Ты мой мир

Елизавета действительно не ожидала подобного. Не ожидала, что Кира примчится так быстро. Девушка думала, что у неё есть время прийти в себя, отпустить ситуацию и наплести Медведевой какой-нибудь глупости. Та наверняка разозлится. Но говорить правду Андрющенко не станет. Как минимум не сегодня. Все планы рушатся буквально мгновенно. Когда из-за угла, по лужам, к Лизе быстрым шагом направляется Кира. Она выглядит... Испуганно? Неужели она испугалась за Елизавету? Да нет, это полный бред. И девушка головой мотает, отгоняет эти мысли. А сердце в груди в бешенном ритме стучит. Мёртвую петлю кажется готово сделать. Кира подходит совсем близко, за руку хватает. Только Лиза добро на это не давала. Не надо её дёргать, хватать... Она такого не любит. Лучше просто не трогать. Поэтому запястье мгновенно из чужой хватки вылетает. — Да, все в порядке, — А глаза бегают то по улице, то по Кире, что стоит в шеге от Лизы и руки в примирительном жесте приподнимает. Только что-то в этой Кире не так. Губы уже в усмешке не сгибаются, глаза не блестят, — Всё нормально. Я хотела просто поговорить с Мишель. — Смеёшься сейчас? Вот блядство. Ты себя в трубку вообще слышала? — брови светлые хмурит и взгляд чужой поймать пытается. Не нравится, что вот так руку выдергивают. Кира просто помочь желала, — Что случилось? Выглядишь словно труп. — Просто испугалась. Компания неприятная навстречу шла, — отнекивается Елизавета. Ей удаётся успокоиться, отпустить ситуацию, — Спасибо конечно, но я Мишель звонила. Какого черта её телефон у тебя? — девушка даёт понять, что её очередь вопросы задавать. — Молчи, кисуль, молчи. Я узнаю все, просто чуть позже, — Кира подмигивает. Вопрос, касаемым телефона Мишель, полностью игнорируется. Блондинка уже играет с Лизой в игру. Девушка интересной кажется. А если кто-то Медведевой кажется интересным, он мгновенно в сетях её путается. Понять это не сложно совсем, — А сейчас домой пошли. На этот раз не спорь со мной. — Переночевать не пущу. Сама-то до дома доберёшься? — уголки губ слегка вверх приподнимаются. Издевается? Возможно. — А я так надеялась поделить с тобой кровать, жаль, — наиграно произносит Кира, — Не переживай, ты не в моем вкусе. Я уеду на такси. Всё равно твоей Мишель телефон возвращать, — девушка врет сама себе. Лиза может и не в её вкусе, но интересная весьма. Елизавета молчит. Она никак не комментирует слова чужие. Лишь отряхивается для видимости и направляется в сторону дома. Понимает прекрасно, что не знает Кира дорогу. Девушки по улицам идут. И всё же, Лиза чувствует некую безопасность рядом со спутницей. Наверное, это только от того, что теперь она не одна. Идут не спеша. Никто и слова ни проронил до самого дома Елизаветы. Старшая то и дело пальцами хрустит. Волнуется. Им с Кирой говорить не о чем, а молчание всегда неловким кажется. Лиза останавливается у своего подъезда. Пора бы прервать это молчание, но слов подходящих опять нет. — Спасибо, — единственное, что с уст срывается, — Мы пришли. — Даже на чай не пригласишь? Какой ужас, Лиза — Я предупреждала, — девушка из сумки извлекает ключи. К двери подходит. Чувствует себя неблагодарной. Но с другой стороны.. Киру никто не просил. Не просил спрашивать, не просил идти, вести диалоги и провожать. Медведева это сама решила, без Лизиной помощи. — Ну, встретимся в среду, — Кира лишь плечами пожимает. Сигарету очередную из пачки извлекает наблюдает за тем, как фигурка темноволосая скрывается в подъезде. Девушка ещё долго всматривается в окна лестничной клетки. Прикидывает этаж, на котором Лиза живёт, а потом какое-то время в окна смотрит. Словно выяснить пытается, какая из этих квартир принадлежит юной