12 ночей в Four Seasons

      busterzy: где слова благодарности, епты, я не понял?       busterzy: где ебать спасибо Славян, спас мой скучный отдых?       busterzy: и мои яйца от посинения бля       busterzy: алло! спишь что ли до сих пор?         Егор готов был швырнуть телефон в стену. В очередной раз ругал себя за то, что напился шампанского, от которого так болит голова на утро. Поднявшись с кровати, он почувствовал, как волна боли пробежала от лба до затылка, заставляя сильно зажмуриться и сделать глубокий вдох. Телефон не переставал вибрировать, по ощущениям — внутри его головы.         egorkeed: братан дай в себя прийти       egorkreed: ща умру башка болит         Глаза дергались, с трудом могли фокусироваться на экране смартфона оттого как сильно, будто разрядами тока, боль резала его голову. Чертово шампанское. Лучше бы водки выпил.         busterzy: слабенький        busterzy: со мной ты выносливее         egorkreed: чем обязан такому подарку?         busterzy: вчера был день рэпера         egorkreed: ты блять с чего это взял         busterzy: загуглил заебал         egorkreed: спасибо, братан, пиздец че за подарок       egorkreed: вчера как раз свиданка обломалась         busterzy: она обломалась до или после того, как приехал мой подарок?         egorkreed: до         Хотелось верить, что до. Эта яхта с девчонками и алкоголем вчера не привлекла внимание только слепого. Правда невозможно было понять, как Бустер до этого додумался и где он вообще их нашел, но он всегла славился оригинальным подходам к подаркам, и этот не стал исключением.         Егор не помнил, во сколько он вернулся, и не понимал, сколько он проспал, но на часах было уже девять утра. Завтрак пропускать он не собирался, учитывая, что остался всего час до его завершения. Не открывая блэкаут-штор, он включил мягкую подсветку по периметру номера и прошагал в ванную. В зеркале увидел себя и усмехнулся: такой видок, как будто его случайно постирали в стиральной машине. Волосы дыбом стояли на голове, вся кожа красная из-за солнечных ожогов, на шее — пара засосов, остальные не видно невооруженным взглядом из-за татуировок, а еще часть спрятана за трусами.          Душ всегда помогал ускорить восстановление после похмелья. Приведя себя в порядок, выведя лишние токсины из организма и поглотив графин с водой, он вышел на завтрак. Его тут же ослепил уличный свет, а входная дверь за ним захлопнулась из-за ветра.         — Блять. Это что за погода? — он нахмурился, не веря обстановке: из-за пасмурного неба цвета на острове, который встречал его яркими красками, будто потухли. Еще сгоревшее и покрытое красными пятнами после бурной ночи тело обдало прохладным ветром. Пришлось идти переодеваться и найти что-то с высоким горлом, чтобы с относительно чистой совестью навестить Сашу.  

