Written in the Stars Like Graffiti

      Гарри Стайлс — один из самых выдающихся молодых исполнителей в современной музыкальной индустрии. На пике своей карьеры, в прошлом месяце, объявил себя бисексуалом, сославшись на желание быть откровенным и искренним со своими многочисленными, молодыми поклонниками.       После подтверждения того, о чем говорили в течение нескольких месяцев, Стайлс удалился в студию с коллегой по группе Найлом Хораном для написания четвертого альбома, который должен выйти весной следующего года.       В своем первом интервью, с момента каминг-аута, Гарри рассказывает о любви, прессе и, что быть настоящим – одна из важных вещей, которую он может продемонстрировать как знаменитость, в нынешнее время.       Автор: Райли Гридли       Я встретил Гарри в пабе и моим первым впечатлением о нем было то, насколько обычно он выглядел: одет в джинсы, белую футболку, джинсовую куртку из овечьей шерсти, его фирменную синюю бандану на шее и потрепанные кроссовки Vans.       Певец выглядел точно так же, как и любой другой парень в этом пабе, включая меня. Что логично, поскольку разница в возрасте у нас всего год-два.       Рядом с ним в кабинке, совершенно незаинтересованный моим приходом, сидел бойфренд Стайлса: знаменитый татуировщик Луи Томлинсон. Когда я сел, Томлинсон выглядел почти спящим, прислонившись к окну, а Гарри даже не пытался стереть выражение восхищения со своего лица, когда приветствовал меня, по-прежнему держа одну руку на бедре своего парня.       Мы заказали по кружке пива и корзиночке чипсов, продолжая светскую беседу в ожидании заказа. Как только нам принесли еду, Стайлс начал выжидающе смотреть на меня.       Поэтому я начал с простого, спросив, как он провел последний месяц.       HS: На самом деле прекрасно. Найл [Хоран] и я много времени провели в студии, готовясь к новому альбому. Также ездил повидаться с мамой и сестрой, а когда у меня не было никаких обязательств – проводил время дома, что правда здорово.       Гарри улыбается, рассказывая о своей деятельности за последние несколько недель между глотками из пинты.       RG: Я могу спросить, как твоя семья справлялась с последними несколькими месяцами?       Стайлс улыбается, слегка поворачивая голову в сторону, устанавливая зрительный контакт с Луи, после чего кивает головой.       HS: Все прошло хорошо. Моя семья знала об этом уже много лет. Они все поддержали, чтобы я раскрылся на своих условиях и главное чувствовал себя в безопасности для этого. Так что просто прекрасно.       Томлинсон рядом с ним молча кивает, обе его ладони упираются в стакан пинты. Луи, как он говорит называть его, когда представляется, такая же неотъемлемая частью истории каминг-аута Гарри, как и он сам. В течение многих лет ходили слухи о сексуальной ориентации Гарри, затем они быстро стихали, когда Стайлс выходил из бара или ресторана с женщиной.       HS: Большинство из этих девушек – мои друзья. Почти все женщины, с которыми мне доводилось встречаться были только друзьями.       Когда я спрашиваю, раздражают ли его эти слухи, он озорно ухмыляется, а Томлинсон начинает хихикать в свою пинту.       HS: Что, если я скажу тебе, что мы специально их провоцировали?       RG: Ты имеешь в виду, что раньше ты встречался с девушками, с которым дружил, чтобы посмотреть, появятся ли об этом заголовки на утро?       HS: Чувствую, что получу несколько очень гневных сообщений по этому поводу, но да. До того, как Найл и Амелия начали встречаться, мы появлялись с несколькими девушками, просто чтобы посмотреть, появятся ли заголовки на следующее утро. Это приводило нашу пресс-службу в ярость.       RG: А потом ты получил бурную реакцию прессы, после того как раскрылся. Это отличалось от того, что было раньше?       Впервые с тех пор, как я сел за стол, Томлинсон, который вообще не произнес ни слова, кроме того, что представился мне в начале, выпрямляется и прикрывает возлюбленного плечом: одно из многих молчаливых проявлений поддержки, которые приводят фанатов в восторг от их отношений.       HS: Я думаю, что это было похоже, но в то же время сложнее по-другим причинам. Раньше мы намеренно создавали заголовки ради развлечения. Но на этот раз, все настолько глубоко и лично для меня, потому что выход был связан с попыткой стать самим собой для остального мира. Я никогда не хотел подставлять Луи, освещать это в прессе. И то, что под микроскопом оказался не новичок в мире сплетен о знаменитостях, пошло на пользу.       