И пусть течет кровь

За прошедшую неделю сотрудники милиции в сотрудничестве со следователями, кинологами и экспертами обыскали квартиру, допросили всех свидетелей и попросили опознать. Это был он. Больнее всего для Жени было видеть его жену на допросе. Эта женщина жила с ним столько лет и ничего не подозревала. Жила в неведении с мужем-маньяком. С тем, кто почти каждый вечер убивал по ребенку. Но сейчас нужно было думать о том, как добиться признания. — Он что-нибудь сказал? — Женя вошла в кабинет. — Нет. Мы не можем выбить из него ничего уже около… Недели? — Валерий вздохнул. — Давайте пригласим психиатра, который разговорит его и поможет ему признаться, — Алина выдохнула сигаретный дым. — А можно мне поговорить с ним? — Медведева прибрала локон себе за ухо. — Попробуй, но он тебе ничего не скажет. — Какие же у них тут кабинеты неудобные, — поругалась Алина, когда в очередной раз зацепилась за стул, больно ударившись бедром. — Я пойду попробую, — Женя кивнула и вышла в длинный коридор. Еë сопроводили двое крупных мужчин, которые стояли за еë спиной в комнате для допросов. Перед Женей сидел Павленко, который, кажется, был не настроен на разговор. — Здравствуйте, — Женя села напротив и посмотрела ему прямо в глаза. — Я устал, — хмыкнул мужчина и вытер свой рот. — Ну давайте немного поговорим, Роман Андреевич, — девушка сменила интонацию на более дружественную. — Как ваши дела? — А ваши? Я болен, мне больно. — Что у вас болит? — она внимательно смотрела ему в глаза. — Голова. — Давайте поговорим о ваших друзьях? Кто первый приходит на ум? — Никто не приходит. — Вера Арефьева, помните такую? — Ой, Верочка, — оживился мужчина. — Мы с ней жевачки покупали, я тогда в командировку приехал в пригород. — Да, а это вы узнаете? — Женя положила перед ним фотографии его жертв, в том числе Веры. Мужчина пробежался глазами по фото, а затем вернул взгляд на девушку. — В чëм вы пытаетесь меня обвинить? — Не узнаете? Разве не вы сделали всë это? С той же Верочкой, которую потом нашли вот в таком состоянии, — она подвинула фото ему ближе. Павленко запаниковал, оттолкнул от себя фото и со злостью посмотрел на следователя. Кажется, будь у него возможность, он убил бы Женю прямо здесь и сейчас. Не кухонным ножом конечно, но собственными руками вполне. — Вы признаете то, что совершили убийства всех этих детей? — В чем вы меня обвиняете? — прокричал мужчина. Его тут же схватили два милиционера, а Жене посоветовали выйти, но она не сдалась и в кабинет вошли коллеги. — Слушай меня, — Валерий оперся на стол и навис над мужчиной. — Скажи и покажи, что ты сделал с этими детьми. — А ты дочь свою приведи и я покажу, — с ухмылкой сказал Павленко. Валерий за секунду сорвался. Мощный кулак прилетел убийце в челюсть. Женя с Алиной не замешкались, быстро схватили его за плечи и усадили на стул. — Что? — с ухмылкой сказал Роман, облизывая кровь со своей губы. — Валера, тише, — Женя прижимала его к спинке стула и поглаживала его плечо. — Уведите, — Алина кивнула на убийцу и сама пошла с ними. Женя с Валерием остались сидеть вдвоем. — Тише-тише, — Медведева сама старалась успокоиться, чтобы успокоить коллегу. — Ты слышала, что этот придурок сказал? — мужчина сжал кулак. — Слышала, — она продолжала поглаживать его по плечу. — Я бы его убил, если бы ты не схватила меня за руку. Я бы избил его до полусмерти, а потом бросил бы его в толпу, чтобы убитые горем родители его добили, — он громко ударил по столу, а Женя вздрогнула. Валерий зашипел от боли, а Женя шумно выдохнула. Она ненавидела этого человека за все, что он сделал, а еще ненавидела за то, что он не давал показания. Растягивал весь процесс на неимоверное количество времени. — Тебе лучше? — шепнула Женя, разглаживая ладонью ткань пиджака. — Лучше. Я еще немного посижу, а ты иди. — Только не разнеси всë здесь, — она кивнула, похлопала коллегу по плечу и вышла из комнаты. Медведева стояла в коридоре, а внутри закипала ярость. Каблуки оставляли вмятины на ленолиуме, руки не могли найти себе места, а пальцы то и дело сжимались в крепкий кулак. — Ну как? — девушка подошла и встала рядом. — Мне хочется его придушить, — прорычала Медведева. — Тише-тише, — Алина положила руки ей на плечи и начала мягко массировать. — Этот ублюдок пытается выставить меня больной, будто я придумала все эти убийства, — продолжала психовать Женя. — Ещë и то, что он сказал Валере. — Тише-е, — прошептала вновь Загитова и продолжила гладить и массировать напряженные плечи девушки. — Спокойно. — Я очень злюсь, прости. — Эй, все хорошо, — Алина улыбнулась. — Ты как всегда, мягкая, хорошая и всех поддерживаешь, — Женя усмехнулась и положила одну руку на еë. — Спасибо. — Обращайся, — она всë еще улыбалась, а рукой погладила еë тонкие пальцы. — Я позвонила психиатру, он приедет завтра. Сегодня можем ехать домой. Поедешь со мной? — Загитова посмотрела в карие глаза и сжала пальцы чуть крепче. — Поеду, — с улыбкой ответила Медведева и повела девушку за собой. Они сели в машину. Женя всë перебирала мысли в своей голове. — Эй, красотка, вернись ко мне, — Алина легонько похлопала девушку по коленке. — Я здесь, просто… Просто меня до чертиков это злит. — Я вызвала психиатра, который подготовит его к дачи показаний. Думаю, все у нас получится. — Это не отменяет того, что меня это злит. Алина резко притянула девушку к себе, а губами впилась в еë губы. — Нас могут увидеть, — прошептала Женя в поцелуй. — Тогда поехали, — Загитова оставила легкий чмок на еë губах, пристегнула ремень и повернула ключ зажигания.