***

        — Доброе утро, — в десять утра Егор приветственно улыбнулся своему любимому администратору, которая снова зашла на пост. После завтрака полегчало: прошла голова, заработал желудок, перестало сушить горло.         Он видел только ее светлую макушку, торчащую из-под столешницы ресепшена. Готов был поклясться, что сегодня она тоже выглядит безупречно. В идеально гладкой белой блузке, светлых брюках и с собранными волосами. Егор поправил капюшон толстовки, прикрывая одну сторону шеи. Саша поднялась со стула и буднично улыбнулась:         — Доброе утро. Чем могу помочь?         Губы Егора невольно растянулись в неловкой улыбке: Саша выглядела еще лучше, чем он ожидал. Пшеничные локоны струились по плечам, передние прядки огибали голову и соединялись на затылке, а на смену атласному верху пришел обтягивающий трикотажный джемпер бежевого цвета. Одевалась, наверное, по погоде, которая сегодня была совсем не похожа на курортную: пасмурно, ветрено, даже прохладно. Но где-то внутри Егора и всех жителей отеля таилась надежда, что к обеду распогодится. Почти всех, за исключением персонала, который знал, что такая погода задержится на пару дней.         — Куда пропала вчера? Всю клубнику в шоколаде доедал один.         Он уже несколько раз пожалел, что вчера не узнал у Саши почему же она слилась со свидания. Веселиться на яхте с девчонками, конечно, интересно и очень в духе Крида, но симпатия, которая зародилась у него по отношению к Саше, занимала его ум в свободное время. Поэтому он каждый раз ищет возможность встретиться и сделает это сегодня снова.          Саша усмехнулась и пробурчала сама себе, печатая что-то на клавиатуре:         — Ага, один.         — Что? — улыбался и недоумевал Егор.         Она как и обычно казалась спокойной, постигшей нирвану и почти равнодушной, только вот ее тон и саркастичные комментарии выдавали ее истинный настрой:         — Ничего. Появились дела поинтереснее, — Сашины глаза осудительно и с намеком посмотрели на него и тут же вернулись к монитору. —  И я не про себя.         — Ага, — Егор замолк, отводя взгляд и зажевывая улыбку. — Понял. Уже ревнуешь?         — Уже ходишь налево? — Саша прыснула от смеха. Держала на лице едва заметную издевательскую улыбку, которая помогала ей не злиться на Егора, так легкомысленно и беспечно объявившегося.         — Хожу налево? — Егор прыснул в ответ. — Мы что, уже женаты? Даже за ручку не держались. Если бы ты не написала, что не сможешь, я бы провел вечер с тобой, как и обещал.         — Хочешь сказать, что ты бы позволил той яхте, набитой женщинами, уплыть без тебя? — Саша наконец оторвала глаза от компьютера и посмотрела на него исподлобья.         — Я бы с удовольствием променял ту маленькую яхту с женщинами на круизный лайнер под именем Александра. Но лайнер не берет меня на борт, понимаешь?         Она закатила глаза и шумно выдохнула, выражая недовольство. Егор улыбнулся, довольный тем, что вызывает у Саши эмоции. Он облокотился на мраморную столешницу ресепшена и только открыл рот, чтобы узнать, будет ли она присутствовать на киновечере сегодня или же Егору совсем нет смысла туда идти, как Саша переменилась в лице:         — Уйди, — вдруг шепнула она, среагировав на вошедшего в лобби мужчину.         — Уйди?         — Уйди, Егор, пожалуйста. Кивни, улыбнись и уйди, — процедила она сквозь стиснутые зубы и растянутые в рабочей улыбке губы.         — Напишу тебе, — он кивнул, улыбнулся, как она и попросила. Саша выдохнула, но Егор сделал шаг от стойки и снова обернулся к ней. — Если ты меня еще не заблокировала. А то я не проверял.         — Значит еще успеваю заблокировать, — она дружелюбно улыбнулась, будто пожелала гостю хорошего дня.         Саша старалась не смотреть на приближающегося управляющего, пока тот не появился на месте Егора. Чувствовала себя провинившимся ребенком. В лобби затихли голоса. Щебетавшие над ухом коллеги по ресепшену замолкли и принялись создавать видимость бурной деятельности, косясь в сторону Саши и Карлсона.         — Искры летают между вами, — послышался басистый и скрипучий голос Картана. — Александра, я, конечно, понимаю, что ваш случай не имеет ничего общего с тем, чем занимались наши девочки еще несколько месяцев назад, но все же. Вы играете не по правилам. Не по правилам, установленным вашим трудовым договором. Считайте это первым предупреждением, которое я вообще имел права не делать.         — Искры — искрами, но правил я не нарушаю, — возразила она, сведя светлые брови к переносице. — В моем договоре сказано не иметь никаких отношений с постояльцами. Я не имею отношений с постояльцами.          Если бы Карлсон был моложе и невоспитаннее, он бы закатил глаза, но статус не позволял. Вместо этого он разочарованно вздохнул:         — Зря надеетесь, что я ослеп от старости. Вы меня услышали, я надеюсь. Первое предупреждение, Александра.         Картан смерил осудительным взглядом администраторов ресепшена, развесивших уши, и вернулся к Саше:   — Я вообще спустился сказать, что сегодня ваш киновечер придется отменить. Погода за бортом все хуже и хуже, — управляющий кивнул в сторону панорамных окон, за которыми висело затянутое еще бледными тучами небо и трясущиеся от ветра верхушки пальм. — Вечером будет совсем холодно. Мне нужно будет уехать, пока не начался шторм, надеюсь, справитесь без меня. Пусть мне подготовят яхту.         Саша кивнула и набрала любимого капитана управляющего — того самого Джерри — скомандовав его готовить свое судно для его высочества.         — Ну и погодку он выбрал для заплыва, — протянул голос в трубке. — Ладно, будет сделано.         — Спасибо, Джерри. Хорошего дня.         — И вам! Надеюсь, непогода быстро закончится. Я отпрошусь у шефа остаться на Таити, чтобы ты знала. Все равно погода не лётная, я вам тут не нужен.         — Хорошо, — Саша кивнула и повесила трубку.     