RG: И с точки зрения стороннего наблюдателя, эти отношения выглядят чертовски сильно отличающимися от любых других твоих публичных отношений. Ты думаешь, это потому, что тебе пришлось сделать каминг-аут ради них?       Гарри делает паузу прежде чем заговорить, выпивает из своей пинты и кладет одну руку обратно на колени Луи.       HS: Рискуя показаться невероятно сентиментальным и подвергнуться безжалостным насмешкам моей сестры позже, я думаю, что снаружи все выглядит иначе, нежели на самом деле. С того дня, как я встретил Луи, он всегда только поддерживал меня. Это была самая приятная вещь, которую только можно получить от партнера, в романтическом плане.       Теперь на лице Томлинсона появляется легкая улыбка, а Гарри даже краснеет.       HS: Дело в том, что люди не привыкли видеть меня в отношениях с мужчиной. Поскольку в прошлом я публично встречался только с женщинами, то сейчас видеть меня с парнем – и при этом очень преданным ему – раздражает некоторых. Может показаться, что это сильно отличается от других моих публичных отношений. Не то чтобы я не был предан в них, они просто другие из-за Луи.       RG: Ты все еще чувствуешь давление, требующее придерживаться того общественного восприятия, которое у тебя было – образ бабника, секс-символа, рок-звезды?       Гарри тяжело сглатывает, и прямо под столом я вижу, как Луи начинает потирать ладонью бедро певца. Замечаю, что этот вопрос беспокоит их обоих и стены, которые медленно рушились во время нашего разговора, начинают снова воздвигаться.       HS: Дело в том, что я никогда таким не был. Думаю, что СМИ, без обид, любят изображать молодых, условно привлекательных людей публичной сферы, в этом свете. Даже когда они просто встречаются с другом, а не с новым любовным увлечением. Не поймите меня неправильно, я встречался с некоторыми женщинами, с которыми меня видели, но это не значит, что у меня каждую неделю появлялась новая девушка. Думаю, моя мама дала бы мне за это подзатыльник – абсолютно заслуженно.       Гарри делает большой глоток пива, почти допивая, после чего подает знак бармену, чтобы тот принес еще, и прерывает интервью, говоря мне, что это его старый школьный друг и главная причина, по которой они с Луи любят этот паб. Друг Гарри, в каком-то смысле, защищает их пока они здесь, когда люди беспокоят пару.       HS: Существует мнение, что особенно в мире, в котором мы [он указывает на Луи], два человека не могут быть друзьями только ради дружбы. Например, я помню, как мой менеджер и пиарщики несколько раз спрашивали меня, встречаюсь ли я с Надин [Леопольд], когда мы несколько раз ужинали или выпивали с другими людьми, или просто наедине. Это вызвало такую бурю в прессе, что даже моя сестра позвонила уточнить, встречаюсь ли я с ней.       RG: Значит, ты никогда не встречался с Надин?       HS: Нет. Что за безумие. По сей день мы остаемся хорошими друзьями. Молодые звезды испытывают нереальное давление. От них требуют встречаться друг с другом и сообщать своим поклонникам все интимные подробности своих отношений. Вот почему мы с Найлом начали встречаться с друзьями: посмотреть, какие заголовки выйдут на следующее утро, даже не успевая добраться домой.       RG: Тем не менее, ты был очень откровенен в своих отношениях с Луи. Есть ли в нем что-то особенное по сравнению с женщинами и мужчинами, с которыми ты встречался в прошлом?       Когда я задаю этот вопрос, появляется новое пиво для Гарри, а его друг просто поднимает брови, бросая на меня взгляд, такой острый, что можно порезать стекло, и возвращается на свой пост за стойкой.       HS: Ты знаешь, когда я писал пресс-релиз для своего каминг-аута, то продолжал думать над вопросом в этом смысле. У меня не было необходимости его выпускать; я мог бы просто продолжать встречаться с Луи и наплевать на то, что обо мне пишут газеты. Так что не пойми меня неправильно, мой каминг-аут был не для вас, пресса. Это было для людей, которые замечали меня, когда я чувствовала себя невидимкой, как будто никогда не вылезу из своего шкафа и повторяли, что видят меня таким, какой я есть и любят, несмотря ни на что. Я сделал, чтобы люди узнали меня настоящего, видели и гордились мной. Единственное, что отличает Луи, так это то, что он тот самый человек, с которым я решил это сделать.       Именно тогда Томлинсон кладет руку на талию Гарри, сжимая его и устраивает подбородок на плече. Они выглядят единым целым. На лице Луи выражение гордости, а у Стайлса решимости.       RG: Ты упомянул, что, по твоему мнению, тебе не следовало выходить из шкафа. Есть ли причина, по которой ты в конечном счете решил поделиться этой частью себя с остальным миром?       