Искалеченные

Январь 2013 года.

Эраклион Деревня Флима

— Отступаем, их слишком много! Быстро к порталу! — послышался мужской крик сквозь взрывы. Вокруг всё полыхало. Господи, горела целая деревня. Чёрный дым полз, словно змея, огибая дома, а траурный пепел оседал на крыльях, не давая взлететь феям. Ловушка… Они попали в ловушку! Текна отбила атаку одного из магов. Силы уже были на исходе, ситуация ухудшалась с каждой секундой, но нужно было продолжать очищать путь к порталу. Нельзя было допустить того, чтобы в штаб проникли кровавые ведьмы. Впереди были видны два специалиста и Кодаторта. Где остальные? Скольких они уже потеряли? «Не время об этом думать, нужно выбираться!» — приказала она сама себе, кидая в противника атакующее заклинание. Осталось преодолеть около десяти метров и она… Неожиданно сзади послышался громкий и душераздирающий крик, фея резко повернулась, её сердце забилось сильнее, дышать стало тяжело. Стелла — она растерянно держалась за щеку рукой, а из глаз катились градом слезы. Текна не успела сделать и пару шагов к подруге, как послышался оглушающий взрыв, заставляющий осесть на землю. И вот, она сидит на коленях посреди хаоса, слизистые горят от тошнотворного запаха крови и гари, а перед глазами застыла плёнка. Взрыв бомбарды оглушил её и немного дезориентировал. Девушка выдохнула и закрыла лицо руками, дрожащими пальцами надавливая на глаза, чтобы немного восстановить зрение. Крики и болезненные стоны доносились где-то неподалёку, казалось бы, фея уже могла бы к ним привыкнуть за три года, но нет, привыкнуть к этому невозможно. Эти звуки мало-помалу вторгались в её мир с каждой битвой, преследовали по ночам, не давая уснуть, а иногда доводя до панических атак. — Стелла, — прохрипела девушка, немного придя в себя, и надеясь, что подруга её услышит. — Стелла, ты как? Мы должны добраться до портала, осталось немного, но ты должна помочь мне. Пытаясь встать, фея технологий оперлась рукой о землю. Что-то холодное и гладкое попало ей под руку, после чего она заметила, что ее порезало осколками. Колени и руку жгло, но, не замечая боли, она поползла в сторону Стеллы, лежащей без сознания спиной к ней. Взвыв, Текна попыталась перевернуть ее и чуть не закричала, когда увидела лицо подруги, ничего не осталось от былой красоты девушки — правая щека была пересечена глубокой рваной раной, из которой продолжала струиться кровь. Нет, нет, нет. — Господи, вы живы! Сможешь идти сама? — сквозь дымку, она увидела знакомую форму специалистов, но так и не поняла, кто к ней обращался. Девушку хватило лишь на сдержанный кивок, — хорошо, тогда я возьму её, нужно торопиться, пока эти твари дезориентированы.