***

        Оповещать жителей о том, что киновечер отменяется, не пришлось: это читалось в настроении погоды и в закрытом баре "Тропикана" на берегу. Все постояльцы скрывались в своих номерах и виллах или баре "Джангл", который был скрыт густой растительностью и почти не продувался, в отличие от других мест острова. Впервые за долгое время в лобби выключили кондиционеры и приоткрыли окна, запуская внутрь свежий воздух градусов двадцати.         — Чем у вас можно заняться в такую погоду? — сокрушалась одна из дам, заселившаяся с мужем в большой номер с панорамными окнами. На ее лице читалось разочарование, хотя Саше оно было не понятно: она торчит здесь уже десять дней и это — первая непогода, которую она застала. Сгорела она, на Сашиной памяти, раз десять. Куда еще веселее-то? — Кина вечером тоже не будет?         — К сожалению, нет. Можем предложить вам только спортзал, крытый ресторан и бар. Уличные активности сейчас недоступны, — Саша сочувственно поджала губы, а собеседница демонстративно вздохнула и бросила небрежное "Ладно".         День тянулся. Несмотря на то, что работы было много, особенно в преддверии непогоды, час проходил, как все пять. Уже к обеду Саша была вымотана и попыталась перезагрузиться на обеде. Снова оставила свой пост и удалилась в комнату для персонала, где ее ждал долгожданный обед. В этот раз она умудрилась застать весь коллектив на обеде. Коллеги помогли ей отвлечься своими отвлеченными от работы разговорами. Тэки с Марселем спорили о временных петлях во вселенной Марвел, Сенем изредка спрашивала: "Это тот, который с перчаткой, фиолетовый орк?", а Саша просто слушала, наслаждаясь едой и пустой головой.         Телефон завибрировал.         egorkreed: скучно здесь в такую погоду         sashabraun: если бы мне платили за каждый раз, что я слышу эту фразу, я бы уже сегодня разбогатела и заказала бы яхту с мужиками :)         egorkreed: ты такая злопамятная)         sashabraun: есть немного)         egorkreed: есть шанс, что сегодня сможем встретиться? или тебе опять влетело из-за меня         sashabraun: влетело, да.          Саша оставила дальнейшие умозаключения за Егором, не желая прямо отвечать на его приглашение встретиться. Она не знала, хочет этого или нет. Знала только одно — сейчас совсем не хотелось об этом думать. Впереди еще половина рабочего дня, и одному богу известно, какие испытания ее ждут. Вечером она точно зароется в плед, нальет себе вина и включит любимый сериал, а завтра проснется только в обед. Голова гудит.          — Хочу в отпуск, — устало вздыхает она, не рассчитывая, что ребята обратят внимание, но они отзываются сразу же.         — Устала? — сочувственно тянет Сенем. — Или по дому скучаешь?         — Нет, по дому не скучаю, — мгновенно мотнула головой Саша. — Хочу лежать две недели и ничего не делать.         — Да ладно, у тебя всегда так на третий рабочий день. Завтра отдохнешь и будешь как огурчик, — продолжила черноволосая коллега бодрящим голосом.         — У меня давно такое состояние. У вас нет такого, что... Вы, типа, выгорели? Работа больше не приносит удовольствие, ничего не хочется, продуктивность на нуле...         — Бывает, — все одновременно кивнули под слова Тэки. — Надо перетерпеть. Отпуск ничего не исправит, тебе на самом деле не хватает мотивации. Найди что-нибудь интересное в своей работе. Например, если очень скучно, всегда можно пойти проверить склад. Пересчитать все полотенца, тапочки, халаты, лампочки, орешки, ну, сама понимаешь...         — Ты как и всегда максимально эмпатичен, Тэки.         — Работаю над собой, — он пожал плечами.         Саша демонстративно недовольно улыбнулась коллеге и вернулась к еде. Этот обед она растягивала непривычно долго, смакуя каждую ложку еды и каждый глоток чая, каждое слово коллег. Не хотелось возвращаться на рабочее место, хотелось вернуться в кровать да поскорее. Ей казалось, что ее упадческое настроение спровоцировано плохой погодой и отменой уже полюбившегося киновечера. К слову, несколько постояльцев подряд подходили уточнить, состоится он все-таки или нет, что грело душу Саши. И одновременно расстраивало. Ближайший удастся устроить очень нескоро. О завтрашнем дне думать не хотелось совсем. Хотелось верить, что это будет безобидный, насколько это возможно, шторм, и день пройдет без происшествий и необходимости выходить на работу и помогать коллегам справляться с хаосом. На душе было тревожно из-за близящихся трудностей, и захотелось позвонить домой с надеждой на то, что ее это успокоит.         — Привет, пап. Не разбудила? — Саша улыбается в трубку, зарываясь руками в корни волос. Соскучилась по родному голосу.         — Привет, дочь. Не разбудила, только вернулся с дневной смены, но я на полпути в царство Морфея.         — Только со смены? — недовольно вздохнула она.         — Ага. Ты как там? Как у вас погодка? Я что-то звонил тебе вчера, а ты не взяла трубку.         Саша усмехнулась: как обычно переводит тему. Работа — неприкосновенна и обсуждению не подлежит. Вот в кого она такая.         — Да, видела, но не стала перезванивать, поздно у тебя было уже. Погодка... Погодка портится. Завтра обещают шторм.         — Шторм — это плохо. Будь осторожна. Дочь, спать хочу дико, давай потом созвонимся, хорошо? Не обижайся, малыш, правда очень устал.         — Конечно, пап. Давай. Спокойной ночи.         — Спасибо. Пока.         Разговоры с отцом никогда не отличались особой информативностью и продолжительностью, но Саша уже научилась радоваться тому, что у него все в порядке. Хотя иногда хотелось трындеть часами по телефону как Марсель со своим отцом — обо всем и ни о чем. Просто создавать ощущение присутствия. Напоминать, что они — все еще семья. Хоть и живут по одиночке уже несколько лет.         — Саш?          Она напугалась. Топала по песку, глядя только себе под ноги, и едва не врезалась лбом в пешехода напротив.         — Егор... Николаевич, блин.         — Да, снова я. Где у вас спортзал? — он закинул на плечо спортивные шорты и майку и сунул руки в карманы брюк. Его глаза изучали Сашу: она впервые выглядела потерянной, какой-то расстроенной. Обнимала себя руками, спасаясь так то ли от холода то ли от плохого настроения, смотрела себе под ноги и непривычно кривила губы. — Ты в порядке?         Саша кивнула, мельком глядя на него.         — Выход из противоположных дверей лобби, налево и до конца. Бунгало такое белое, — крайне непрофессионально объяснила она. Заученный текст с подробным описанием пути в спортзал где-то затерялся, и она выбрала изъясниться по-человечески.         — Спасибо, — он кивнул, не отрывая взгляд от красивой женщины перед ним, пока та, не вылезая из собственных размышлений, обошла его и продолжила свой путь к ресепшену.   