официантке. *** Так и проходят два дня. В молчание. Кира потом долго объясняться перед Мишель, но та лишь благодарит за то, что Медведева не ждала её, а напротив, помогла Лизе. Странно, но Гаджиева не стала кидать на девушку гневные взгляды. На улице становится все холоднее. Ветер дует с севера. Лиза не любит осень. Хотя в детстве ей приносило удовольствие бегать по лужам в цветных резиновых сапогах и плести венки из листьев вместе с матерью. Но время идёт, все меняется. Сейчас Елизавета взрослая, ей больше не позволено бегать по лужам. Осень стала нагонять некую тоску и меланхолию. А сейчас, пряча свои руки глубже в карманы, Андрющенко и вовсе думала о чем-то не сильно радужном. Она думала о Алексее, о том, что тот говорил ей, о том, что он делал. Эти мысли нагоняли не только тоску, но и страх. Страх вновь окунуться в прошлое. С такими мыслями Лиза доходит до бара. Через пару минут начнётся её смена, а она сама не своя. Пора бы привести себя в порядок. — Кисуль, день добрый, я надеюсь, ты рада видеть меня живой, — с усмешкой произносит Кира, — Обидно ведь, ты даже не поинтересовалась доехала ли я до дома. — Не переживай, о твоём состоянии мне доложила Мишель, — Лиза слегка пожимает плечами. Говорить нет желания. Тем более, это разговор с Кирой. С ней сложно быть собой. — Вот как? Любопытно, — Кира протирать очередной бокал. — Прости, встретимся на смене. Мне нужно переодеться, — старшая словно начинает избегать компании Медведевой. Секунда после слов Лизы проходит, девушка проскакивает в служебное помещение и переодевается, чтобы выглядеть более подобающе. Андрющенко на себя в зеркало смотрит и бейджик на рубашку цепляет. Она готова к выходу, покидает служебное помещение, но почему-то не наблюдает Юли. Это слегка напрягает. Елизавета в руках поднос сильнее сжимает. Время поговорить с Кирой. Может та знает, где вторая официантка? — Кир, а где Юля? Знаешь? — Интересуется Андрющенко. — Приболела она. Разве не написала тебе? Стоит зачекиниться с коллективом поближе. Да, понимаю, времени мало прошло, но.., — договорить не дают, прерывают. — Я поняла, спасибо, — кивает девушка, — Смена сейчас начнётся. Опять уходит. А Кира вслед смотрит вздыхая тяжело. Больно надо иметь дело с этой девушкой. Индиго не такая уж важная персона, чтобы разговаривать с ней в принципе. Только вот незадача, она из головы никак вылететь не может. Эти тёмные волосы, шея с татуировкой, тонкая талия и акцент на бёдрах. Кирин типаж определённо. Она любила девушек с подобной внешностью. И как хороша была бы Лиза, возбужденная и слегка раскрасневшаяся. Медведева изучила бы эту аккуратную фигурку от и до. Прошлась поцелуями по внутренней части бедра, оставила бы на шее яркие засосы. А затем приступила бы к самой интересной и чувствительной части женского тела... Блядство. Кира мотает головой, гонит образы прочь из своего воображения. Уж слишком она разошлась сегодня, хотя и не пила вовсе. Глаза карие на время поглядывают. Из-за мыслей о официантке время пролетает гораздо быстрее. Смена идёт уже второй час. — Кир, два ванильных шота и один роял, — произносит Лиза тише обычно. А Медведева готова поклясться, она слышала подобный тон голоса лишь единожды. В тот момент, когда взяла трубку телефона Мишель. — Хорошо кисуль, сделаем, — подмигивает. А сама думает, что же опять могло напугать? За мимикой внимательно наблюдает чужой, — Ты в норме? Случилось что? — Утомительно без Юли, — пожимает плечами. На секунду взгляд отводит. Косится на четвертый столик, а Кире и этого хватает. — Пожалуйста, — барменша ставит все на стол. А Лиза забирает и уходит. К тому самому столику. Брови светлые хмурятся, официантку в толпе ищут. Находят. И Киру в