Доброе утро 3

Холодный воздух опаляет отравленные никотином лёгкие. Ещё день. Ещё один день... Сила свыше, дай мне ещё день... Я боюсь умирать. Такое чувство, что это неизбежно. Да, глупо. Да, это не выход. Но я не знаю, что мне делать. Вытягиваю руки вперёд и начинаю разглядывать свои бледные кисти с разветвлённой сине-зелёной проступью длинных тонких вен. Я подхожу к краю плоской крыши и смотрю вниз. Сегодня почему-то не страшно. Я всегда боялся смотреть вниз. А сегодня вдруг взял и посмотрел. Там ничего нет. Может это и хорошо... Просто чёрная пустота. Я часто представлял, как сделаю шаг вперёд и утону в этой бездне. Буду долго-долго падать, ни о чём не думая... А потом разобъюсь со всей силы об землю или что там внизу... Заброшенная многоэтажка. Долгострой. Идеальное место для такого чудовищного деяния. Деяния, которое разобъёт сердце одному дорогому мне человеку. Я знаю, мои проблемы могут показаться ничтожными, но я не знаю, как с ними справиться. Я не хотел тревожить свою мать, поэтому, когда очередной раз пошёл просить у неё денег, сказал, что хочу проколоть ухо. Ухо то я сам продырявил. Зато к психиатру сходил. Это конечно стоило мне титанических усилий в плане подделывания документов, росписей, соглашений и прочей хрени. Но вроде всё получилось. Не скажу, что этот поход к психиатру мне помог, но я в который раз убедился в том, что моя крыша, если ещё и не съехала, то определённо собирается сделать это в ближайшем будущем. Другой помощи я не ощутил. Однако я потратил своё время не ковыряя запястья лезвием, а общаясь с умным человеком. А это значительный плюс. Он назначил мне какие-то инъекции, но я боюсь проколов глубже, чем на пять миллиметров. Или, по крайней мере того, как сказал один великий писатель, что предполагается наличие иглы. Поэтому с психиатрией у меня не срослось и я послал это дело куда подальше. Невольно касаюсь неправильно сросшейся мочки уха, плавно переводя палец на продетый через неё маленький металлический молоток. На моём лице возникает какая-то равнодушная усмешка. Зачем мне эмоции? Мне ведь всё равно... Наверное в этом заключается сила наших воспоминаний. Когда я купил этот молоток, мне было хорошо. Когда же я проколол ухо... Я уже хотел умереть. Между двумя этими деяниями прошло около трёх лет. В младших классах меня обзывали молотком. У меня косил левый глаз и для коррекции зрения его заклеили. Тогда я стал ударяться об углы, за что и получил такое прозвище. А потом я пришёл в девятый с этим молотком в ухе. Однако мой прокол даром не прошёл. Я вынул молоток, а отверстие осталось. Ещё и срослось не до конца и корявейшим образом. Я расстроился и всунул микро-кувалду обратно. Воспоминания... Почему они делают больно снова и снова, сколько бы лет не проходило? Я бы очень хотел вычеркнуть одно воспоминание из своей головы. Воспоминание о человеке, ненавидящем меня всей душой... Если она у него вообще имеется... Зачем он подкрепляет это воспоминание, появляясь в моей жизни? Вновь возвращаюсь к реальности и вытащив молоток из его законного места, уныло кручу в пальцах. Моё сознание переключается на руки. Лучше бы оно так быстро с физики на химию переключалось... Руки... Господи... Мои руки с несколькими десятками порезов, шрамов и синяков, побитыми костяшками и спутанным симбиозом браслетов и каких-то верёвочек... Мама, роди меня обратно... В школе поначалу часто спрашивали, не бъют ли меня дома. А потом мой классный руководитель узрел, как я прыгаю по гаражам... Угораздило же меня прямо на его глазах со всего размаху удариться об стену... Думаю, если он увидит ещё десяток-другой моих подобных приколов, он точно внесёт меня в свой мысленный список каких-нибудь там чудаковатых придурков. Что там ещё на этих руках? Татуировка. Маленькая татуировка. Угадайте