***
Песок приятно щекотил ноги, Нетейам шёл за Тук, чтобы позвать ее на обед. Он, обойдя всё поселение, и нигде её не найдя, отправился на пляж. Тук ловила крабов стоя в воде. Только парень хотел позвать сестру, как услышал неподалёку знакомые голоса слева от него. Подойдя чуть ближе он узнал в них Аонунга и Цирею. - ... всё не так. Они поймут, если объяснишь и извинишься. - В этот раз я правда перегнул палку, а если бы он не спасся? - Не говори так, всё обошлось, тем более, ты же извинился. - Под угрозой отца, они это понимали. - Хорошо, да, ты виноват, но не всё так плохо. Они хорошие ребята, всё наладится. Скоро нам плыть за острова, всем вместе, тогда и скажешь. - Да, ладно, ты права. Пойдём, а то мама будет ругать, за то что долго тут сидим. Нетейам быстро ретировался оттуда, чтобы его не заметили, и уже шёл по воде за сестрой, пока не размышлял о том, перед кем парень виноват, и что он сделал. Через 4 дня, Нетейам, Ло'ак, Аонунг и Цирея (которую отправлять не хотели, но она сама вызвалась, ведь должна была быть рядом с братом) плыли на илу за острова, за специальными водорослями, которые использовали в качестве прикорма для разводимой кланом рыбы. Нетейам не придал этому значения, даже забыл о том разговоре. Но вспомнил об этом, когда Аонунг всё же извинился перед Ло'аком. Именно тогда он понял, что безразличный и сдержанный на первый взгляд парень довольно эмоциональный, если узнать его получше.***
Затем он чувствовал некое восхищение, и списал это на то, что рифовый парень его заслуживает, ведь он был в очень хорошей форме, с отличной харизмой и гениальными идеями. Он часто помогал отцу и все его задумки приносили только пользу. После лесной понял, что он очень красив. Парень был высоким и подкаченным. Волосы идеально уложены, кудри всегда были на своём месте. Взгляд всегда был чётким и уверенным, а цвет глаз был похож на самое ясное небо. Длинные пальцы выглядели гармонично и очень эстетично. Перебирать все преимущества парня можно было долго. Дальше Нетейам принял тот факт, что чувствует к нему симпатию. Он не был против того, что ему понравился парень, ведь считал это совершенно нормально, да и Кири его поддержала Затем он осознал, что это не просто симпатия. Парень смирился, что влюбился в него. Теперь он не мог стерпеть всех девушек которые открыто подкатывали к рифовому, и тех парней, которые к нему липли, а их было много, ведь парень был не только чертовски красив, но также являлся сыном вождя. Каждый и каждая хотели занять место рядом с ним, но сердце радовалось, когда он отшивал всех, кто бы к нему не подходил, и ослеплял от себя всех приставучих особ, которые не понимали с первого раза. На улице постепенно холодало но два парня не обращали на это ни малейшего внимания, ведь в объятиях друг друга было тепло. Они целовались уже добрых 7 минут, и дело близилось к дальнейшим действиям. Хвост рифового медленно начал пробираться под повязку, а губы перешли на шею, плечи и грудь, и когда всё грозилось зайти в точку невозврата они услышали треск палок, и тихие шаги недалеко от них. Резко остановившись они огляделись по сторонам, и заметили шорох в кустах неподалёку. Придав себе обычный вид, они медленно спустились вниз. Сердце бешено колотилось в груди от угрозы быть раскрытыми. Они, конечно, не были против того, чтобы остальные на'ви знали о них, но не сейчас. Когда Нетейам аккуратно подошёл к кустам, чтобы отодвинуть ветку, и наконец узнать кто там скрывается, мимо него ног пробежала маленькая обезьянка, а за ней вышла уже виновница шума, её мама, которая была довольно большого размера. Аонунг рассмеялся за спиной у парня, а Нетейам прыснул следом. Они просмеялись несколько минут, а затем всё же решили, что им пора возвращаться. - И всё же жаль, что мне не дали продолжить~ -Аонунг сказал это шёпотом, задевая губами мочку уха лесного, от чего тот прикрыл глаза. - Закончишь потом, если конечно это повториться - А ты этого не хочешь? - с наигранным удивлением спросил парень - Кто тебе такое сказал? - с соблазнительной усмешкой проговорил Нетейам - Отлично Они взобрались на илу и разместились в той же позе, но теперь рука, лежащая на талии парня, приобрела более интересный характер.