывать. Драко уже намеревался было выдать этому Учёному зазнайке довольно чёткие инструкции, куда именно он может идти со своими рекомендациями, и что сделать с блокнотом, но потом передумал. Как-то отрешённо вздохнув, Малфой опустился на диван, сперва просто усаживаясь поудобнее, а потом и вообще прилёг. Словно и вправду сейчас был на приеме у известного папаши психоанализа и «не на ночь будь он упомянут» Фрейда. Были ли на самом деле их отношения с Гермионой сложными? Однозначно. Долгие годы Малфой к ней придирался и оскорблял, никогда не упуская возможности кольнуть побольнее. В ход шло абсолютно всё, от её на самом деле шикарных, мягких, отливающих на солнце золотистом волос до сомнительного происхождения. Ни к кому в Хогвартсе Драко так не лез! А если копнуть поглубже – что, к слову сказать, Малфой настойчиво избегал делать – то под всеми этими подколками и придирками скрывались совершенно иные чувства. Вот только признаться в них самих самому себе Драко никогда не решался. Во всяком случае, он избегал это делать во время всех шести лет своего обучения в Хогвартсе, и уж ни в коем случае не сделал бы это перед собственными родителями, родственниками наподобие тётушки-Беллатрикс Лестрейндж или Тёмного Лорда с его приспешниками-верными псами. Но всё это теперь было в прошлом. Времена изменились, и быть может, пора было дать этим чувствам совсем иное имя? Погруженный в собственные мысли, Малфой совершенно не обратил внимания, как, фыркнув, совсем по-человечески покачал головой Учёный Кот. – «Сложные отношения», мои усы и хвост! А по-моему, все элементарно, мой дорогой Драко.