чего? А вот не угадаете нихрена. И я не скажу. Бедро начинает саднить. Эх, зачем я про гаражи вспомнил... Да, гаражи-это моя слабость, но блин, не сейчас же думать о том, что у меня болит задница? Не сейчас, когда я стою на самом краю какой-то высоченной хреновины! Нет, сегодня это не выход. Хочется, конечно, но... Мама сказала, что хочет сегодня побыть со мной... Сказала, что соскучилась по мне. Нельзя ж, блин, её так обламывать... Хотя, кому я вру, мне тоже хочется с ней побыть. Правда, думаю, если она захочет разговорить меня, я сдамся примерно минут через 7-8. И если я до этого момента не убегу куда подальше, её могут ранить мои слова. Я не против того, чтобы она ранила меня словами. Пусть сделает это хоть миллион раз. Даже больше. Сколько её душе угодно. Но я так не могу. Может я и мразь бездушная, но на такое я не способен. И зачем я сюда припёрся... Вселенная, Бог, Наполеон, квинтессенция всего на свете, не знаю, кто ты там, умоляю, разверни меня в другую сторону и отправь домой... Я обессиленно падаю на колени. Плечи начинают судорожно трястись. Блядь, ну ты ж мужик, чего ты ноешь? Отчим любил использовать эту фразу при общении со мной. Если конечно избиение восьмилетнего ребёнка можно считать общением... По щекам неконтролируемо стекают слёзы. Зачем он мне звонил? Чего хотел? Зачем разворошил мои воспоминаия о нём? Нет, блин, я не плачу, это просто жидкость выходит из моего организма. Просто. Физиология. Естественный. Процесс. Прикольно будет, если тут сейчас откуда ни возьмись, появится какой-нибудь человек. Он спросит, какого хрена я здесь делаю, а я ему такой "Глаза прочищаю.". Телефон завибрировал. Твою дивизию! Я разворачиваюсь назад и дечу к своему рваному рюкзаку. Вибрация прекратилась. Ёжкин кот, не успел! Всё. Я идиот. И как я этого ещё раньше не понял... Нервно стучу пальцами по разбитому экрану мобильника, пытаясь его разблокировать. Неверный пароль. Я вновь поддаюсь своим рыданиям. Кто-то, наверное, скажет, что я выгляжу, как ноющий придурок... Что ж, пускай говорит. Да, я тварь дрожащая, я это знаю. Мне по барабану. У меня просто проблемы с психикой. После нескольких судорожных попыток ввести пароль, мне всё таки это удаётся. Мама. 10 пропущенных вызовов. Нет... Зачем было звонить мне 10 раз подряд? Чтобы мне потом стыдно было? Да, сейчас мне жутко стыдно. Мама, если ты хотела добиться этого результата, у тебя получилось. Я никогда не пойму женщин. Телефон снова вибрирует. Я тооропливо принимаю звонок. -Алло, мам... Извини... Со мной всё нормально, не волнуйся... -Солнышко, ты где? -Мам, мне не пять лет... "А всё таки приятно, когда тебя так называют..." -Прости меня. Ненавижу, когда она извиняется. Ей ведь не за что извиняться. Тогда зачем? -Всё нормально. Называй, как хочешь. Это я опять рычу. -Где ты? -Я... Я решил... Прогуляться немного... -Крошка моя, иди домой, дождь скоро начнётся... -Иду... -Если сильно польёт, зайди в магазин, пережди. -Ладно... -Я серьёзно. -Хорошо-хорошо. Голос слегка дрогнул. Блин. -У тебя что-то случилось? -Нет... -Голос дрожит. -Простыл, навреное... Ладно, мам, я приду сейчас, пока. -Пока, любимый. Я збрасываю звонок, отрезая матери путь к вопросам, предназначенным явно не для телефонного разговора. -Фух... Курить хочу. Я перенервничал. Вынимаю из кармана кофты пачку сигарет и вытряхнув одну, подпаляю её зажигалкой. Мама, прости меня. Когда-нибудь я обязательно брошу. Вдыхаю сигаретный дым и медленно выпустив его в атмосферу, вспоминаю про свою недо-серьгу. Где я её оставил то... В карман, что ли, засунул... Отыскав молоток в недрах кофты, осторожно возвращаю побрякушку на её законное место. Хоть бы опять ухо не порвать... Блин, сигарета затухла. Спасибо. Надо идти. Иначе та женщина, что ждёт меня дома, получит инфаркт.