***

— Ты представляешь, он убивал детей вот таким, — Женя покрутила в руках кухонный нож для мяса. — Он головы этим отрезал, а сейчас даже не признается. — Дай сюда, — Алина взяла нож и убрала его в шкафчик. — Будет готово минут через двадцать. — Почему так сложно признать, когда есть все доказательства, но без признаний мы не имеем права его судить, — девушка подперла голову рукой. — Женечка, ты хоть на секунду перестанешь говорить об этом, м? — Загитова села напротив и аналогично подперла голову, глядя в глаза напротив. — Не могу, потому что я не могу перестать об этом думать и говорить соответственно тоже. — А я не могу перестать думать о том, что моя прекрасная коллега сидит передо мной в одном нижнем белье, которое просто потрясающе смотрится на еë идеальной фигуре. Женя цокнула языком и закатила глаза. — Не цокай, — Алина поцеловала еë в губы, взяла за руку и утянула девушку к себе на колени. Алинины руки гладили еë ребра, водили от резинки трусов до бюстгальтера. Женина кожа была такой нежной и мягкой, что хотелось касаться еë бесконечно. Алина немного отодвинулась и прибрала волосы Жене за уши, поглаживая кончиками пальцев виски, а затем щëки. — Мы почти смогли всë, — шепнула Алина. — Почти не пойдет, Алин. Нужно чтобы наверняка. — Скоро будет наверняка. А пока мы поужинаем и отдохнем от всего этого, идет? — Идет, — Женя чмокнула девушку в щëку и встала с еë коленей. Девушки поужинали и прошли в комнату. Женя улеглась на кровать, а Алина подошла к телевизору и начала с ним возиться. — Люблю, когда не нужно работать, — Женя легла на живот. — Ты же любишь работать, — Алина настроила телевизор. — Люблю, но отдых я тоже люблю. Алина расплылась в улыбке, когда оглянусь на Женю. Девушка лежала в одном нижнем белье, подперев голову рукой. Она была похожа на кошечку, еë изящные изгибы тела, которые нижнее белье только подчеркивало и делало ещë более выраженными. Волосы прикрывали выпирающие лопатки и оголенные плечи. На лице была милая улыбка, а глаза сверкали под светом лампы. Женя не выглядела взволнованной или напряженной, разве что совсем капельку, в основном на лице было спокойствие и умиротворение. А еще красота, которую было нереально тяжело скрыть. — Иди уже сюда, — Женя улыбнулась. Алина улеглась рядом и повернулась лицом к телевизору. Женя обняла еë одной рукой, а сама подвинулась ещë ближе. Нос касался еë вкуснопахнущих и пышных волос, а губы хрящика на ушке. Она оставила там едва ощутимый поцелуй, но в ту же секунду почувствовала мурашки на Алинином животе. В приоткрытое окно прокрадывался ветерок, который приносил ночную свежесть и прохладу. Это лето точно было особенным.