***

        До конца смены оставалось менее часа. Как назло, последние минуты тянулись еще дольше, чем все часы с самого утра. Саша не знала точно с чем было связано такое нетерпение к некогда любимой работе. Она даже не представляла, что ей нужно будет сделать завтра, в свой выходной, как ей нужно будет отдохнуть, чтобы через день снова заступить на смену. Еще и Карлсон свалил... Улетел, но обещал вернуться, блин. Даже сменами не с кем поменяться — все итак работают на убой.          Оставалось смириться. И листать инстаграм до конца рабочего дня. Который, к слову, пестрил фотками Егора, решившего сделать фотоотчет из спортзала для своих подписчиков. Саша едва не облизнулась, разглядывая его забитые рукава, но быстро пришла в себя, когда представила, что Егор все это время стоял над душой и наблюдал за тем, как пристально она рассматривает каждую сторис. Вернул в реальность Марсель, бросивший на стол перед ней папку с документами. Снова молча и почти игнорируя присутствие Саши. Не сел на нее — и на том спасибо. Что происходит с этим поедателем лягушек?         В холодильнике осталась ее любимая паста с вялеными томатами, которые так хорошо сочетались с красным вином, что ужинать чем-то другим стало просто непозволительно. Ужиная, Саша с грустью отметила, что эта паста — лучшее, что случилось с ней за весь день.         egorkreed: что у вас с интернетом? постримить не могу         Саша нахмурилась, увидев, что остались непросмотренные истории у Егора. Новая история оповещала подписчиков о том, что через час он начнет стримить. Зная "силу" вай-фая этого отеля, ему повезло, что он смог залить истории в инстаграм сегодня.         sashabraun: все обращения на ресепшен, я тебе не горячая линия :)         egorkreed: ага, так ты уже не работаешь?)        egorkreed: значит, можно тебя забрать куда-нибудь?)         sashabraun: я не в ресурсе         egorkreed: исправим)         sashabraun: сомневаюсь)          egorkreed: что-то случилось? ты сегодня какая-то... на себя не похожа)         sashabraun: на "себя", которую ты знаешь три дня?) хахаха       sashabraun: на самом деле просто очень устала       sashabraun: почему-то       sashabraun: пока спасаюсь вкусной едой и винцом, но ресурс что-то не восстанавливается         egorkreed: дай время вину)        egorkreed: а еще лучше приходи ко мне, что-нибудь точно придумаю       egorkreed: netflix and chill...         sashabraun: ага, или дозу витамина D :))))       sashabraun: знаю я ваш нетфликс энд чилл         egorkreed: это ты сказала, не я, заметь хахахахха       egorkreed: не, ну можно провести время целомудреннее, гуляя на расстоянии нескольких шагов       egorkreed: или снова пообщаться по видео       egorkreed: или уже по-человечески встретиться)         sashabraun: почему это "уже"?)         egorkreed: потому что бесполезно отрицать наши эмоции и прикрываться твоим трудовым договором))         sashabraun: мои эмоции от увольнения будут сильнее, поверь мне)       sashabraun: домой не хочется совсем       sashabraun: никак       sashabraun: поэтому мискузи, сеньор) мои тридцать тыщ зелени еще в силе, в принципе       sashabraun: могу рассмотреть предложения :)         egorkreed: мои предложения что-то отвергаются)         sashabraun: поменяй тактику)         Саша поерзала на стуле, устраиваясь поудобнее. Желудок наполнился вкуснейшей едой и вином и отослал команду "наслаждаться жизнью". Становилось тепло, а на лице появлялась едва заметная улыбка от совершенно внезапной и на удивление приятной переписки. Она сама не заметила, как просидела за ней целых сорок минут, как остыли остатки пасты в тарелке, а вино в бокале кончилось. Егор казался каким-то психотерапевтом или телепатом: на любую