Хоггар

— Они верну… — Нужен лекарь, срочно! — крикнул Кодаторта, как только перешагнул через барьер, защищающий штаб, делая площадь невидимой. Следом появились остальные — Айзек со Стеллой на руках, Флинч и фея технологий. Из десяти человек, отправившихся на задание, вернулись пятеро — ровно половина, у них даже не было возможности забрать тела товарищей. Девушке хотелось выть от осознания произошедшего. Как они могли так глупо попасться? Ведь всё было рассчитано вплоть до мельчайших деталей. Хотя, казалось, что даже в этом не было необходимости. Флима — небольшая деревня на окраине Эраклиона, в которой проживает всего семьдесят три человека. Проживали…до сегодняшнего дня. Она не представляла никакого интереса для Тёмного Феникса до тех пор, пока Команда Света не нашла в густых лесах Флимы портал в Магикс. Это было настоящей удачей, ведь больше семи месяцев никто не мог попасть туда. Лорд перекрыл всевозможные пути, обезопасив себя, теперь Магикс был полностью под его контролем. Казалось бы, вот оно, решение проблемы: появилась возможность снять антиаппарационные барьеры и изменить ход войны. Они решили выдвинуться ночью, группой, состоящей из шести специалистов и четырёх фей. Текна, Стелла и Айзек должны были пройти через портал, пока остальные защищали бы деревню в случае необходимости. « — Нам нужно поспать, вряд ли потом представиться такая возможность, — сказала принцесса некогда великой Солярии, накидывая на плечи подруги тёплый плед, — сегодня очень холодно, так скучаю по дому и солнцу. Снег, конечно, прекрасен, но моя кожа шелушится и волосы стали ломкими. Моя красота увядает! В этом была вся прелесть блондинки — не смотря на все ужасы трехлетней войны, она сумела сохранить детскую непосредственность, Стелла продолжала шутить, улыбаться и вдохновлять других. Но нужно было лишь приглядеться, чтобы увидеть глаза, потерявшие свой блеск, они были наполнены такой смертной тоской, что в них было трудно смотреть. — Мне не спится, думаю, что кружка крепкого кофе за ужином была всё же лишней, — немного приподняв уголки губ, ответила фея, — спасибо за плед, ночь и в правду морозная. И да, сомневаюсь, что твоя красота когда-нибудь увянет. — Всему приходит конец, — в голосе её играли ноты надежды и усталости, создавая весьма необычную мелодию, — Тек? — М? — Мы ведь справимся? — Стелла всегда задавала этот вопрос именно ей, возможно, считая, что она, будучи реалисткой, никогда не соврёт. Но Текна не имела права рушить надежды, точно не в этом случае, когда появился шанс на победу. — Да, думаю, да. За окном завывал ветер. Погода всё сильнее разыгрывалась. Тяжело и прямо падал снег, хлопья которого ложились на землю тонкими кружевами. Текна перевела взгляд на часы, которые показывали 2:25. Им скоро выдвигаться, но это позже, а пока она заварит кофе и зальёт им нарастающее чувство тревоги. Они ведь справятся?» Но они не справились. Как только группа прибыла во Флиму, стало ясно, что что-то не так. В деревне было очень тихо и темно, казалось, что здесь нет ни единого живого существа. Сильно, до тошноты, пахло чем-то неприятным. Страшная догадка закралась в голову, но не успела девушка её озвучить, как над головой резко и грубо что-то свистнуло, после чего вспыхнул небольшой дом сзади. Со всех сторон появлялись люди в длинных чёрных мантиях — безмолвные кровавые ведьмы. И ловушка захлопнулась, Текна буквально услышала этот щелчок в голове. Их было много, человек тридцать в лучшем случае. Предстояла жестокая и тяжкая битва, было ясно, что далеко не все сегодня выберутся живыми. Всё вокруг было в грязно-красном дыму, в котором, словно призраки, метались изломанные человеческие фигуры. Но не это было самым страшным… Сквозь рёв пламени слышались пронзительные крики горевших заживо людей, запечатанных тёмной магией в своих домах. Ветер доносил чудовищный запах палёной плоти. Эта картина ещё долго будет преследовать выживших членов Ордена Света. Казалось, что этот кошмар никогда не закончится. Так было до тех пор, пока не произошел всплеск