Горько-сладкий коктейль

      Утром я просыпаюсь с тяжелой головой и с удивлением чувствую аромат кофе. Накидываю рубашку и иду на кухню. МинХо потягивает горячий напиток из кружки и копается в телефоне. Увидев меня, он с улыбкой спрашивает:       — Выспалась? Садись, я налью тебе кофе. Надеюсь, ты не возражаешь, что я немного здесь похозяйничал.       Сажусь за стол, с недоверием косясь на парня. Мой взгляд не ускользает от него.       — Почему ты так на меня смотришь?       — Ты всё еще здесь.       — Ну да, а где мне еще быть? Или ты меня уже выгоняешь?       — Нет, что ты… Просто удивлена…       — Что я не сбежал?       Краснею и молча киваю. Он и правда мои мысли читает… МинХо придвигает мне поближе тарелку с горячими кексами.       — А как бы ты тогда узнала, что я еще и хорош в готовке? — снова эта сногсшибательная улыбка.       Я вновь в растерянности. Какая-то слишком идеальная картина. Не верится, что всё по-настоящему. Делаю глоток кофе и с приятным чувством узнаю вкус любимой марки отца.       — Ну, чего молчишь? — парень с интересом смотрит на меня.       — Как-то неловко…       — Почему? Мне кажется, мы уже далеко зашли, чтобы теперь вдруг ощущать неловкость.       — Вот именно. Тебя не смущает, что мы только что познакомившись, уже перешли черту? Обычно парни не любят подобное поведение у девушек. Пользуются и сбегают на утро.       — Значит, тебе повезло, что я не мыслю такими стереотипами. Я же говорил вчера, что заинтересован тобой. А все, что произошло потом - нормальная реакция двух людей, испытывающих взаимную симпатию.       — То есть для тебя это не было странным?       — Ничуть. В конце концов, мы - взрослые люди и можем поступать, как хотим. А если в итоге было чертовски хорошо, то вообще ничего больше не имеет значения.       — Ли МинХо - ты правда настоящий? Осторожнее, я же так и влюбиться могу.       Парень громко рассмеялся.       — Что ж, это было бы весьма лестно. — довольный МинХо взял себе кекс, попутно сунув один мне.       Откусываю кусочек и отмечаю, что это действительно вкусно. Чем еще меня может удивить этот парень? Неловкость растоплена и далее наш разговор продолжается в повседневном приятном ключе.       Чуть позже, провожая МинХо у двери, я даю ему листок со своим номером телефона:       — Будет желание - звони. Можем как-нибудь выбраться вместе куда-то.       — А чего долго ждать? Что ты будешь делать вечером?       — Наверное этот и тысячу последующих вечеров я буду разгребать и сортировать все вещи в этом доме. Что-то придется выбросить, что-то отдать на благотворительность и тому подобное… В общем, ничего интересного.       — Так давай я помогу. Вдруг тебе опять станет грустно в процессе? Тут я и пригожусь. Да и быстрее дело пойдет.       — Ты уверен, что вместо кучи интересных занятий хочешь возиться со старым хламом?       — Главное, ведь, с кем я буду этим заниматься. Не так ли?       — Ох… Помощь и правда мне бы пригодилась. Смотри, не пожалей потом о своем решении.       — Ни в коем случае. Я позвоню вечером.       МинХо поцеловал меня в щеку и ушел. Закрыв дверь, я оперлась на стену. И чем я заслужила такой подарок судьбы? Хотя рано радоваться. Вот, если он действительно вернется вечером…       В задумчивости я приступила к разбору вещей.       К моему изумлению, вечером действительно позвонил МинХо и уточнил, люблю ли я китайскую кухню. Получив мой утвердительный ответ, он сказал, что будет у меня минут через сорок.       Ровно через 38 минут после звонка, Минхо уже заходил ко мне в квартиру с кучей коробок китайской еды.       — Я подумал, что ты слишком увлечешься делом и забудешь про еду.       Как в воду глядел. Даже немного пугает его проницательность.       Пока я поглощала лапшу из одной коробки, МинХо ходил по комнате, таская жареные пельмешки из другой. Его внимание привлекла стопка виниловых пластинок, которую я перевязала и поставила у двери.       — Что планируешь с этим делать? — спросил парень, указав на стопку.       — Не знаю, выброшу наверно. Кому сейчас нужен винил?       МинХо сделал круглые глаза и, отложив коробочку пельмешек в сторону, начал перебирать пластинки. Наконец, воскликнув, он вынул одну из стопки и показал мне.       — Видела?       — Эм… Queen… Богемская рапсодия. Ее можно всегда послушать в интернете.       — Ащщщ… Ты совсем не понимаешь. Это же подлинник 78-го года. Да еще и на оригинальном голубом виниле! Таких всего штук двести в мире. Боже… Это чудо могло бы быть на помойке, если бы я не пришел. Кошмаааааар!       Я, всё еще не понимая из-за чего сыр-бор, вернулась к своей лапше.       — Можешь оставить ее себе.       — Ты серьезно? — впервые вижу шок на лице парня.       Я пожала плечами:       — Ну да. Всё равно я не способна ощутить ее ценность, в отличие от тебя.       — Мы уже перешли на стадию подарков? Я ведь должен был быть первым в этом вопросе. — смеется МинХо.       — Ты мне еды купил.       — Нашла, с чем сравнить… Ладно. Мы тут еще сочтёмся. Но только пообещай теперь, что ничего не выбросишь, пока я не осмотрю, хорошо?       — Договорились. — с улыбкой подытожила я.       Следующие пару часов мы провели за болтовней, попутно разбирая книги, журналы и стопки газет. Мне казалось, что МинХо работает даже с бОльшим рвением, чем я. Ему всё было так интересно, что я невольно задумалась о том, как бы он понравился моему отцу.       Разбирая шкаф, МинХо вдруг удивленно восклицает:       — Это ноутбук среди книг?       — Да, отец с него звонил мне по скайпу.       — Там есть что-то важное?       — Без понятия… Даже если и так, пароля я все равно не знаю. Видимо, придется отформатировать, чтобы продолжать им пользоваться, как обычно.       — Ну да, наверное, так будет правильнее. — отозвался парень и убрал технику на шкаф.       Мы продолжили разбор, и еще через час я уже чувствую, как спина невероятно затекает. Я села и, откинув голову назад, разминала плечи и поясницу. Открыв глаза, я заметила на себе пристальный взгляд МинХо. Он покусывал губы и следил за каждым моим движением.       — Что такое? Почему так буравишь взглядом?       — Знаешь, какую часть тела я считаю самой сексуальной?       — Эм… Грудь?       — Шею.       — Почему? — я весьма удивлена.       — Во всем животном мире шея всегда была самой уязвимой частью тела. Все хищники в первую очередь стремятся атаковать именно ее. В нас это тоже заложено. Мы инстинктивно прячем ее, когда боимся. И открываем, когда чувствуем себя в комфорте и безопасности. Для меня, видеть открытую шею, значит чувствовать доверие человека. Понимать, что он показывает мне свою уязвимость. А это меня чертовски заводит. Особенно, когда ее мне демонстрируют намеренно.       — Вот так?       Подняв голову, медленно провожу пальцами от мочки уха до ключиц. МинХо опускает подбородок, не сводя с меня глаз:       — Не играй со мной…       — А то, что?       Провожу ладонью по шее, откидывая волосы назад.       В два шага МинХо преодолевает дистанцию между нами и впивается мне в губы. Его поцелуи напористые и решительные. Он валит меня на спину и переходит на шею. Поцелуи периодически сменяются на легкие укусы, что заставляет меня испытывать приятную дрожь.       Журналы и газеты разлетаются под нами, как листья. Что-то падает сверху, но МинХо не обращает ни малейшего внимания. Он за доли секунды избавляет нас обоих от одежды и, не сдерживаясь, входит в меня. Я ахаю и инстинктивно откидываю голову назад. Парень с рычанием прикусывает меня за шею, продолжая интенсивно двигаться. Такая страсть невероятно заводит меня.       Я словно невинная жертва в плену у хищника, которому совершенно не могу сопротивляться. Полностью отдаю себя в подчинение парню. МинХо это чувствует и наращивает обороты. Буквально за пару минут я дохожу до вершины блаженства, а затем и МинХо с громким вздохом кончает мне на живот. Тяжело дыша, он ложится рядом со мной на разбросанные газеты. Потом поворачивает голову ко мне и с лёгким упрёком спрашивает:       — Ну вот что ты наделала? Теперь заново наводить порядок.       Я не могу сдержать улыбки:       — Прости, но это того стоило.       — Да. — с улыбкой отвечает МинХо.       — Ты просто меня с ума сводишь.       — По-моему, всё как раз наоборот…       Отдышавшись и, приведя в порядок себя и комнату, мы решили, что лучше продолжить дела завтра. В дверях МинХо надевает свою куртку, затем берет мое лицо в ладони и горячо целует. После этого выходит из квартиры, захватив мешок набравшегося мусора, и машет на прощание:       — Увидимся завтра. И помни: ничего не выбрасывай без меня!       С улыбкой машу ему в ответ и закрываю дверь. Ох, и попала же я… Нырнула в омут с головой и совершенно не хочу из него выбираться. Глупо улыбаясь, иду заварить себе чай. Завтра будет новый день. Посмотрим, что он мне принесет.