HS: Как я уже сказал, хотел быть честным с нашими фанатами. Они – причина, по которой я сижу с тобой в этой кабинке. Мне кажется правильным быть честным с ними, большинство из них, я чувствую, уже знали о моей сексуальной ориентации. И бонус в том, что теперь можно пойти позавтракать со своим парнем и не рисковать, что это станет трендом в Twitter. Ни Луи, ни я не любим говорить о том, насколько угнетающим было освещение в прессе, мы чувствовали на себе взгляд всего мира, поверь.       Сейчас они оба изменились, как будто груз прошлого теснее прижимает их друг к другу.       HS: До меня дошли слухи, что общественность воспринимает меня как бабника. И Луи сказал мне кое-что, когда происходило все это безумие вокруг моего каминг-аута, что мне очень запомнилось. Он сказал, что я не несу ответственности за то, как меня воспринимают люди. Пока я доволен собой и людьми, которых люблю, это все, что должно иметь значение.       RG: А теперь не обижайся меня за этот вопрос, хорошо? Мне просто любопытно.       HS: Тогда продолжай, интересненько.       RG: Тебя вообще беспокоят люди, которые говорят, что твое появление в качестве бисексуала – это отговорка? Что ты должен пройти «весь путь до конца» как гей?       HS: Если бы я беспокоился о людях, которые думают, что откровение в моей индустрии – это отговорка, то мог бы вообще перестать работать.       RG: Ты, кажется, очень уверен в себе.       HS: Если что-то изменится в отношении моей сексуальной ориентации, люди, имеющие отношения к этому, будут в курсе, поверьте мне.       Затем мы переводим разговор на более дружественные темы, о новом альбоме и его отношениях с Луи, любимцем фанатов.       RG: Итак, я уверен ты в курсе, что вы с Луи сейчас одна из самых горячих пар и есть много предположений, что большая часть следующего альбома вдохновлена им. Ты можешь что-нибудь сказать по этому поводу?       Гарри и Луи обмениваются загадочными взглядами поверх ободков своих пинтовых бокалов, слегка приподнимая брови, едва заметно улыбаясь.       HS: Я могу подтвердить, что работа над следующим альбомом продвигается хорошо.       RG: И это все?       Стайлс просто пожимает плечами и делает еще один глоток пива с ухмылкой на лице. Луи все еще прислоняется к нему, хотя, когда заходит речь об альбоме, его лицо темнеет на несколько оттенков.       RG: Луи слышал его?       HS: Безусловно. Он плакал, как ребенок, когда впервые прослушал его целиком и для меня это был настоящий опыт. Но он еще не сказал мне, что песни – дерьмо, так что это плюс. Хотя, не знаю, сделал бы он это или нет, ему вроде как нравится издеваться надо мной…       Луи слегка шлепает возлюбленного по голове, и Гарри громко смеется, от чего в уголках глаз появляются морщинки и знаменитая ямочка на щеке; смех, перед которым заискивают миллионы поклонников.       Когда наше время вместе подходит к концу, я спрашиваю их обоих, что они думали о том, как их выставляли в прессе за последние несколько месяцев. Они оба пожимают плечами и поворачиваются друг к другу.       HS: Чувствовалось, что людям любопытно узнать о нас и наших отношениях. Я не возражаю, когда все так, понимаешь? Не хочу постоянно отвечать на эти вопросы, но уважаю любопытство людей и то, что у нас есть определенный уровень открытости по отношению к нашим фанатам. Надеюсь, что они уважают, что в этих отношениях только мы двое.       Луи, впервые с тех пор, как представился мне, вмешивается.       LT: Я понимаю, как некоторые из них могут быть увлечены нашими отношениями. Многие из них хотят, чтобы мы с Гарри были счастливы, что правда мило. И есть люди, которые хотят, чтобы мы заткнулись, а есть и те, кому нужна каждая деталь. Я просто хочу сказать, как горжусь Гарри за то, что он нашел баланс, который работает на него. Держит людей в курсе и сохраняет большую часть наших отношений личными.       Я киваю ему в знак подтверждения, и откидываю голову на спинку дивана. Мы болтаем о пустяках еще несколько минут, прежде чем решаю, что мне пора уходить. Гарри приглашает остаться, так как его друзья собираются прийти сюда, но я отказываюсь, полагая, что должен позволить им побыть наедине с ними. Прощаясь и выходя, бросаю последний взгляд на стол, который волшебным образом заполнился друзьями пары. Это выглядит так обычно, несмотря на странную смесь суперзвезд и относительно неизвестных людей, смеющихся и переговаривающихся друг с другом.       Действительно, настоящий.       Райли Гридли – редактор журнала Rolling Stone. Его работы также опубликованы в журналах Vanity Fair и The Guardian.