мысль, зреющую у Саши в голове, прилетал вопрос в директ. Так он поменял тактику? Решил разобрать ее по полочкам и вывернуть душу наизнанку? Чертов обольститель. Со сколькими женщинами он такое проворачивает? Какая она по счету в его списке раздетых до гола душ?         sashabraun: я откровенничаю, потому что пью вино и мне нужно с кем-то поговорить, а не потому, что твоя новая тактика работает)         egorkreed: не буду спорить :) расскажи о своей семье) про меня ты, должно быть, знаешь больше, чем я о тебе)         Саша переместилась на диван, укутавшись в плед и не выпуская из рук бокал вина, и задумалась на пару минут, прежде чем печатать ответное сообщение Егору. Гостинная оживилась с недавним приходом Тэки и Сенем, и Саше хотелось надеть наушники, чтобы сосредоточиться на переписке.         sashabraun: мамы рано не стало, мы с отцом жили вдвоем. Он хирург, живет в Москве. Я уехала сразу после того, как получила диплом. Сначала в Дубай, потом сюда.          Ответ прилетел не сразу и это было ожидаемо.         egorkreed: как с отцом-хирургом ты стала управляющей отеля? как тебя не занесло в медицину?         sashabraun: я бросила медицинский на втором курсе. не смогла.       sashabraun: все, что меня связывает с медициной - отец-хирург и сертификат с отличием с курсов первой помощи :)         egorkreed: так сложно учиться?         sashabraun: сложно, что все напоминало о маме. не представляю, как отец работает до сих пор. у нее было... короче тяжелое заболевание. все симптомы, диагнозы, анализы, все напоминало о маме. не смогла. поступила в другой универ на туризм и вот я тут. может быть как-нибудь расскажу поподробнее)         egorkreed: извини         sashabraun: ничего. это все вино :) так бы я съехала с этой темы. а сейчас мне даже хочется поговорить       sashabraun: хочешь узнать, почему я такой хороший администратор?         egorkreed: догадываюсь, но, кажется, ты сама хочешь рассказать об этом)       egorkreed: с удовольствием послушаю       egorkreed: почитаю, точнее         sashabraun: я привыкла все контролировать. с детства контролировала все, что происходило дома, во сколько приходил отец, что он ел, куда клал вещи, во сколько вставал на смену, не забывал ли заправить машину, не оставил ли дома ключи, кошелек и пропуск.        sashabraun: думала, что основной функцией мамы был такой контроль. пыталась показать отцу, что мы и вдвоем справимся.          egorkreed: как отец сейчас без тебя живет?         sashabraun: самостоятельно :) меня очень давно не было дома, я без понятия, что там творится, но папа говорит, что все в порядке.         egorkreed: как же ты, такой контролер, смогла уехать и позволить ему жить одному?         sashabraun: нервный срыв, переосмысление происходящего. стандартные составляющие духовного роста. выросла, одним словом.       sashabraun: кажется, так лучше для всех       sashabraun: я слишком похожа на маму. кажется, ему до сих пор сложно видеть меня. и любит, и больно. странные чувства.         egorkreed: сложно терять любимых. не вини его         sashabraun: не виню.          Саша осушила бокал и сильнее закуталась в плед. Хотелось тепла.          Она положила голову на мягкие подушки дивана и прикрыла глаза, шмыгнув носом. Вино вроде согревало, но в душе было холодно. Хотелось снова позвонить отцу, пообщаться побольше, услышать, как он живет, как проходит у него день, скольких людей он спасает ежедневно. И как совсем не заботится о себе. Снова подключить контролера и наругать. Хоть как-то выразить то, что она переживает о нем. И хочет позаботиться.         Телефон звякнул, вырывая ее из размышлений.         egorkreed: тоже вина захотелось.       egorkreed: пойдем к океану? поговорим там. такие разговоры не ведутся в переписке)         Саша усмехнулась.         