Всё сложно

      — Когда собираетесь пожениться? — поинтересовался у младшего брата Билл, за что получил лёгкий толчок в бок и укоризненный взгляд супруги. Они все собрались в родительском доме, чтобы отметить день рождения единственной дочери семейства Уизли, и Флёр считала, что переводить внимание на других некрасиво — сегодня оно должно быть сосредоточено только на Джинни.       Голоса за столом разом смолкли, и все выжидающе взглянули на Рона.       — Рано пока, — неуверенно ответил тот, нахмурив брови, а затем обернулся к Гермионе в поисках поддержки. Если кто и мог успокоить родственников, ждущих возможности погулять на очередной свадьбе, так точно она.       — Мы не хотим спешить, сейчас ещё столько нужно сделать, — туманно объяснила Гермиона. Это оправдание безотказно работало почти всегда — кругом разруха, люди только начали отходить от ужасов войны, каждый человек, желающий помочь, был на счету. А свадьба дело такое — к ней готовиться надо.       Рон согласно кивнул, а остальные сделали вид, что удовлетворились ответом и предпочли промолчать, но Гермиона знала — тема ещё не закрыта. Она буквально кожей ощущала их нетерпение. И вроде бы уже давно она чувствовала себя частью семьи Уизли, но родниться с ними не спешила — боялась всё испортить скорой свадьбой, вернее её последствиями. Они с Роном, наверное, любили друг друга, но были слишком разными.       Гермиона привыкла быть ответственной и предусмотрительной, Рон же в этом был её полной противоположностью. Он мог проспать, что-то забыть дома или не сделать то, что должен был, потратив время на развлечения. И потому она не могла себе представить их совместный быт. Сможет ли она к этому привыкнуть или взвоет от безысходности? А главное: какую семью он бы хотел?       Из его родителей работал только отец, а мать всегда занималась домашним хозяйством, и Гермиона боялась, что именно такой модели семьи пожелает придерживаться Рон. Только если Молли Уизли видела в этом своё призвание, то Гермиона быстро начала бы задыхаться среди домашних обязанностей. Ей хотелось узнавать новое и приносить пользу. Да и детей много она не хотела — двоих или, в крайнем случае, троих было бы достаточно. Что по этому поводу думал сам Рон, она ещё не интересовалась, боясь услышать ответ.       Впрочем, в одном вопросе она даже завидовала Рону. Выросший в большой семье, он легко находил общий язык со сверстниками. Он знал каково это, когда тебя всегда готовы поддержать или разыграть, прикрыть перед взрослыми или им же сдать, выгораживая собственные шалости, и пусть Рон обижался на недостаток внимания со стороны родителей, один всё же никогда не был. Гермиона же наоборот привыкла быть сама по себе. Родители старались проводить с ней как можно больше времени: ходили в походы, вместе читали книги и обсуждали всё на свете, но это не могло заменить общения со сверстниками. Возможно поэтому, она ощущала себя другой. И в маггловской школе, и поначалу в Хогвартсе отношения с окружающими у неё складывались довольно тяжело, ей было бы проще общаться со взрослыми, но те видели в ней всего лишь ребёнка, и всё, что ей оставалось, это книги.       — У вас с Роном всё хорошо? — спросил Гарри, утянув её за угол, когда все направились в сад. Его вопрос не казался праздным любопытством, он действительно за них волновался.       — Да, — Гермиона даже не пыталась скрыть от него ни усталый тон, ни сомнения. — Просто мы не готовы к свадьбе.       — Вы не готовы или он? — с пониманием уточнил друг, на что Гермиона тепло улыбнулась — приятно было знать, что рядом находился человек, готовый её поддержать.       — Не знаю. Всё так сложно, что я просто не знаю, — признание больше походило на жалобный стон. — Он хороший, и вместе нам хорошо. Да и встречаемся мы уже давно, но что-то всё равно меня тревожит. И ощущение какой-то неправильности от всего этого. С другой стороны, я же знаю, что все ждут эту свадьбу. И Рон, наверное, тоже ждёт, а я всё нахожу какие-то важные дела и мчусь куда-то, лишь бы не услышать его предложение.       Она говорила надрывно и металась у волшебной яблони, как разъярённая мантикора. Эмоции и сомнения переполняли её, а рядом находился человек, которому она могла безбоязненно открыться. Если бы у неё был брат, то Гермиона бы хотела, чтобы он был похож на Гарри.       — Хочешь, я с ним поговорю? — предложил Гарри, останавливая её метания. — Аккуратно узнаю, чего он хочет, и расскажу тебе. Может, вам и правда пока рано жениться?       Гермиона с благодарностью на него посмотрела.       — Это было бы здорово.       Они вернулись к празднующим как раз к тому моменту, когда близнецы начали показывать новые трюки со своими «весёлыми» изобретениями. Гермиона поискала глазами Рона и тяжело вздохнула, а тот не отводил взгляда от представления братьев, при этом капая джемом из надкусанного пирожка на брюки.       — Ты точно хочешь за него замуж, — проследив за её взглядом, спросила Джинни. — Мой брат — тот ещё свинтус. Ты не подумай, я не отговариваю, — поспешно завертела она головой, встретив удивлённый взгляд подруги, — но сама за такого ни за что бы не вышла.       Гермиона натянуто улыбнулась, и Джинни, решив, что и так уже сказала лишнего, понятливо замолчала, а после и вовсе отошла к Чарли. Вскоре её место занял Гарри. По выражению его лица Гермиона сделала вывод, что ей это не понравится, но долго ждать «приговора» не желала и утащила друга к той же яблоне.       — Что он сказал? — сразу начала она, в голосе проступала нервозность.       Гарри замялся, подбирая нужные слова, и отвёл взгляд.       — Просто скажи, как есть, — чуть мягче произнесла Гермиона.       — Он любит тебя и хочет быть с тобой, но он… — Гарри смутился, — не нагулялся, в общем. Вы ведь ни с кем кроме друг друга особо и не встречались, но и тебя обижать он не хочет. Ну и боится, что после свадьбы ты начнёшь им командовать, как его мать сейчас, или вроде того.       Гермиона привалилась к стволу яблони и опустила голову, позволяя волосам скрыть её лицо. Ни один из них не хотел другого терять, но и вместе им было тяжело.       — Гермиона? — позвал Гарри, наблюдавший за её реакцией.       — Всё хорошо, — отозвалась она из-под завесы волос. — Просто ещё одна трудность, с которой нам предстоит справиться.       Вот только смогут ли они всё преодолеть, если будут вместе? И как долго они продержаться? Иногда Гермиона начинала сомневаться, что им стоит продолжать поддерживать эти отношения. Может, ей и правда стоило дать Рону свободу? Их совместное будущее никогда не обсуждалось, но всегда предполагалось, будто само собой разумеющееся. И что с этим делать, Гермиона не знала.