Красное полусладкое

«Кринж» — кратко он ответил Оле на сообщение о метро. В принципе, он на нашем уже катался. В других странах. Там оно выглядело аккуратно, красиво, грех разочек не прокатиться. Да и иногда даже быстрее, чем на обычном, четырех колёсном коне. Но в этой стране… ох, даже страшно представить как оно выглядит. А какие там люди… Емае. Нет, лучше отключить свою фантазию и подумать над тем, как бы добраться до Оли. Адрес она скинула и если верить картам, это буквально рукой подать. Но с этими пробками… доберётся он до места где-то к утру. Так что решение было принято быстро. Практически на ходу. — Так, дружище. Mi amigo. Amigo mio. — быстро приговаривал юноша недоумевающему водителю. Латинос зарезал, нырнув рукой во внутренний карман пиджака. От туда был вынут кошелёк, а уже из него купюра. Как матрёшка. И пятьдесят баксов упали на плечо таксиста, а сам Карлос уверенно сказал ему перед уходом. — Давай. Выбирайся из этого дерьма. Мужчина и сказать ничего не успел, как Лопес пулей вылетел из машины и направилась прямиком через проспект, ловко огибая стоящие, раздражённо гудящие ему машины, прямиком к тротуару. Вылететь так на проезжую часть, конечно, может только Карлос. Дразнит он свою костлявую подругу, которая нервно курит черную косу в руках, глядя на это безрассудство. Парочка сплошных было пройдено. Невысокая ограда, в качестве финального босса и вот красноволосый уже на пешеходном переходе. Дождик лил, панельки своими желтыми, тусклыми окнами глядели на Карла, вместе с парой недоумевающих прохожих. Но остальным как-то не было дело до этого юноши. Слабоумия и отвага скрывалась под этим дорогим костюмом цвета кофейных зёрен. Туфли быстро перебирали по мокрому асфальту, стараясь огибать лужи. Одна рука держала телефон, который освещал и показывал дорогу, а вторая — кейс, который теперь подрабатывал пародией на зонт. Сыро, мерзко… холодно. Латинос тихо бормотал себе под нос все известные маты, на всех языках которые мог вспомнить. А когда они кончались — он выдумывал новые. Все эти арки в полумраке, потрескавшиеся стены с подтеками, гнилые двери подъездов и фасады с колесами закрытыми в землю напоминали буквально джунгли. Бетонные джунгли. А Карлос в них — Томас Круз. Но у всего хорошего есть свойство заканчиваться и эта прогулка по дождливому Питеру тоже подошла к концу. Логист зашёл во двор указанного адреса и тут же пересекся взглядами с единственной живой душой на весь район; Ольга Барановская в артхаусном прикиде. — Пиздатые натоптыши. — проговорил парень, усмехнувшись, направляясь к подъезду. — Спасибо. — кратко отвечает девица, закатывая рукава олимпийки. — Ой блять, Карлос, ты кадр просто. Снимай пиджак и выжми его. Давай, заболеешь ещё. — Кто тут ещё из нас кадр? Я просто жертва случая, а ты… — он глянул на программиста, окинув ее быстро взглядом с головы до пяток, после чего вынес свой краткий вердикт. — Кринжулька. Оля, как и Карлос, выбивалась контрастом на сером полотне панелек и мокрого бетона. С последним то все понятно в принципе. Иностранец, по нему сразу видно. Одет с иголочки, дорого богато, весь такой вылизанный до блеска. Даже не смотря на то, что красные волосы заметно потускнели, а костюм прописался влагой, выглядел он все равно ярко и красочно. Но вот Барановская… Картина маслом. В таком наряде логист ее ещё не видел. Черная кожанка сменилась майкой, а грозные берцы на… на какое-то подобие обуви, так ещё и с разными носками. Миленько это выглядело, но от того не менее забавно. Как бомжик. Под стать тому дому, в который Карл с малым отвращением зашёл. Оля открывает дверь с характерным звоном домофона. Перед гостем открывается вид на подъезд в полумраке. Лестница приглашала наверх, прямиком к квартире программиста. Пока оба внизу, и Оля недовольно фырчит на мокрого петуха. Нет, она не злится, просто недовольна тем, что Лопес пренебрёг своим здоровьем. Боже, ну что за дитё. — Нам наверх. — девушка показывает на лестницу. — Пятый этаж нас ждёт. — попутно забрав содержимое почтового ящика, кой было извещение с почты да всякий спам, что полетел в мусорное ведро. Она забрала мокрый пиджак в свои руки, что из кофейного стал цвета темной печали в кружке рано утром, и пропустила гостя вперёд, идя следом. Подъезд… Выглядит как заброшенное здание, в котором по логике никто не должен жить. Или как погреб. Облупившейся краска, сырые стены, бетонная лестница, запах пыли. Вот только тут, ты не спускаешься не вниз, а поднимаешься наверх. Неприветливо выглядели этажи. Стальные двери… некоторые даже с решётками. Пиздец… Вроде смотришь на это с отвращением и явным недоумением, но с другой стороны… все это в новинку. Экзотика. Напоминает чем-то черные районы гетто, соседствующие с роскошными бизнес районами. Только это получается… русское гетто. — Йоу, mi amiga, я конечно квитанции твои не смотрел, но Санта-Бланка тебя деньгами не должна была обидеть… — Карл начинает с далека. В трезвом состоянии он