RACER

Джисон шагал по коридорам университета наполненного студентами. Какой-то придурок толкнул его плечом и вся его шайка засмеялась, когда парень уронил свою сумку. Замечая что все взгляды были направлены на него, люди о чем-то шептались. Он поднял упавшую вещь и направился в аудиторию. В кабинете он словил дозу отвращения, взглядов и их было намного больше, чем в предыдущие дни, поэтому его это насторожило. Разложившись на своем месте, он уткнулся в свой телефон. Пара началась с нового препода. Так как прошлый попал в больницу. Самые голосистые заулюлюкали, пуская противные комментарии новому преподавателю. Это был невысокий мужчина, миловидной внешности, с высоким голосом, в свободной белой футболке заправленной в классические брюки чёрного цвета. Такой же чёрный свободный пиджачок висел на его плечах. На ногах лакированные лоферы на грубой подошве. Он пропускал мимо ушей те грубые слова что прилетали от одногруппников Джисона. Мужчина вздохнул, когда наконец наступила тишина. — И так, если вы закончили восхищаться мной, я все-таки представлюсь. Меня зовут Пак Чимин, я ваш новый преподаватель философии. Запомните моё имя, это поможет вам на зачёте. Он прошёлся взглядом по каждому и улыбнулся, демонстрируя слегка заметные ямочки на щеках. Преподаватель Пак присел за кафедру, открывая журнал посещаемости, он сидел идеально ровно, Джисон мог предположить, что большинство девушек в этой аудитории позавидовали его осанке. Начинается перекличка и очередь доходит до Джисона. Все сразу закипишились. И преподаватель немного не понял этого, вопросительно глядя на ребят. — что такое? Кто-то из парней все же решается ответить. — полицейский участок его второй дом. — Давит едкую ухмылку Джисон напрягся, откуда, блять, эти придурки знают об этом. Все же привлекая к себе внимание преподователя откликается на комментарий — О, приглашаю в гости. Пак мягко улыбается, понимая в чем дело. — прежде, чем верить слухам удостоверьтесь в информации. Вряд-ли наша милая белочка имеет проблемы с законом. Его голос мёдом лился в уши и от милого прозвища Хан заметно смутился. И парни заметив это, заулюлюкали снова, едко смеясь. — вы, просто его не знаете. — думаю он стеснительный парень, с малым кругом общения, немного дерзкий, такие люди очень любящие в отношениях и готовы защищать то, что им дорого. А ещё весьма творческие. Не зря же ты выбрал продюсерский Хани? И Джисон округлил глаза, все что сказал преподаватель похоже на его описание. Он коротко кивнул. — простите, моё образование психолога внезапно решило выпендриться. Пак Чимин снова улыбнулся. И парень пометил его галочкой в своей голове, как комфортного человека. Вернёмся на несколько лет назад. Белая палата освещена тёплыми солнечными лучами, что пробирались через жалюзи на окне. Пикание прибора жизнеобеспечения отдавалось где-то на подкорке. Молодая женщина лежит под, казалось, тонким одеялом, она окружена трубками и проводами. Маленький мальчик поглаживал её большую, по сравнению с его, ладонь. — Папа, а мамочка скоро проснётся? Он поднимает голову на мужчину, что сидел рядом, тот лишь с неким сожалением посмотрел на сына. И восьмилетний мальчик понимает, что не проснётся. На глазах наворачиваются слезы. Понимает, что они пришли прощаться. — мамочка, я тебя люблю. Он поцеловал болезненно белую руку матери, слезы предательски текли по щекам. Мальчик не хотел оборачиваться на отца, понимал по тяжёлым вздохам, что он в таком же состоянии. В палату зашли несколько врачей. Мужчина встаёт со стула и протягивает мальчику свою большую ладонь. —Сони, нам пора. Мальчик соскакивает со стула и подаёт маленькую ручку навстречу, кидает последний взгляд на женщину и выходит из палаты. Спустя некоторое время время выходит врач и объявляет дату смерти, 15 октября 12:34 20**год. Тот злополучный день приближался с геометрической прогрессией. 