чёрной магии такой силы, что взрывная волна швырнула всех на землю. Только потом девушка узнает, что это произошло не просто так. — Мне нужно доложить о произошедшем в Домино. А вы, — Кодаторта обвёл взглядом четверых бойцов и выдержал паузу, — отправляйтесь в медблок и только попробуйте покинуть его, пока вас хорошенько не подлатают. Задача ясна? — Так точно, — измученно ответил Флинч, придерживая гноящуюся рану на левой руке. Фея познакомилась с этим парнем три месяца назад, когда её вместе со Стеллой направили в штаб Хоггара. Всего в убежище насчитывалось 274 человека, около половины из которых были не воинами, а простыми беженцами. Режим Тёмного Феникса распространялся быстрыми темпами: многие правители сдавались сразу же, чтобы сохранить свой статус, заставляя народ подчиняться новым правилам. Лорд использовал магию тьмы и хитрые манипуляции, чтобы установить свою власть. С самого начала своей власти он создал жестокий аппарат, состоящий из безжалостных стражей, известных как «Кровавые ведьмы». Они олицетворяли мрак и страх, выслеживая и наказывая любых инакомыслящих. Люди, лишенные свободы слова, теперь живут в постоянном страхе перед арестом, пытками или же исчезновением.  Тех, кто противился новому режиму особо пылко, прилюдно казнили, давая понять, что идти против Лорда Даркара — плохая идея. Но были и те, кому удалось сбежать. Их распределяли по штабам, гарантируя защиту и кров. Несмотря на то, что Хоггар не считался большим штабом, он был одним из ключевых, по причине находящихся здесь артефактов. Именно поэтому сюда направлялись лучшие специалисты и феи. Речь шла не только об охране убежища, основными задачами штаба были разведка и поиск редких магических предметов, которые не должны были попасть в руки к Даркару. — Что случилось? Боже, Стелла… она? — резко спросила русоволосая фея, придерживая дверь, чтобы Айзеку было легче занести девушку.— Положи её на ту кушетку. — Она жива, — Текна взглянула на свои изредка подрагивающие руки, после чего, поджав губы, посмотрела линфийке прямо в глаза, — не уверена, но её рана… с ней что-то не так. Я попыталась использовать пыльцу, но ничего не вышло. Флора, как такое возможно? Фея природы обеспокоенно осмотрела рану на лице подруги, после чего сказала: — Исцеление — это природный дар, который редко кому даётся. А твои силы…— объясняла Флора, накладывая на щеку блондинки диагностические чары, — ты же знаешь, что они в некотором роде неестественны, поэтому на тебя не всегда действуют чары лекарей. Корнелия и Терра, займитесь остальными, я не справлюсь здесь одна! Тебе нужна помощь, Тек, ты ранена. Текна проследила за тем, как две девушки в белых халатах пронеслись мимо них к парням. Айзек что-то говорил о том, что с ним всё в порядке и ему не нужна помощь. Хотя, было очевидно, что он врёт, видимо, парень был из тех, кто ненавидел выглядеть слабым. И она его понимала, слабость — последнее, что имело место быть на войне. — Я подожду, ничего критичного в моём состоянии нет, к тому же, на меня всё равно может не подействовать «sanetur acre vulnus», — она села на стул возле кушетки и наблюдала за диаграммой, появившейся над головой Стеллы, — что с ней? Было видно, что Флора нервничала, в такие моменты у неё всегда подрагивала нижняя губа, выдавая состояние девушки. И это пугало, ведь линфийка была одной из лучших во врачевании, конечно, не считая тех, кто обладал этим даром (или же проклятием) с рождения, а таких единицы. Флора не входила в их число, она была из тех, кто обучался целительству у лучших лекарей в течении нескольких лет, а также являлась одним из лучших зельеваров. — Боюсь, что останется шрам, — вздохнув, фея продолжила, — я поспешила с выводами, пыльца не помогла, потому что порез не связан с магией, думаю, что это яд. Я постараюсь его вывести, но останется след. — Главное, чтобы она выжила. Флора уже около пятнадцати минут пыталась вывести яд из раны. Ситуация осложнялась тем, что природа его была не ясна, нужно было действовать быстро, но при этом крайне