sashabraun: холодно       sashabraun: и я не справлюсь с конкуренцией, если опять на горизонте появится яхта с моделями       sashabraun: и с эмоциями         egorkreed: да ладно, мне уже неинтересно, я вчера там был)         Саша рассмеялась.         egorkreed: встречу тебя, чтобы ты была уверена, что меня не украдут на полпути       egorkreed: одевайся теплее, там и правда холодно)          Она хмыкнула. Окинула взглядом гостинную: Сенем пила свой ароматный турецкий чай со сливками, а Тэкео сидел рядом, развалившись в кресле, и смотрел мультики на телефоне. Саша завидовала им. У них в этом отеле были права на человеческие чувства. Сенем готовилась к свадьбе, ее жених — австралиец, которому лету до Бора-Бора всего несколько часов — был здесь частым гостем. Девушка Тэки прилетала раз в пару месяцев, и тот брал отпуск на несколько дней, чтобы провести с ней время, не отвлекаясь на работу. Карлсон закрывал на это глаза. Так было можно. Тащить на остров свою любовь можно, а влюбляться на острове — нельзя. Бред.         Это кажется еще большим бредом, когда в тебе два бокала вина, которые пытаются направить тебя на пусть истинный. Путь к чувствам и эмоциям, которых тебе так не хватает. Надоело стараться подружиться с коллегами так, чтобы ощущать их своими близкими людьми. Чтобы было с кем поговорить, пусть даже сквозь языковой барьер и разность менталитетов. Русских здесь было мало, друзей из них не было вовсе. Один только Егор был претендентом, и то, наверное, руководствуется собственными желаниями, которые не сходятся с Сашиными. Ну, или сходятся, но отчасти. Смотря в каком она настроении. Сейчас оно — подстать погоде: хмурое, тяжелое и почти плачевное.          Саша просидела истуканом еще несколько минут, раздумывая, хочет ли она выходить этой ночью из дома или нет. С одной стороны, останься она дома и выпей еще вина — ее совсем развезет и она просто ляжет спать. С другой стороны, встреться она с Егором — она рискует разочароваться. Чем может руководствоваться человек, зависший вчера на яхте с моделями? Явно не мозгом. Не тем, что сверху.         Саша удивилась: а с какого момента она стала рассматривать его, как своего потенциального партнера? Зачем ей обращать внимания на его половую жизнь? Он, хотелось верить, был послан ей для разрядки — моральной и физической. Или же для испытания ее выдержки, когда вопросы касаются увольнения с работы за контакт с ним. Но это бред, как ей уже успело внушить вино. В это она сегодня не верит. Ее не уволят, если она впервые за полгода почувствует себя человеком. Женщиной. Не "крошкой" и "малышкой" для богатых лысых дядь, а "Саш, пойдем посидим на берегу океана, поговорим, если тебе плохо".         — Кто-то читал книгу "Скажи жизни "Да"? — прервала тишину Сенем, откусывая печенье. — Почему все ее так рекламируют?         — Бесполезная, — мгновенно парировал Тэки. — Ты уже сказала жизни "да", когда согласилась выйти замуж за австралийского миллионера. Она тебе больше не нужна, поверь мне.         Сенем звонко рассмеялась, отчего Тэкео улыбнулся, довольный реакцией на свою шутку. Саша расценила этот вопрос от Сенем как знак свыше. Сказать жизни "да". Не той жизни взаперти, в отеле и без эмоций, а настоящей жизни. Нарушению правил, импульсивности, чувствам, эмоциям, переживаниям. Перестать вести себя как робот. Перестать притворяться. Захотеть что-то сделать и действительно сделать, без взвешивания всех "за" и "против", без продумывания ходов наперед и потенциальных исходов и последствий.          Выпутаться из пледа, встать с дивана, натянуть теплую толстовку, кроссовки и молча выйти из квартиры, не отчитываясь коллегам, оставляя эту задачу их воображению.