Влюбись в меня за 90 дней

— Итак, на чём мы остановились? — интересуется Пак, заглядывая в планшет. — Вы ошиблись дверью. — бесстрастно отвечает Юнги. — Ах, да — Чимин лучезарно улыбнулся и поставил на тумбочку рядом с огромной кроватью фарфоровую кружку. — Надеюсь в этот раз, вы не будете кидаться кружками. Юнги усмехнулся, сложив руки на груди. Чим ставит стул напротив пациента. — Вы знаете по какой причине здесь оказались? — Док, повторяю ещё раз не надо держать меня за идиота. — Вы не ответили. — А вы не поняли. — под фирменным взглядом Пака он нарочито громко выдыхает — Я оказался здесь из-за убийства. Я убил человека. Глаза Пака на секунду округлились, он ожидал услышать типичное «Я здесь по ошибке» или «Вы сами об этом знаете», но никак не правду. Чимин, конечно, прочитал в личном деле, но не был готов это услышать. — Вы меня боитесь. — глядя прямо в глаза, медленно произнес Мин. Чимин сделал глубокий вдох и снова надел улыбку: — Не то чтобы боюсь, скорее неожиданно. Чим с ног до головы оглядел пациента, одет он как обычно: чёрные спортивки и объёмное худи молочного цвета. Волосы черные, как смоль, находились в небольшом беспорядке. — Любуетесь, доктор Пак? — с издёвкой спросил Юнги, глядя на заинтересованный взгляд Пака. Чимин чуть не задохнулся от возмущения, но сделал вдох и будничным тоном ответил: — К счастью, нет, я делаю осмотр, чтобы поставить диагноз. Подколоть не получилось. Мин недовольно отвёл глаза. «Одет прилично, сдержанный, холодный, на вопросы отвечает формально» Пак старательно записывал это в историю болезни. Юнги с любопытством наблюдал за его мимикой. Он так мило причмокивал своими пухлыми губками. В голове Мина промелькнула мысль: «Интересно, какие они на вкус?» *** Чимин битые несколько часов сидел у себя в кабинете, почти неотрывно смотря на историю болезни Мин Юнги. На столе, напротив него, сидел Кван. — Ну вот и что с ним не так, Кван? — спрашивает Чим, глядя на плюшевую игрушку. — Симптомов видимых нет, не отвечает на вопросы, бесчувственный, как… Стук в дверь прерывает его возмущённую речь. Без разрешения в кабинет входит Мин. Чимин резко убирает игрушку под стол и неловко кашляет. — Что-то случилось? Юнги молча кивает. — Присажавайтесь. Мин скривился, но выполнил просьбу. — У вас есть снотворное? Пак вгляделся в лицо напротив: растрёпанные волосы, расширенные зрачки и взгляд… Будто пациент не видит его, а находится в своей прострации. — В таблетках его нет. Могу сделать вам инъекцию внутримышечно. Юнги отшатнулся, как от пощёчины. Вскочил и убежал. Чимин вышел вслед за ним, держа в руках Квана. Поднялся, постучался. По середине огромной кровати лежал Мин, подтянув колени к груди. — Нет… Нет… — бормотал он, глядя в стену. — Я не собираюсь вам подчиняться… Чим аккуратно дотронулся до его плеча, и Юнги вздрогнул, уставившись на него. Пак поставил стул рядом с его кроватью. — Как давно у вас галлюцинации? — Я не буду вам ничего говорить. — Послушайте меня, я ваш врач, я хочу знать, что с вами происходит, чтобы назначить наиболее эффективное лечение. Но эти слова не произвели никакого эффекта. Чимин выдохнул и спросил: — Мне принести мелатонин? Но вместо спокойного отказа, Чимин получил озлобленное и бестактное: — Отстаньте от меня! Мне ничего от вас не нужно! Мне не нужна ваша помощь. В голове Пака пронеслась мысль «Вы же сами его попросили»… Чимин сделал вдох и выдох, стараясь не реагировать на эту грубость. Слова были ножом по сердцу. На секунду Чиму показалось, что Юнги оскалился. Сильная боль в районе запястья. Мин схватил его за руку и начал выталкивать из палаты. — Юнги, отпусти пожалуйста, мне больно! Этот вскрик вывел Мина из оцепенения. Кожа в месте захвата приобрела красноватый оттенок и отпечатки нескольких пальцев. Юнги впервые испугался, что сделал кому-то больно. Взял его руку в свои две и с тихим «прости» поцеловал тыльную сторону ладони.