Дракон и его Лис

      Рыжее ушко несколько нервно дёрнулось. Хвост безвольно лежал на постели. Лис выгнул спину и потянулся, протяжно зевая и, фыркнув, Тарталья открыл глаза. Взор был затуманен сонной дымкой, но стоило рукам, находящимся поперёк тела парня, сильнее сжаться, дымка испарилась. Каэдэхара посмотрел на Чжун Ли, тихо сопевшего рядом. "Что за..?" — только и успел подумать младший, ошарашенно встрепенувшись. Парень осмотрелся. Спальня. Здесь на протяжении нескольких часов шла непринуждённая фотосессия. А потом... воспоминания о произошедшем сильно ударили рыжеволосого, сгоняя все остатки сна.       Лис виртуозно взмахнул хвостом по просьбе фотографа. Белая рубашка до середины бедра приподнялась от таких движений и в кадре была видна нежная кожа ягодиц.       — Тарталья, а ты никогда бы не хотел пойти в модели? — спросил Чжун Ли, смотря на получившиеся снимки. — Грациозность, красота, причастность к зооморфам,.. — рассуждал он вслух, — тебя с руками каждый известный мне фотограф бы захотел захапать для личной фотосессии,.. — он запнулся, задумавшись, — а за фотосессию для "особенных" журналов, он был бы готов заплатить заоблачное количество моры.       — Господин Чжун Ли, — рыжие ушки прижались к голове, а хвост упал на постель, щёки приняли оттенок рубина, — вы действительно думаете, что я бы согласился на такую фотосессию?       — Даже за миллион моры? — шатен оторвал взгляд от фотоаппарата, смотря на отвернувшегося парня.       — Да хоть за триллион, — Тарталья повернулся, встречаясь с янтарным взглядом, сейчас так согревающим сердце, — вряд ли бы я согласился на такое. Тем более, в моей грации картошки нет ничего такого красивого, как вы это описываете.       — Ошибаешься, Чайльд, — ухмыльнулся старший, смотря в водную гладь вокруг Марианской впадины.       — Как вы меня назвали? — ушки навострились, хвост распушился на пару мгновений поднявшись, а потом снова упал на кровать. Сердце забилось птицей от... воспоминаний. — Господин Мор... Чжун Ли... — парень осел, задрожавшие ноги так и норовили уронить тело на постель, хвост закрывал возбуждение, голос дрожал.       — Тарталья? — шатен подскочил к зооморфу, положив фотоаппарат на стол, беспокойство загорелось пламенем на дне янтаря. Каэдэхара выдавил из себя только жалкий скулёж, закусив губу, когда старший прикоснулся к его плечу, с которого сползла ткань. — Я сейчас приду, подожди, — и он вышел из комнаты.       Лис зажал себе нос рукой, дабы не вдыхать запах в комнате Чжун Ли, но воздуха не хватало, хоть он и дышал ртом. Мозг твердил, что нельзя разжимать нос, иначе контроль окончательно покинет возбуждённое до предела тело. Но в противовес звучал внутренний голос. Внутренний голос животного, возбуждённого гоном. Возбуждённое воспоминаниями и взглядом Чжун Ли. Тарталья упал на кровать и разжал нос, зарываясь им в подушку. Фатальная ошибка. Запах фотографа затмил разум. Животное нутро вырывалось наружу человеческой оболочки. Дыхание сбилось. Парень сжал подушку в руках и прижал к себе, сжавшись комочком. Чуткое обоняния улавливает приближающийся запах. Приятный, пьянящий аромат, как из прошлого. Запах шелковицы и глазурных лилий. Тот самый запах корляписа.       Старший зашёл в комнату и сел на кровать, слыша тихий скулёж. Лис боролся сам с собой. Чжун Ли протянул к рыжеволосому руку с вымоченной в холодной воде тряпкой, чтобы положить её на горячий лоб. Но стоило руке оказаться над зооморфом, тот вскочил, резко схватил шатена за руки и повалил того на кровать, нависая сверху. Хвост вилял из стороны в сторону, уши прижались к голове, тело горело от желания.       — Господин Моракс, — прошептал Тарталья, полностью увядая в дымке разума. Фотограф резко обнял младшего поперёк тела, прижимая к себе и накрывая его губы своими. Через мгновение Каэдэхара уже был прижат к кровати всем весом старшего, на что лис проскулил в поцелуй. Тело дрожало от чувств и инстинктов, пока сознание закрывалось плотной завесой тумана перевозбуждения.       — Не спишь? — шепнул Чжун Ли, возвращая лиса в реальность.       — Да,.. — неуверенно начал голубоглазый, — господин Чжун Ли.       — Тебя что–то беспокоит? — он провёл рукой по спине зооморфа в успокаивающем жесте.       — Немного, — соврал лис, прижав уши к голове и прижавшись лбом к груди старшего.       — Расскажи, что не так, лисёнок? — шатен погладил Тарталью по рыжим волосам, продолжая тихо шептать.       — Вчера,.. — он сглотнул, — вы назвали меня Чайльдом,.. а я,.. — слова давались с трудом, в горле было сухо.       — Назвал меня Мораксом, — закончил за него второй, — почему тебя это так беспокоит? — он сделал короткую паузу. — У тебя есть ощущение, что эти имена принадлежат нам, но в то же время, нет?       — Чт... — Каэдэхара отодвинулся от фотографа, с удивлением смотря в янтарь. — вы видите меня насквозь, господин Чжун Ли.       — Чуть позже обсудим это, хорошо? — Чжун Ли прижал к себе зооморфа, поцеловав его в рыжее ушко.       — А сейчас..? — лис положил хвост на своё бедро, немного виляя.       — Отдохни ещё немного, ещё ночь, — шатен нежно погладил рыжие волосы.       — Хорошо, — уркнул младший, прижавшись к мужчине, будто в поиске тепла.