не такой прямолинейный, как обычно. — Так какого хрена ты в такой дыре живёшь? Creo que alguien te ha estado tomando el pelo, querida… Последнюю фразу он произносит в пол голоса. Оля все равно не поймёт чё он там пробубнил. Нечего было обращать на нее особого внимания. На пути был последний лестничный пролёт. Последняя ступенька и вот парочка поднялась на пятый этаж, встав напротив двери в квартиру. Лопес отметил, что выглядела она значительно лучше, чем двери ее соседей, да и лучше самого подъезда в принципе. Может тут как с книгой история? Не суди по обложке и сейчас внутри юношу ждёт евроремонт со всеми удобствами? Если так, то нахрена в такой глуши нужно было селится… Может всему виной сентименты? Кто знает. Дверь же в квартиру была новее обстановки на лестничной площадки. Проход открылся быстро, спасибо ключам с яркой подвеской с аниме персонажем. Карлосу не сразу послышался запах ягодного чая, легкий аромат потушенных свечей из комнаты хозяйки, и свежесть, исходящей от цветов. Жестом русская показала разуться до порога и вытряхнуть ботинки, после чего забрала обувь и унесла под батарею, предварительно застелив пол газетой. Высохнут. — Вау! — с наигранным восторгом гость заходит во внутрь квартиры, наблюдая как все его ожидания разбираются в осколки. Краткий вздох и уже более сдержано он добавил. — Скромно… — Будь как дома, — снимая олимпийку и разуваясь, сказала хозяйка. — но не наглей. Берлога. Вот во всех словарях мира, под этим словом, стоит прикрепить иллюстрацию с фотографиями квартиры Оли. Чисто холостяцкая дыра. Хотя Ольга вроде девушка… Ну значит это Woman DLS. — Получается no bitches? — с грустной мордашкой произносит он, снимая обувь, в ответ на то, чтобы тот не наглел. — А ведь так хотелось… Где у тебя обувка сменная? Ну и прочее барахло… Мокрый пиджак лёг на розовую вешалку из IKEA, а затем поместился у батареи, рядом с обувью. Брюки и рубашку придётся выжать так же, а что ж делать? Голым Карлосу ходить что ли? Задумалась светлая голова, а потом завернула в ванную, где послышалось шуршание. Фен. — Иди сюда, сушить буду волосы. — из проема двери показалась рука, которая звала в ванную. — Попутно снимай рубашку. — Я понял… забей. Дай тапки хотя бы. Но не успела Оля ответить на прихоти латиноса, как тут раздался телефонный звонок. Лопес закрутился, быстро вынул смартфон из широких штанин и с мокрым портфелем поспешил ванную. Босой… ужас как неприятно. — Бля, короче, делай свой русский сервис. — быстро отчеканил он, сняв трубку, приложив ее к уху. Параллельно с этим он положил на раковину чемодан, забитый бумагами, папками, канцелярией которая ютилась с пакетиком травы и небольшой, гравированной флягой. — Йоу, Карлос слушает… — Да-да, щас все будет, пупсик. Оля снимает с крючка красное чистое полотенце. Мягкое, махровое, прямо закутаться и не убирать, и чудо вещица ложится на край ванны. Карлоса сажают рядом на тот же край, а пока он решал свои важные дела, хозяйка осознала, что и правда ничего не достала для гостя. Тапки, которыми обычно пользуется брат быстро перелетели к ногам логиста, из шкафа Оля достала шорты, оставленные им же, а абсолютно чистая майка, подаренная девушке другом из Британии, теперь будет красоваться на латиносе. Одежду девушка положила на стиральную машинку в ванной, а сама ушла на кухню, поставить чайник. Пить рано, пусть горячего выпьет. Баранка сразу возвращается к Карлу и тихо обращается, стараясь не отвлекать. — Как договоришь переодевайся, волосы я тебе сама высушу, чтобы быстрее. Ванная теперь была оккупирована Мексикой. От туда мощным потоком лилась испанская речь… Карлос говорил настолько быстро и оживлённо, что буквы, слова и предложения превращались в какой-то сплошной поток белого шума, из которого ничего не разобрать. Так сразу и не поймёшь, это какой-то деловой разговор, или просто задорная беседа с друзяшками-мексикашками. Наверное… и то, и другое. Ведь Карлос редко делил людей на деловых партнёров и просто партнёров. Общался со всеми одинаково, в своём привычном, прямолинейном и наглом стиле. Только в очень редких и самых важных случаях, приходилось включать воспитанного, серьезного мальчика… чтобы очередная сделка не сорвалась. — Ага, да-да. У вас там, блять, один телефон на пятерых что-ли? — переключился он обратно на английский. Видимо собеседник изменился. В этот же момент в ванную заглянула Оля, обнаружив Карла с открытой папкой в руках, ручкой в зубах из-за чего речь была слега невнятной и телефоном, зажатым между плечом и ухом. Юноша кратко глянул на хозяйку квартиры лукавым взглядом, кивнул ей, после усмехнувшись ответил собеседнику на том конце провода. — Да решил тут к мамке твоей заскочить по дороге. Чего женщине такой в одиночестве пропадать. И снова смех и снова юноша переключился на испанский. Продлилось это где-то минуты 3-4, после чего наступила тишина, а из ванной донёсся тяжёлый вздох. А следом из голос Логиста. — А во что переодеваться то, Оль?