секунду гнев охватывает неимоверный. Когда чужая мужская рука по бёдрами проходится нагло. Медведева злится, а Елизавета своей ладонью крепко сжимает мужское запястье. Предупреждает, что трогать не стоит. — Твою мать, Андрющенко... — ругается еле слышно. И этого хватает, чтобы с места сдвинуться, пойти по направлению к четвёртому столику. Хочется выплеснуть все ебучие шоты на лицо мужчинам. Кира не потерпит подобного обращения с девушками. Тем более с работницами их заведения. Тем более с Лизой. Последний факт заставляет напрячься сильнее. Ничего, с чувствами Кира разберётся чуть позже. — Руки лишние? — Рычит Медведева, когда подходит уже вплотную к мужчинам. Грубо и без особых церемоний ладонь чужую от официантки оттягивает, сжимает нещадно, — Она согласие свое дала? Нет. Или вы совсем тупые? Слова нет не понимаете? — У бара стояла? Там и стой. Если выглядишь как мужик, ещё не значит, что имеешь право спорить, — посетитель руку вырывает свою из Кириной хватки. — Сученыш, — произносит тихим шёпотом, кулаки сжимает. Раздражает абсолютно все в этих мудаках. А рядом Лиза стоит, которая головой слегка мотает. Недавно работает ведь, но понимает, что если на посетителя Кира сейчас руку поднимет, то места рабочего лишится, — Я зову охрану и вы покидает данное заведение пока наша сотрудница не написала на вас заявку, — держать себя в руках чертовски сложно, но оказывается не невозможно. Кира рукой машет, внимание привлекая охраны. На мужчин показывает и даёт установку увести. А сама отходит, брови светлые хмурит. Лизу за руку прочь тянет, в ту же подсобку несчастную. Медведева в глаза напротив заглядывает. А Елизавета жмется неловко. Опять она испугалась, опять Кира спасла. Хотя.. Ни сейчас, ни тогда ничего не произошло, она бы и сама справилась. Но чужое плечо надёжным кажется. — Твоя смена закончилась сейчас. Приведи себя в порядок и жди меня, — опять ставит перед фактом, — Я отвезу — Кир, спасибо... Но мне надо работать, хорошо? Как зал может остаться без официантки? — Блять, — вздыхает. Забыла совершенно, что Юли сегодня нет. Медведева на руки чужие смотрит. Возможно ей просто кажется, но те дрожат. И как Андрющенко планирует нести подносы? — Ладно, иди. Кира выходит из помещения, оставляет темноволосую одну, а сама к бару идёт. Смотрит на шоты и безумно хочется их выпить. Просто расслабиться и выпустить свой пыл. Только нельзя. Потому что вести нужно Индиго домой. Отпускать не желает в таком состоянии. *** Старшая какое-то время в одну точку тупит. Слушает, как чужие шаги удаляются. А сама девушка глубоко в свои мысли уходит. В воспоминания окунается с головы до ног и хмурится. Она давно всё это прошла. Не должно быть сейчас никаких препятствий. Просто, бояться за жизнь — нормальное явление. Елизавета себя в порядок приводит. Отвратная ситуация только что произошла. Но работать надо. Её ждёт зал. Девушка пальцы рук заламывает нещадно. Нервничает непроизвольно, но деваться некуда. А ещё нужно Киру поблагодарить. И общаться с ней, не избегать. Пытаться перебороть характер свой, не бежать от людей. Тем более тех, которые помочь пытаются. Но Алексей тоже тогда помочь хотел.. Лиза губу больно прикусывает. Тут иначе всё. С Кирой не так всё. Покидает официантка служебное помещение. Выходит в зал и мимолетный взгляд дарит Медведевой, которая стоит напряжённая вся. Лиза вину чувствует, от того к бару и подходит. — Может тебя лучше заменить сейчас кому-то? — спрашивает Андрющенко. — Индиго, не надо. Все со мной нормально, а у тебя вон.. Руки трясутся, — хмурится слегка блондинка. — Ох, ладно, не пристаю, — вздыхает Елизавета и к работе приступает. Только поднос в руках предательски дрожит. Вот же сволочь.