осторожно, чтобы не повредить ветви тройничного нерва, в противном случае, это могло привести к полной, происходящей в течение нескольких дней слепоте. Рядом слышались болезненные стоны Флинча, как поняла Текна со слов медсестёр, его прокляли, и как бы они ни старались заживить его рану, та снова вскрывалась и продолжала гноиться. Чёртовы ведьмы любили вытворять такое, с каждым разом их проклятья становились изощрённее, исцеление занимало всё больше времени. Спустя ещё несколько минут, Айзек попрощался, кинув на прощание «всё будет хорошо». Но будет ли? С каждым днём в это верилось всё меньше. Напряжение росло с каждой минутой, пальцы снова начали подрагивать, а голова раскалывалась, организм буквально кричал, о том, что ему нужна помощь, но девушка мастерски игнорировала его мольбы. Она ненавидела медблоки, в них пахло отчаянием и смертью. Текна всегда считала подругу сильным человеком, ведь именно Флора сталкивалась с последствиями войны, пытаясь спасти как можно больше людей. Однако, не все это понимали и принимали, некоторые были против того, чтобы такая сильная фея-хранительница «отсиживалась» в штабе пока другие жертвовали собой. — Я смогла…я смогла сделать это. Девушка резко подняла голову, услышав напряженный голос подруги. Глаза Флоры были наполнены влагой, губа всё также подрагивала. — Если бы я не смогла вывести яд и она… не знаю, как бы я пережила это, - линфийка закрыла рот рукой, всхлипнула и подошла к стойке с зельями, — Текна, не умирай, я смогу вынести сотни смертей, но не ваши, пожалуйста, не заставляйте меня испытывать этот ужас снова. — Хей, ты смогла, слышишь? Я в тебе ни на минуту не сомневалась, мы живы, мы всё ещё рядом с тобой, — обнимая её, произнесла фея технологий, — но это война, Лори, может произойти всё, что угодно и ты должна будешь жить дальше, не смотря ни на что, тем более у тебя есть причина. — Я не знаю смогу ли вынести это снова… — Но ты должна… — нужно было закрыть эту тему, девушка перевела взгляд на небольшой стеклянный столик сзади подруги, — У тебя есть что-то для меня, боюсь, что без твоей помощи мне будет сложнее оправиться? Флора немного отстранилась, вытерла рукавом халата мокрые дорожки на щеках, шмыгнула носом, точно как в детстве, а затем приподняла уголки губ. — Да-да, прости, что сразу не дала тебе ничего, — она начала перебирать флакончики, после чего повернулась с четырьмя средствами в руках, — вот, возьми, это — тонизирующее зелье на основе аралии маньчжурской; кровоостанавливающая и ранозаживляющая настойки; и… —…седативное зелье. — Да, знаю, что ты не любишь их, но это не только тебе, думаю, мне тоже не помешает, — сказала фея природы, тон её был извиняющимся — в этом вся Флора, — к тому же, мы давно не проводили время вместе. — Тебе разве можно? Разве успокоительные разрешены при… — но договорить ей не дали. — Всего чуть-чуть, это не навредит, думаю, что после такого стресса, наоборот, успокоительное просто необходимо. Флора прошла в свой кабинет, который представлял собой небольшую комнатку, включающую в себя маленький стол с одним стулом, диван и комод — здесь она и жила. Девушка подошла к комоду, достала два стакана и разлила зелье. — Что случилось во Флиме? — протягивая стакан Текне, задала вопрос она. Лори была одной из немногих, кто знал о миссии. Несмотря на то, что она уже давно не участвовала в битвах, ей всецело доверяли и часто посвящали в курс дела. — Ловушка, в деревне нас « радушно» встретили кровавые ведьмы. Думаю, портал был обнаружен не просто так, а потому что этого хотел Даркар. Он знал, что на задание не отправят рядовых солдат, а значит, есть возможность подкосить Орден — дать надежду, а потом вырвать её с корнями, заставляя давиться кровью. И ему удалось. Нужно признать, Феникс – прекрасный стратег. — А что с жителями? — подождав немного и поняв, что ответа она не получит, Флора продолжила, — Как думаешь, что будет делать дальше Команда Света? — Надеюсь, что они всё-таки подключат свои мозги, — пытаясь подавить раздражение, фея сильнее сжала в руках