13 октября. Парень сидел на подоконнике, прислонившись к прохладному стеклу головой. Тяжело вздохнул, снова погружаясь в воспоминания. Маленький мальчик сидел в углу комнаты маленькой трехкомнатной квартирки. Закрывая уши, плакал. На кухне ругались бабушка и отец. Он занялся чем-то незаконным что приносит большие деньги, но она отговаривала его. В средней школе Джисон сам катался с отцом на «охоту», тот учил его водить и разбираться в машинах. То время хоть и противозаконное, но было наполнено прекрасным чувством счастья, веселья и сильным адреналином. Денег хватало на все хотели Джисона. Новая брендовая одежда? Игровая консоль? «Ты знаешь где лежат деньги». Когда парень был в выпускном классе отца арестовали. Но тот сбежал и приходы Хана на опросы было уже чем-то обыденным. Отца посадили, бабушке было все хуже и хуже. Джисон усердно учился и ходил на множество подработок, чтобы поступить университет. Начало первого курса, скончался ещё один дорогой ему человек, бабушка. Оставляя её квартиру пустовать он переехал общежитие. Он не хотел возвращаться в помещение его жизненных бед. Джисон спустился с подоконника, взял гитару, что стояла около его кровати и вышел на крышу общежития. Прохладный ветерок ударил в лицо, раздувая отросшую русую чёлку. Близился закат, небо окрашивалось в оранжевый цвет. Парень в черной зипхуди, садится на первую попавшуюся, в принципе единственную скамейку, что покоилась почти около края крыши. Достаёт инструмент из чехла, настраивает для предстоящей игры. Перебирая пальцами струны, что-то невнятно напевает в унисон. Зачем-то оглядывается на вход на крышу. Как будто кто-то должен зайти и это предчувствие не ошибается. В проходе появляется белокурая макушка, а после заходит высокий парень, в свободной белой футболке, что явно была на несколько размеров больше и висела на его плечах как на вешалке. На ногах у него были такие же свободные широкие спортивки, что стягивались резинкой на голени и тапочки. Парень потянулся издавая зевок, в его руках покоились наушники и телефон. Оглянувшись тот заметил пристальный взгляд синеволосого и ойкнул. Джисон смотрел на приближающегося к нему парня. — Красиво? Хан не заметил как тот оказался непозволительно близко. — Что? Парень непонимающе хмурит брови. А после отодвигает его лицо от себя ладонью. Опять возвращается к настройке струн. Белокурый садится напротив него, прямо на асфальт. — Чего тебе? — негромко спрашивает Джисон, не поднимая глаз. — Всё что говят про тебя и твоего отца правда? — Хан поднимает голову и в глазах напротив читается не поддельный интерес. — Правда — юноша откладывает гитару. Достаёт сигарету из пачки в кармане, подкуривается и выдыхает едкий дым, который сразу же уносит ветром куда-то в сторону. — У меня тоже есть судимые родственники — Приклоняет голову Хван, теребит шнурки на кроссовках. — двоюродный старший брат, за распространение наркотических веществ. Джисон немного удивлён, хмыкает. Затягивается снова. — И ты решил, что если наши родственники уголовники, то есть возможность подружиться? — Из ноздрей плывёт сигаретный дым, парень ухмыляется смотря сверху вниз на старшего. Зажимает сигарету между губ, хмуриться от дымящейся струйки, складывает гитару в чехол. — Ты наивный дурак, Хван Хёнджин. Делая последнюю тяжку, тушит сигарету о ножку скамейки, кидая окурок куда-то за пределы крыши. Встает с места, но длинные Хёнджиновы пальцы охватывают запястья. — Это не так, Джисон. — Хван встаёт все ещё держа младшего за руку. Но тот все не унимался агрессивно нападая. — Ну конечно, можно один вопросик? Как ты вообще узнал что именно я сижу в той тачке? — Его лицо выразало раздражение. Будто перед быком красным платком помахали. Но ответ ввёл его в ступор. — я слишком долго за тобой приглядываю — Хёнджин смотрел в глаза. Ослабляет хватку. Воспользовавшись моментом Джисон вырывает руку и удаляется показывая средний палец. — Иди нахуй, сталкер. Хван неровно выдохнул, оглядывается на закатное солнце и наконец-то проваливается в музыку звучащую из наушников.