(любовь к тебе меня убивала)
15 февраля 2023 г., 16:10
— Я люблю тебя, — произносит Макак, и это обыденно.
За окном пасмурно и душно, Укун заваривает себе фруктовый чай. Делает глоток — напиток обжигает горло, почти как слова.
— Я не люблю, — отвечает он, не раздумывая — во рту кислая горечь, но лицо не меняет приросшего камнем выражения. Всё кажется абсолютно правильным и повседневным.
Макак улыбается. Солнце играет в белизне волос — спадает красивой чередой линий тени на стол. Он что-то пишет, не отвлекаясь.
Укун засматривается. Слушает — успокоением — шелест штрихов по тетради и мелодию под нос.
— Я знаю, — отвечает Макак и их взгляды даже не встречаются.
Укун моргает, делая глоток. На лице пусто и тянет внутри — мотается в ком, грызёт, когтится. Он встаёт из-за стола, выплёскивая остатки чая в раковину.
Вечером он собирается в город. МК рассказывает о каком-то парке развлечений, но Укун приходит лишь для галочки. Потому что обещал Тэнгу и Пигси присмотреть за детьми. Потому что к ним зачем-то увязался Красный Сын.
Но сюда по крайней мере можно сбежать. Пускай среди людей дышать ещё сложнее.
— Мне весело, — лжёт Укун на вопрос МК. Мэй выиграла Красному Сыну медведя и вот они убегают от полицейских за баловство.
Всем весело.
МК медленно качает головой — не верит явно — открывает рот. И закрывает, так не найдя слов.
Укун проводит хороший вечер. И возвращается домой.
Макак ещё не спит.
Он стоит у окна и чистит персики. Стекло отражает беспечную лёгкость и взгляд — верный, прикованный, ждущий.
Не его.
— Я дома, — бросает Укун.
— С возвращением.
Они расходятся. Лето сменяет осень и зиму. Укун обучает МК и возвращается под ночь домой, перебрасываясь двумя фразами.
Но в одно утро Укун глядит на лицо. Макак занят пьесами, вещает только о них, а Укун понимает, что не узнаёт в нём родимых — любимых — черт и теряется, прежде чем слишком громко встать из-за стола.
Пауза между ними замирает — ломает трещинами затянутое — спасательное — внутри Укуна. Забытое.
Он уходит, не прощаясь. Но Макак и не смотрит, продолжая работать. И впервые что-то меняется.
— Может, тебе стоит вернуться и отдохнуть? — лицо МК сложное — Укун пытается разобраться в печали, смешанной с бессмысленной жалостью.
Но не может понять, вновь и вновь терпя провалы.
Рука МК падает на плечо, небрежно похлопывая. Он уводит взгляд и Укун тоже — небо над головами проясняется. Становится прохладнее.
— Может, мне стоит вернуться и отдохнуть, — повторяет Укун.
Где-то далеко — в цветочных берегах — уснуть среди растений и животных. Вернуться туда и не уходить больше никогда.
Но он идёт домой.
Макак сидит на кухне и ждёт.
— С возвращением.
Укун ничего не произносит. Он смотрит — на чужое лицо, на глаза и волосы, через которые проходит рассвет изо окна. И внутри окончательно трескается — ломается, захлёстывая с головой.
— Кто ты?
Макак смеётся — по-несмешному знакомо-болезненно — и когтем цепляет кожуру персика, отделяя.
Их глаза — впервые — встречаются.
И Укун осознаёт, что не давало покоя — у него нет шрама.
Укун вспоминает.
— Ты мёртв.
Слова выходят свободно. Больше ничего не давит.
— Я убил тебя.
У Макака жемчужно белые волосы и чистые глаза, что смотрят в душу. У него тело — сотканное из нитей прошлого, через которые проходит свет.
Он фантом. Светлая тень.
— Я убил тебя, — повторяет Укун, чувствуя солоное на щеке и тёплое прикосновение чуждого-родного.
Он поднимает взгляд — в глаза ударяет перламутровый свет из окна. Фиолетовый — как он — красит одинокую кухню и закатившийся под стол персик.
Укун смаргивает. То тепло было как пощёчина.
— Король Обезьян? — МК открывает дверь. И Укун плохо помнит, как пришёл сюда.
Тело не держит — он падает на подставленные руки. МК касается ладонью волос — понимающе, но растеряно смотрит.
— Мне плохо.
Признаётся Укун ломано-искренне. МК отвечает: не сдерживайся и Укун охотно принимает предложение. Слёзы больно-приятно щиплют глаза.
— На самом деле, я тоже всегда его любил.