стакан, — мы со Скаем говорили им, что в этом деле что-то явно не так, найти случайным образом портал, так ещё, какая удача, в Эраклионе — слишком, чтобы быть простым везением. Но они так были воодушевлены, что даже слушать нас не стали. — Но если ты была против этой идеи, то зачем вызвалась добровольцем? Вопрос был логичным, ей задавили его несколько раз во время подготовок к миссии, но девушка каждый раз отмахивалась, не желая на него отвечать. — Стелла сразу решила, что именно она должна отправиться в Магикс. Вряд ли кто-то смог бы её отговорить от этой идеи, только не после того случая. Ты ведь знаешь, что она винит во всём себя. Я не могла её оставить, уверена, что если бы план Ордена сработал, она в любом случае попыталась бы проникнуть в тюрьму Облачной башни. А это самоубийство. Нужен был кто-то, кто остановит нашу принцессу, не думаю, что Айзек справился бы с этой ролью. — Она не виновата, каждый бы поступил так на её месте, — Флора опустошила стакан, — иногда мне кажется, что она избегает меня. Когда я хочу поговорить о том дне, она сбегает. Я лишь хочу сказать ей, что не виню её и между нами ничего не изменилось. — Возможно, когда-нибудь всё станет проще. Война оставила след в каждой из нас, мы больше не те Винкс, которые могли устроить пижамную вечеринку и веселиться. Стелле нужно время. Их неожиданно прервал крик, вслед за которым послышался шум и треск, будто падение стульев. Девушки переглянулись и выбежали из кабинета. — Что это?! Что с моим лицом? — Пожалуйста, успокойтесь, вам нельзя сейчас волноваться, — пыталась перекричать пациентку Терра, но у неё не получалось. — Успокоиться? Ты должно быть шутишь! Флора сделала шаг вперед, понимая, что пора бы уже вмешаться. Стелле, действительно, нельзя нервничать, но фея и представить не могла, что та так быстро очнется. — Стелла, тебе нельзя сейчас вставать, мы сейчас тебе всё объясним, — произнесла фея природы, параллельно забирая из рук подруги осколки разбитого зеркала. Терра поправила стул и ушла, сославшись на больных в другой палате. — Флора? Моё лицо, что с ним? Блондинка немного успокоилась и позволила уложить себя на кушетку, её рана почти затянулась, и вопреки всему, она не умаляла красоты девушки, а наоборот - придавала ей некий шарм. Теперь солярийка была похожа на бесстрашную амазонку. Линфийка потупила взгляд, но сразу нашлась, нельзя показывать жалость, Стелла терпеть не могла её. — Тебя ранили, скорее всего это был ядовитый нож, но утверждать не могу, — оценив реакцию подруги, она продолжила, — думаю, что останется шрам. Текна не была уверена, что говорить об этом сейчас — хорошая идея, но молча наблюдала за происходящим, надеясь, что Флора знает на что идёт. — Шрам? Но как я покажусь в таком виде перед Брендоном? Брендон. Стоп, наша миссия, она… —… провалена, — огорошила её правдой фея технологий, за что получила недовольный пинок в бок от русоволосой. Но ей нужно было вывести Стеллу на этот разговор, иначе девушки никогда не поговорят, сейчас был идеальный момент — немного жестоко, но зато действенно. — Нет, нет, нет! Я должна была попасть в Магикс, он ждёт меня, я должна помочь ему! Я во всём виновата, Брендон попал в плен из-за моей ошибки — она кричала так истерично, что в ушах сдавило перепонки, — если бы не я Гелия был бы жив, он ведь даже не знал, что станет отцом. Флора, я так виновата перед тобой. Лицо солярийки искажало глубокое чувство вины; глаза пухлые от слёз, а ресницы также влажные, от чего она выглядела ещё более беззащитной. Девушка никак не могла освободиться от чувства вины за разбитое сердце подруги, и это бремя давило на её сердце. Флора схватила обеими руками лицо подруги, не давая ей причинить себе вред, и заговорила: — Посмотри на меня. Я не виню тебя, слышишь? И не винила никогда, ты сделала всё возможное! Ты нужна мне, Стелла, не избегай меня больше, — после чего заключила её в крепкие объятия. Припадок истерики ослабел, рыдания постепенно стихли, но шёпотом продолжало звучать: « Я виновата, я так виновата перед тобой, Флора».